"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
– Господин Стюарт, – сказал швейцарец, – его святейшество ожидает вас. Я вас проведу.
Через две минуты Стюарт уже сидел в небольшом уютном кабинете, у пылающего жаром мраморного камина, за стаканом неплохого белого вина из Кастель Гандольфо, папской резиденции в холмах недалеко от Рима. Как Стюарт узнал из путеводителя, выезд туда был закрыт папе с 1870 года, но тамошний дворец и виноградники до сих пор принадлежали трону святого Петра, и вино все так же, как и во времена до того, как узурпаторы захватили Папскую область, привозилось в Латеран.
Через три минуты в кабинет вошел человек в кардинальском облачении:
– Господин Стюарт, я кардинал Симеони. Его святейшество папа Пий Девятый!
Следом за кардиналом в кабинет, едва волоча ноги, вошел старик в золотом облачении и кивнул визитеру.
– Приветствую вас, мистер Стюарт! – у папы был скрипучий старческий голос. Он кряхтя сел в кресло у самого камина, протянув руку с папским «перстнем рыбака» гостю. Стюарт, как это было положено, стал на колени и поцеловал перстень.
– Мистер Стюарт, вы, наверное, англиканец? – настороженно спросил папа, когда церемония была закончена:
– Нет, ваше святейшество, – ответил Стюарт, – я верный сын католической церкви!
– Я рад тому, – произнес папа, перекрестив и благословив молодого человека, – что и в Англии, давно уже отпавшей от истинной веры, несмотря на подвиг таких мучеников, как святой Томас Мор, опять всходят ростки, обильно политые кровью апостолов наших, святых Петра и Павла. Но вы, как я понял из того, что мне передал кардинал Симеони, приехали в первую очередь в качестве посланника вашего правительства?
– Да, ваше святейшество, именно так, – смиренно сказал Стюарт. – Но для меня это одновременно и паломничество.
– Очень хорошо, сын мой, – кивнул папа трясущейся головой. – Вы, я надеюсь, останетесь в Риме еще на два-три дня? Его преосвященство, – он показал глазами на кардинала, – даст вам человека, который проведет вас по основным святыням Вечного города.
– Увы, ваше святейшество, – Стюарт огорченно развел руками, – сразу после аудиенции мне придется покинуть Рим. Но я надеюсь сюда вернуться.
– Кардинал Симеони поможет вам в ваших трудах… – произнес папа, внимательно посмотрев на молодого человека.
– Нет, ваше святейшество, – ответил Стюарт, – для посторонних я всего лишь скромный паломник, каких здесь бывает множество. Будет лучше, если меня не увидят в компании кого-либо из священнослужителей. Или даже просто людей, которые могут быть известны жандармерии.
– Вы, наверное, правы, – снова кивнул папа. – Итак, сын мой, слушаю вас.
Стюарт откашлялся и начал:
– Ваше святейшество, вы, наверно, слышали про мятеж в Ирландии?
– Сын мой, – с усмешкой произнес папа, – насколько мне известно, никакого мятежа там не было. Вся Европа знает, что в городе Корк английские солдаты без всякой причины устроили настоящую бойню, истребляя верных сынов нашей католической матери церкви.
– Да, увы, это так, ваше святейшество, – согласился Стюарт, – но все началось с того, что у ирландцев объявился некто Виктор Брюс, который утверждает, что он – прямой потомок короля Эдуарда Брюса, и претендует на престол Ирландии. Где этот Брюс находится в данный момент, мы не знаем, но мы все же смогли выяснить, что он – русский, точнее югоросс.
– Да, сын мой, – задумчиво произнес папа, – я тоже слышал нечто подобное. А также и то, что он – не католик, а, скорее всего, русский еретик-ортодокс.
– Да, именно так, ваше святейшество, – кивнул Стюарт. – В конце прошлого года он встретился с рядом ирландских политиков в городе Булонь во Франции, и они признали его законным королем Ирландии. С тех пор следы его теряются, но мы знаем, что немало молодых ирландцев вдруг исчезло в неизвестном направлении. Мы также знаем про призывы идти в некую армию, именуемую Ирландскими королевскими стрелками. Но где они сейчас, не знает никто, хотя наши люди ищут их повсюду. У нас была информация, что в Корке намечается мятеж под знаменами этого Брюса, за которым, несомненно, стоит это исчадие зла – югоросский адмирал Ларионов и новый русский император Александр Третий. Поэтому наше правительство и отправило туда армию – но, увы, она повела себя далеко не лучшим образом.
