Ведьмины косы (СИ)

Ричард задумался, сдвинул брови, затем кивнул.
— Она ездила с благотворительной миссией по приютам Ригертона. Это стандартная ежегодная акция.
— Мне на ум приходит только один вариант произошедшего: на вашу жену было оказано глубокое ментальное воздействие. Вероятно, она убила себя собственной рукой. По принуждению. Но, как это бывает, она не могла никого предупредить об этом. Расспросите Тристана, не заметил ли он в её поведении странностей?
— Спрошу. Непременно спрошу, — кивнул он. — Но сегодня и завтра у нас иные задачи.
— Да, — согласилась она.
— И всё-таки, Анна, ты ушла от темы. Я прошу тебя не лезть в пекло. Хотя бы ради меня.
— Ты напрасно ставишь мою жизнь выше других. Тем более, я проводник магии и способна противостоять врагу дольше, чем все ваши люди вместе взятые.
— Анна, — тяжко вздохнул король.
— Ладно, — сдалась она. — Но я вмешаюсь, если что-то пойдёт не по плану.
Ричард сделал маленький шажок по направлению к ней и оказался ближе, чем дозволяли правила приличия. Ему достаточно было наклонить голову, чтобы дотянуться губами до её губ.
— Вы компрометируете себя, Ваше Величество, — Арета отвернула голову, несмотря на то, что со стороны это могло показаться вопиющим неуважением к монарху.
— Прости, — неожиданно произнёс он. — Ощущение ускользающего времени заставляет меня торопиться. Будь моя воля, я бы тебя ни на шаг от себя не отпустил, — последнее прозвучало тихо, шёпотом. — Но что-то мне подсказывает, что ты вольная птица.
— Давайте поговорим о личном после того как всё кончится? Сейчас лучше подумать о том, чтобы больше никто из ваших магов не погиб в этих горах.
Ричард изобразил на лице бесстрастную, хорошо отрепетированную улыбку, кивнул и отошёл туда, где остановился Тристан и кони, на которых они ехали.
***
Маги-разведчики вернулись на закате и сообщили, что дорога безопасна. Правда, впереди самый опасный участок пути, и проходить его придётся уже в сумерках.
И если всадники спешились на горной тропе, пожалев коней, то с повозками всё было сложнее. Одна из трёх телег перевернулась на кочке, и всё её содержимое рассыпалось по склону.
Кубики взрывчатки собирали всем скопом. Округу освещали магическими светлячками, чтобы избежать контакта брусочков пластита с огнём. Потому что достаточно одной искры, чтобы прогремел взрыв.
Остаток дороги процессия буквально ползла. Люди тщательно следили, чтобы кони и повозки не наехали на торчащие из почвы острые камни.
В одном из домиков осели маги, призванные короной на войну с троллями. Несколько дней назад они получили приказ ничего не предпринимать и ждать дальнейших указаний.
И вот, вместо магического вестника, люди дождались отряда во главе с самим Ричардом V. Правда, о том, кто именно нагрянул к ним под покровом темноты, они так и не узнали. Для всех непосвящённых это были лучшие маги Ригера и главный советник короля.
Спать укладывались в спальные мешки прямо на полу.
Большинство путников отключились сразу, как только приняли горизонтальное положение.
Арета тоже решила не терять времени и устроилась в углу, растянувшись вдоль стены лицом к ней. Встать придётся чеса через четыре, ещё до рассвета. Но сон, как назло, не шёл. Мысли, весь день отодвигаемые на задний план, на повторе крутились в голове.
Уже в полудрёме она почувствовала, как рядом с ней в темноте скрипнули доски пола под чьими-то сапогами. Судя по тихому шороху одежды, этот кто-то присел и склонился над ней. Мгновение, и на её виске запечатлелся лёгкий, но до мурашек интимный волнительных поцелуй, а щёку пощекотала прядь чужих волос.
Миг — и всё прекратилось.
О том, что некто скрытый ушёл, свидетельствовал тихий удаляющийся скрип старых половых досок.
Почему Арета притворилась, что спит? Почему не открыла глаза и не обернулась? Тогда бы она точно знала, кто это был.
Но… она осталась тихонько лежать лицом к стене, плавно уплывая в дрёму и почему-то мечтательно улыбаясь.
  
