"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Я по-испански говорю очень плохо, а кубинского диалекта не понимаю совсем. Потом Сергей мне рассказал, что эти ребята – старые приятели Мануэля, и что они будут охранять нашу «Алабаму» от разных неожиданностей. Сергей сказал, что он пригласил их всех в собор на свадьбу. Но придут лишь трое из них, те, которые белые. Ребята говорят, что мулатам и метисам, а тем уж более неграм, на таком мероприятии лучше не появляться. А на прием к губернатору не придут и те трое – говорят, рылом не вышли.
– А кроме того, – немного помолчав, добавил Сергей, – я у них спросил, не появлялись ли недавно в городе какие-нибудь необычные янки. Оказалось, что да, сегодня с утра железной дорогой из Гаваны приехал какой-то рыжий долговязый гринго, якобы торговец ромом. Вот только он не посетил ни единого завода или склада, а вместо этого расспрашивал всех про свадьбу и про то, где именно живут невеста и ее отец, а то ему, видите ли, порекомендовали в Гаване Родриго в качестве торгового агента.
Помяни мои слова, этот тип, похоже, из агентства Пинкертона. По нашим данным, у них в Гаване есть свое отделение. Вряд ли он что-нибудь предпримет в одиночку. Скорее всего, он здесь просто проводит рекогносцировку. Но я все равно попросил ребят присмотреть за ним повнимательнее.
Кстати, они рассказали, что этот рыжий заходил в здание телеграфа. Ребята смогли найти испорченный бланк, выброшенный им в урну. Вот он – и Сергей протянул мне скомканную бумажку.
На бланке еще не был проставлен адрес получателя, но значился следующий текст: «Субъект здесь зпт завтра возвращение Гуантамо тчк адрес пока неизвестен тчк жду инструкций тчк» – последние слова были перечеркнуты – похоже, что агент решил переписать свое сообщение.
– А зачем им нужен непременно Родриго? – спросил я.
– А затем, что мистер Паттерсон весьма мстительное животное, – ответил Сергей. – Да еще, наверное, он хочет узнать, что именно произошло в Чарльстоне. Так что мы в ближайшее время должны ждать визита команды мистера Пинкертона. Возможно даже, что и сам главарь появится тут лично. Ничего, не бери в голову, дружище Оливер, у наших ребят все находится под контролем.
Но это произошло вчера, равно как и официальная встреча Сергея с генерал-губернатором Кубы и с губернатором Сантьяго, где были произнесены все положенные в таких случаях парадные речи. Сергей сказал, что регулярные заходы в Гуантанамо и Гавану югоросских конвоев, заказы нашего «яхт-клуба» уже начали стимулировать экономику Кубы, и местные начальники уже ощутили этот процесс по поступлению налогов в казну острова и росту собственного благосостояния.
Потом мы перешли в гостевые комнаты, предоставленные нам губернатором. А вскоре пришел Мануэль, и мы устроили небольшой мальчишник. Сергей наотрез отказался в последний раз прогуляться в местный бордель, как предложил ему наш кубинский друг. Когда Сергей спросил его, неужто ему так хочется, чтобы он уже сейчас начал изменять своей невесте, которая к тому же еще и его сестра, то Мануэль ответил, что здесь такое считается в порядке вещей.
Сергей лишь покачал головой и сказал:
– А вот у нас, Мануэль, так не принято. Кроме того, я действительно очень люблю твою сестру Марию, и никакие другие женщины мне не нужны. Так что останемся здесь и выпьем по стаканчику рома.
Сегодня мы прогулялись по городу, прошлись от дворца до собора. Утро было прекрасное, теплое, но нежаркое. Пели птицы, улицы утопали в цветах… Как и отец, я был во фраке – мы решили, что для кубинцев мы здесь всего лишь гражданское лица, – а вот Сергей щеголял в восхитительной белой военной форме с золотым шитьем. Когда он облачался в нее сегодня с утра, то я сказал ему, насколько идеально эта форма смотрится на нем. На что он мне ответил:
– Оливер, у нас такую форму напялит в лучшем случае не очень умный дембель, у которого понтов больше, чем вкуса. Но не могу же я обидеть сестер Марии, ведь они, бедняжки, так старались. Тем более что большим сюрпризом для меня было то, что они обшили форму золотым галуном везде, где только возможно…
И сейчас сестры, которые тоже отказались от кареты и прогуливались с нами, с гордостью смотрели на дело рук своих. Я поймал себя на мысли, что если б я не был женат, то непременно попросил бы руки одной из них. А будь я мормоном, то и обеих сразу – столь они были красивы и грациозны, словно две испанские инфанты.