Папа еще раз кивнул.
– Сын мой, – произнес он, – я очень стар, и мне необходимо прилечь – ведь я только-только оправился от тяжелой болезни. Говорите, что вы хотите от меня?
– Ваше святейшество, – Стюарт впервые посмотрел в лицо римскому понтифику, – мне поручено передать, что если вы предадите анафеме Брюса и тех, кто последует за ним…
– Хороших католиков? – с удивлением приподнял одну бровь папа.
– Их предводитель хорошим католиком, увы, не является, – произнес Стюарт, – ведь он является, как вы сами только что сказали, еретиком-ортодоксом. Так вот, если вы предадите их анафеме и призовете католиков Ирландии поддержать законную власть британской короны…
– Кесарево кесареви, а Богово Богови… – смиренно сказал папа.
– Именно так, ваше святейшество, – согласился Стюарт. – Так вот, в этом случае Англия заявит о полной поддержке восстановления независимости Папской области. Более того, она пришлет войска, чтобы помочь вам вернуть независимость. Эскадра уже в Гибралтаре с морской пехотой на борту, и выйдет оттуда, как только мы узнаем о вашем согласии. А ультиматум предъявят королю Умберто, как только эскадра подойдет к Лацио – то есть примерно через пять дней.
Пий IX прикрыл глаза и ничего не говорил так долго, что Стюарт уже подумал, что, возможно, его святейшество заснул. А папа в это время думал… У Британии больше нет могучего флота, вся морская мощь королевства была сокрушена при втором сражении у Саламина и добита во время страшного удара по базе флота в Бристоле. Но даже если бы этот флот и был, то стоит только шевельнуться железному зверю, притаившемуся в Проливах, как от него не останется и следа.
Но, с другой стороны, нельзя допустить, чтобы Ирландия подпала под власть короля-ортодокса, потому что тогда, всего за несколько лет, от влияния католической церкви там не останется и следа. Кроме того, он, папа, уже старый и больной человек, и скорее всего, ему уже не увидеть дело своих рук. Он начнет, а продолжение пусть ляжет на плечи его преемника, кем бы он ни был. Все, что он сделает, будет во славу святой католической матери-церкви.
Минут через пять томительного молчания папа открыл глаза.
– Сын мой, – сказал он, – у вас есть примерный список тех, кто наиболее близок к этому Брюсу?
– Да, ваше святейшество, – кивнул Стюарт. – В письменном виде у меня его нет, но все фамилии находятся у меня в голове.
– Тогда надиктуйте их кардиналу Симеони и более подробно расскажите ему о том, что происходит сейчас в Ирландии, – папа прикрыл ладонью слезящиеся глаза. – Я сегодня же подпишу буллу, которая осудит ирландских мятежников и предаст этого Брюса и его ближайших сподвижников анафеме. В Ирландию она будет послана вечером по телеграфу, об этом позаботится кардинал Симеони. А пока попрошу меня простить…
– Ваше святейшество, – пылко воскликнул Стюарт, – надеюсь, в следующий мой приезд сюда приветствовать вас здесь, в Риме, когда он вновь станет столицей Папской области!
– Нет, сын мой, – печально покачал своей трясущейся головой папа, – мы с вами больше не увидимся на этом свете. Вряд ли я доживу до конца сего месяца. Храни вас Господь в ваших странствиях! А пока поработайте с его высокопреосвященством.
Пий IX протянул руку с перстнем Стюарту для поцелуя, еще раз осенил его крестным знамением, после чего шаркающей походкой вышел из кабинета.
8 февраля (27 января) 1878 года, полдень, Гибралтарский пролив. Авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов»
Крепость Гибралтар, или «Скала» – ключевой стратегический пункт, господствующий над Гибралтарским проливом, соединяющим Атлантический океан и Средиземное море. Площадь Гибралтарского полуострова составляет чуть менее семи квадратных километров. Большую часть суши занимает Гибралтарская скала (один из двух Геркулесовых столбов), возвышающаяся на 426 метров и имеющая очень крутые склоны. Город возник у ее подножия на западном побережье полуострова, соединенного с материком узким перешейком. Северный склон скалы – практически вертикальная стена высотой 396 метров, нависающая над перешейком.