Священный Гадар (СИ)

Передо мной поставили похлебку, но совершенно незнакомую. Ну, тут ничего странного нет. Я за свою жизнь всего три вида похлебки пробовал. Тогда они казались мне шедевром, но сейчас, после того как я вкусил то, что принесли, осознал, настолько же сильно ошибался. Эти блюда настолько сильно отличались друг от друга, что любое сравнение казалось оскорбительным и неприемлемым. Честно говоря, я даже не заметил, как опустошил тарелку.
— Вкусно? — доброжелательно спросила Марта.
— Угу, — только и кивнул я головой, дожевывая изумительно свежий и вкусный хлеб.
— Ты не торопись. Впереди еще много чего вкусного будет, — улыбнулась Марта, убирая опустевшую тарелку и ставя на ее место полную с ароматно пахнущей картошкой и огромным куском поджаренного мяса.
Столько мяса сразу я за всю свою жизнь не видел. А уж настолько оно было вкусным, так это ни в сказке сказать, ни мыслями описать. Оно как будто таяло во рту. Изумительно! Но и это оказалось не все. После того как я, торопясь словно в последний раз, проглотил и это блюдо, мне подали еще одно. То, что я никогда в жизни не видел и, естественно, не пробовал, но было очень вкусно. Очередной выверт моей памяти обозначил его как салат «Цезарь», но что это значило, с одной стороны я как бы осознал, но с другой абсолютно не понимал, как так можно смешивать настолько разные и ценные продукты. В этот раз я уже ел не спеша, наслаждаясь каждым кусочком пищи. К тому же, я еще и старался подражать Тихону. А то по сравнению с ним я не кушал, а словно дикий зверь пожирал еду.
Честно говоря, стало стыдно за свое неумение кушать так же изящно, как и он. Но я старался! Даже вилку наконец взял так, как и он. И да. Тихон это заметил и одобрительно улыбнулся. Мол, все правильно, так и дальше действуй. Не знаю почему, но его одобрение отозвалось во мне приятным самодовольством и гордостью. Ну а потом принесли горячий напиток, на который мое подсознание отозвалось словом «чай», а к нему изумительной вкусноты сладости в фарфоровой чаше. Вот теперь я четко осознал, что такое самое настоящее счастье.
— Ну как? Все понравилось? — с отеческой улыбкой произнес Тихон.
— Да. Спасибо. Все было изумительно вкусно, — сыто откинувшись на спинку стула, с трудом произнес я.
Таким сытым я не был никогда в жизни. Казалось, еще чуть-чуть, и у меня лопнет живот. Хотелось найти мягкое и уютное местечко, лечь и довольно уснуть.
— Рад это слышать, — кивнул Тихон и перевел взор на стоявшую рядом со мной Марту. — Дарья сегодня явно превзошла сама себя.
— Пф. Не для тебя она старалась, старик, — высокомерно фыркнула Марта, а в мою сторону нежно добавила. — Все для ребенка. А то вон он какой худющий.
— Так, — резко оборвал ее Тихон. — Поели, теперь можно и поговорить. А ты, Марта, пока иди, закончи подготовку его комнаты.
— Так я уже давно закончила, — спокойно возразила та.
— Я тебе что сказал? — грозно сдвинул брови Тихон. — Иди и еще раз все проверь. Ясно?
— Вот же старый вредина, — проворчала Марта, но все же вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.
— Ну а теперь можно и поговорить, — перевел взор на меня Тихон. — И начнем мы с того, что последнее ты помнишь.
— Ага, — моментально оживился я в ответ.
  
Глава 7
 
Глава 7
Мне очень сильно не хотелось вспоминать последние моменты перед потерей сознания, но переборов себя, я все же ответил.
— Ну помню, что ко мне подошла суккуба и все, — пожав плечами, произнес я.
— Вот значит, как… — постукивая пальцами по столешнице, задумчиво произнес Тихон. — Хорошо. Точно больше ничего не помнишь? Может хоть какие-то смутные воспоминания?
— Не-а. Ничего не помню, — покачал я головой, а после не выдержал и выпалил. — А как мы выжили? Что случилось?
— Погоди, — усмехнулся Тихон. — Не спеши. Сначала я еще кое-что у тебя узнаю. Ты помнишь свой разговор с инквизиторами?
— С инквизиторами? — недоуменно переспросил я. — Какими еще инквизиторами? Когда?
— Ты не помнишь, как отвечал на вопросы инквизиторов в больнице? — удивился Тихон.
 