И вот мы с Сергеем стоим посреди огромного и прекрасного древнего кафедрального собора Сантьяго. В самом его центре места были отведены для отца и сестер невесты. Кроме них, в первых рядах сидели почетные гости – генерал-губернатор Кубы, губернатор Восточной провинции, а также самые именитые родственники семьи де Сеспедес. Между ними затесались мой отец и капитан Фуллэм.
Далее сидели гости попроще, включая почти всю команду «Алабамы», кроме тех, кому пришлось дежурить на борту. А на задней лавке разместились трое парней лет пятнадцати из команды Мануэля в некоем подобии парадной одежды. Поначалу их вообще не хотели пускать в собор, но Сергей с ледяной вежливостью заявил, что это – лично приглашенные им гости, и что он желает, чтобы они присутствовали на венчании. После чего смотритель с весьма кислой рожей указал парням место на задних лавках собора.
Тут орган с оркестром заиграли какую-то прекрасную, берущую за душу мелодию, открылись главные двери собора, и в прекрасном белом платье, в фате, на которой красовался венок из тропических цветов, под руку с отцом, одетом в строгий черный фрак, легкой грациозной походкой вошла Мария.
Да, если ее сестры и были писаными красавицами, то женщин такой красоты, как невеста моего друга, я не видел еще нигде, кроме, может быть, некоторых югоросских дам, работающих в константинопольском дворце Долма-бахче. Я белой завистью позавидовал Сергею. Впрочем, и моя жена тоже была весьма недурна собой. И если она не дотягивала до этого уровня, то я все равно ее очень любил.
Пройдя через весь неф церкви, Мария с Родриго подошли к Сергею, и новоиспеченный тесть передал свою дочь моему другу. После этого епископ Сантьяго начал уже известный мне ритуал католического венчания, только несколько более длинный вариант, чем принятый у нас.
И вот, наконец, епископ произнес слова, которые я раньше слышал много раз и которые я понял даже произнесенные по-испански.
– И теперь, в присутствии дорогих и близких для вас людей, прошу ответить вас, Серхио, согласны ли вы взять в жены Марию, быть с ней и в горе и в радости, богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?
– Si, – сказал Сергей, как его учили, и даже, как мне показалось, немного покраснел.
Епископ строго посмотрел на невесту:
– И вы, Мария, согласны ли вы выйти замуж за Серхио, быть с ним и в горе и в радости, богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?
– Да! – ответила невеста, тоже чуть покраснев.
– Именем Господа Нашего Иисуса Христа объявляю вас мужем и женой, – сказал епископ и кивнул. – Серхио, вы можете поцеловать свою невесту.
Сергей поднял фату Марии, и под бешеные аплодисменты гостей поцеловал ее в губы.
После окончания обряда венчания кареты привезли нас в расположенный неподалеку дворец губернатора, где были и банкет, и веселье, и танцы…
Один танец меня очень поразил – каждый из тех, кто танцевал с невестой, пришпиливал к ее платью по нескольку крупных купюр. Это, как мне потом объяснили, старинная местная традиция. И мне пришлось сделать то же самое – точнее, сделал я это с огромным удовольствием. Потом эти деньги пойдут на медовый месяц для новобрачных – хотя, конечно, какой сейчас медовый месяц…
Сергей сказал, что потом, «когда мы выполним боевое задание», они поедут на неделю или две на Принцевы острова, расположенные неподалеку от Константинополя. А сейчас им предстоит ограничиться двумя днями на пляже в Гуантанамо, где стоит старый дом местного богатея, выкупленный у него и названный «Финка дель Элефанте». Именно там, как решил Сергей, он будет жить с Марией, а равно и другие члены ее семьи.