Глава 22
 
Предрассветным утром, наскоро завтракая и собираясь в дорогу, Арета поглядывала то на Дина, то на Ричарда. Кто из них поцеловал её вчера? Первый был хмурый и молчаливый, на неё не смотрел. Второй своим помятым видом развеивал в пух и прах царственный образ монарха.
 
На Тристана, который точно не питал к ведьме нежных чувств, и вовсе было больно смотреть. С тех пор как узнал об убийстве возлюбленной, он постарел лет на десять. Тёмные круги и мешки под глазами, впалые щёки, неподъёмно тяжёлый взгляд, опустившиеся уголки губ.
Он горевал.
Уже прошёл ту стадию, когда хотелось убить всех, кто мог стать причиной убийства, но его боль теперь не изливалась вовне, а разъедала его изнутри.
Может быть, другим это незаметно, но Арета словно чувствовала отголоски его боли.
Когда Арета (тогда ещё Забава) потеряла бабушку Любаву, ей не хотелось жить. По сравнению с бабушкой даже родители казались ей чужими людьми. Впрочем, папа с мамой всегда любили Паршуту, младшую сестру, больше, чем Забаву. Так что сейчас Арета не слишком-то корит себя за то, что ни похоронить, ни оплакать толком родителей не смогла.
Сколько прошло с их гибели? Полтора месяца? А для Ареты — больше года, и она переродилась в совершенно другого человека.
И Тристан тоже либо найдёт в себе силы выстроить жизнь по новой, либо убьёт себя. Судя по его виду, он уже вторую ночь без сна. Значит, думает, решает. Либо вынашивает план мести.
***
Напряжение перед подрывной операцией едва ли не искрилось в воздухе. Маги ждали либо подвоха, либо нападения. Арета тоже предчувствовала сложности, однако при всей своей магической силе даром предвидения не обладала.
Тем же составом, которым прибыл ночью, отряд двинулся к перевалу. По расчётам прибыть должны были к первым рассветным лучам.
Арете выпала роль подстраховщика. Если что-то пойдёт не так: проснётся тролль, с горы повалятся камни или другая беда, ведьма вмешается и выгадает время, чтобы маги спаслись.
К тролльей пещере, в самую мешанину раздавленных в фарш смердящих тел отправили — кто бы сомневался — Дина. Одного, чтобы не пробудить троллей. Марс остался на скамье запасных.
Ещё десять человек разошлись по заранее оговорённым точкам подрыва, туда, где раньше не было стычек с троллями. Когда они установят взрывчатку, Ричард получит от них сигналы.
На пятачке, где горная дорога природным образом расширялась, осталось одиннадцать человек и двадцать пять коней.
— Герберт, — обратился к одному из оставшихся магов Ричард. — Мы здесь как на ладони. Не находишь? Накинь на нас хотя бы полог отвлечения.
Тот кивнул и приступил к плетению заклинания.
— Нет, стойте! — выкрикнула Арета. — Здесь могут быть маячки, реагирующие на магию!
Но поздно.
Герберт только развернул заклинание, как земля под ногами задрожала.
— Все назад! Поворачивайте к деревне! Быстро! — снова закричала Арета, но маги не двинулись с места и уставились на короля, ожидая приказа.
— Назад! Исполнять! — подхватил Ричард и пришпорил коня.
Отряд двинулся за ним.
Последними каменистый пятачок покинули три лошади, впряжённые в телеги. Последней повезло меньше остальных: повалившиеся с горы камни разбили телегу в щепки. Хорошо, что внутри было пусто — взрывчатку унесли лазутчики. Конь чудом уцелел, он в панике унёсся вперёд, волоча за собой полозья.
Вслед за понёсшим конём двинулись и остальные. Все, кроме ведьмы и ещё двоих человек.
Арета, удерживая испуганного коня, стояла на границе безопасного участка дороги и вглядывалась в происходящее на перевале.
Пыль от камнепада унесло ветром, и стало хорошо видно, как Дин с толстой сумкой через плечо торопливо пробирается к пещере. Бежать у него не получалось, приходилось прыгать по неровным валунам и балансировать, чтобы удержать равновесие.
Оставалось надеяться, что Дин додумается не использовать магию без надобности.