Тысяча и одна ночь с ангелом (СИ)

— Спасибо, — с благодарностью произнес Азирафель, поудобнее устраиваясь поближе к демону. Кроули молча кивнул и тоже сел, обнимая Азирафеля со спины и снова накрывая их обоих пледом.
— Ты не возражаешь, ангел, если я немного… поработаю? — негромко спросил Кроули. — После близости с тобой на меня накатывает, извини…
— О, не надо извинений, мой дорогой! — горячо воскликнул Азирафель. — Я никогда бы не подумал возражать против этого. С удовольствием посижу с тобой, пока ты пишешь, если я не буду тебе мешать…
Кроули покачал головой, без слов давая понять, что Азирафель ему нисколько не помешает. На коленях у ангела оказался ноутбук. Кроули покрепче обнял Азирафеля, откинул крышку ноута и развернул на экране текстовый редактор.
Это было что-то новенькое, мелькнуло в голове у Азирафеля. Такого вида объятий до сих пор еще не было в его «классификаторе». Азирафель немного подумал и, удобно устроив затылок на груди у сосредоточенно клацающего по клавиатуре демона, решил назвать этот вид объятий «вдохновляющими».
Эпилог
Сегодня утром в книжном магазине Азирафеля было непривычно оживленно и многолюдно. Снаружи вход обрамляла арка из черно-белых воздушных шаров. Внутри в больших вазонах на полу стояли живые цветы. Стол в мягком уголке магазина ломился от разнообразных закусок и фужеров с шампанским. На стене под табличкой «Дискуссионный клуб» висел большой монохромный фотографический портрет Кроули, подписанный крупными печатными буквами: «Мириам Мигдаль». Студийный фотограф хорошо постарался, портрет получился очень выразительным, несмотря на то, что Кроули наотрез отказался снимать ради этого чёрные очки. Рядом со столом и диванчиками высилась этажерка, заставленная одинаковыми новенькими экземплярами книг, на задней стороне которых красовался тот же портрет, что и на стене, но уже с отпечатанным автографом. Название на передней стороне обложки гласило: «Тысяча и одна ночь с ангелом».
Сам автор стоял здесь же, у этажерки, окруженный небольшой толпой, заявившейся этим утром в магазин на презентацию свежеизданной книги. Кроули лучился доброжелательностью, вежливо принимая поздравления, и щедро сыпал ослепительными улыбками и шутками в ответ, что было довольно непривычным зрелищем для Азирафеля. Хозяин книжного магазина стоял поодаль, с невыразимой гордостью и захлестывающей его с головой теплотой наблюдая за триумфом Кроули.
— Полегче, дамы, вы уверены, что вам уже есть восемнадцать лет? — добродушно шутил Кроули в адрес обступивших его для получения автографа постоянных участниц букинистического клуба.
Сердце Азирафеля заполошно забилось в приступе бесконечной нежности. Кроули, словно почувствовав на расстоянии эмоции Азирафеля, поднял голову и бросил на него пристальный взгляд поверх чужих голов. Он ободряюще улыбнулся Азирафелю, а затем сделал широкий жест рукой.
— Дамы и господа, а сейчас небольшая речь. — Кроули помолчал, ожидая, когда в магазине установится тишина. — Я хочу принести благодарность одной персоне, без присутствия которой в моей жизни не только бы не состоялся выпуск этой книги, но и с большой вероятностью, не было бы и меня самого… Поприветствуйте моего персонального ангела и самого понимающего супруга в мире! — Кроули круто развернулся и вытянул руку с открытой ладонью в сторону Азирафеля. — Прошу!
Кроули хлопнул в ладоши, и, поддерживая его речь, в магазине раздались громкие аплодисменты, перемежаемые приветственными восклицаниями в адрес Азирафеля.
Красный от смущения и светящийся от восторга и обожания, Азирафель приблизился к Кроули, и демон, крепко обняв его, припал к его губам долгим и довольно страстным поцелуем.
Восклицания стали ещё громче, в них явно звучали возгласы одобрения. Мисс Элизабэт всплеснула руками от умиления и переглянулась с подругой Аннабель, которая украдкой смахивала с глаз слезинку.
Кроули, наконец, прервал поцелуй, и Азирафель, блаженно улыбаясь, спрятал лицо на его груди.
 
— Я так счастлив, Кроули, что с трудом могу сдерживать крылья, — шепотом признался он.
— Подожди, ангел, — так же тихо произнес Кроули, улыбаясь в ответ. — Мне надо это записать. Это очень хорошая фраза для следующей книги.