— Ааа… Так вот оно в чем дело, — протянул я, задумавшись. — Так значит, это был не сон.
— Сон? О чем ты?
— Да пока я был без сознания, мне два странных сна снились, и в одном из них кто-то в форме инквизиторов меня расспрашивал о сражении против нежити, — растерянно пояснил я.
— Два сна, значит, — покивал головой Тихон. — А ну-ка, расскажи-ка мне, что именно тебе снилось в обоих.
Пожав плечами, я подробно рассказал, что вспомнил. О том, как словно герой из сказок рубил нечисть, и о том, как потом беседовал с инквизиторами, которые тогда казались мне слугами ангелов. Мысленно же я раздумывал о другом. А может быть так, что не только инквизиторы мне не приснились? Да нет. Не может быть. Что бы я, да смог убить столько нежити? С чего вдруг? Не. Вот первый сон реально был сном, сто процентов.
— Вот значит, как, — тяжело вздохнул Тихон. — Что ж. Похоже, теперь моя очередь.
— Ой, забыл еще кое-что, — быстро произнес я, пока опять не забыл. — Тут такое дело. В общем, после того как я очнулся в палате, то у меня откуда-то стали появляться новые слова и понятия, о которых я до этого и не слышал.
— Вот как. Любопытно, — с интересом посмотрел на меня Тихон. — И какие это слова? Приведи примеры. И желательно побольше. Думаю, это очень поможет общему пониманию.
— Эм… А вас это не удивило? — растерялся я от такой спокойной реакции.
— Нет, не удивило, — улыбнулся он. — Потом поймешь, почему. Так что там за слова?
Я озадаченно почесал затылок и принялся перечислять слова, на которые обратил внимание. По ходу рассказа заметил еще несколько десятков слов и тоже их озвучил. Тихон же слушал меня и не перебивал, пока я не закончил.
— Вот значит, как, — покачал он головой. — Что ж. Теперь многое становится понятным. Это хорошо.
— А что именно понятно-то? — нетерпеливо заерзал я на стуле.
Меня уже капитально так раздирало любопытство. Уж больно таинственно говорил Тихон, да и вид у него при этом был слишком задумчивым.
— Не спеши, — улыбнулся он. — К твоему сожалению, сразу перейти к пояснению я не смогу. Сначала нужно начать с истории. Ты читал книги по истории?
— Ага. Штук пять наверно, — моментально ответил я.
— Вот как, — озадаченно покачал он головой. — И откуда ты их только достал?
— Да был там в трущобах старик-безумец Нумар, — спокойно пояснил я. — Он искал повсюду старые книги и утверждал, что когда-то давно, еще до эпохи смуты и тьмы, мы были великой державой. И мол, люди жили по всей планете, а не только в одном Гадаре. Ну да, сумасшедший, что с него взять. Но меня грамоте обучил и книги давал читать.
— Сумасшедший, говоришь? — хмыкнул Тихон. — Может и так, но сказал он тебе правду. До смуты действительно на нашей планете существовала очень развитая цивилизация. И это не предположение, а уже давно доказанный факт. Но мы сейчас не об этом. Что было после смуты, ты знаешь?
— Ну да, — недоуменно произнес я, все еще с трудом веря, что Нумар оказался не таким уж и безумцем. — Чуть больше двух тысяч лет назад появился первый орден рыцарей, который основал Церковь Просвещения, а после и город Гадар. С тех пор эра тьмы закончилась и началась эра святой веры. Которая и длится до сих пор. От той даты у нас и идет летоисчисление. То есть сейчас две тысячи сто двадцать первый год от создания церкви.
— Верно, — кивнул Тихон. — Но кто такие святые рыцари и инквизиция, ты, я так понимаю, не знаешь?
— Ну как бы знаю, — растерянно почесал я затылок. — Но в общих чертах. Мол, рыцари уничтожают нечисть вокруг города, а инквизиция по всей планете. И даже вроде как в родной мир демонов ходят и там убивают всякую погань.
— Ясно. В общем, правильно, но только в общем, — кивнул он головой. — Что ж. Давай начнем сначала. И первое, в чем я тебя поправлю, это во времени образования ордена святых рыцарей. На самом деле орден, и это уже доказано, существовал еще до начала темных времен. Именно его воины не дали окончательно захватить наш мир исчадьям демонов. Как им это удалось, и почему при этом все же наступила темная эра, мы, к сожалению, точно не знаем, но то что знаем, я расскажу…