"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Начну по порядку. Вторая половина XIX века – это время, когда эпоха романтизма подошла к закату, но еще не закончилась. Люди чаще доверяют своим чувствам, а не разуму. Вот эту особенность хроноаборигенов мы и должны использовать по максимуму.
И тут прямо перед боем нам на голову буквально валится съемочная группа телеканала «Звезда» с приказом нашего адмирала запечатлеть предстоящий бой. Значит, не только я думаю об информационной войне, но и наше командование, что конкретно радует. Так вот, они и будут снимать новое Саламинское сражение! За то, что они сегодня снимут, любой их коллега-тележурналист продал бы душу дьяволу.
В пиар-войне, как в дуэли – хорошо стреляет тот, кто стреляет первым. И мы «выстрелим» первыми. Снятый с натуры фильм о разгроме британской эскадры позволит кое-кому привести свои желания повоевать с нами в соответствие с реальностью. А не приведет, так он станет героем следующего фильма на подобную тему.
Кроме сцены боя наши телевизионщики смогут пропиарить «полковника Александрова» как участника событий. Еще бы! – сам наследник престола, вживую, в боевой рубке крейсера «Москва»! Заодно и отснять «дружеский визит крейсера Югороссии «Москва» в Афины». Ну и на Парфенон пусть полюбуются, между прочим, вчистую разграбленный англичанами.
Снятый ими фильм будет стоить нам двух выигранных сражений. Почему? Это чуть позднее. Да и фото пойдут на ура у газетчиков всего мира. ТАКОЙ СЕНСАЦИИ еще у них не было и долго не будет. Ибо сегодня «Владычицу морей» поимеют в особо извращенной форме и с исключительным цинизмом.
Теперь об «изюминке» предстоящего сражения. Точнее, такая «изюминка» потянет на хороших размеров арбуз. Я попросил командира «Москвы» условно пощадить один боевой корабль из эскадры адмирала Горнби. Ну, скажем, не совсем пощадить, но и не разобрать его на запчасти в течение первых трех минут. Надо только сделать его небоеспособным, пусть себе тонет, но постепенно, с минимумом жертв.
Речь идет о броненосце «Султан». Во-первых, очень хочется притащить этого «султана» в Константинополь в качестве трофея. Мол, один султан, живой, у нас уже есть, а вот вам и второй, британский. Но это так, цветочки. Сомнительно, что у нас всё это получится. Ведь конструкция тогдашних броненосцев хрупкая, и нашей «пылкой любви», скорее всего, он не выдержит, пойдет ко дну…
Самое же главное заключается в том, что этим британским «Султаном» командует… Угу… Герцог Эдинбургский Альфред. Точнее, Альфред Саксен-Кобург-Готский, сынок королевы Виктории… Той самой… К тому же сей Альфред был женат на родной и любимой сестре Сан Саныча. Самое пикантное, что он ко всему прочему имел чин капитана 1-го ранга Российского флота и в честь него четыре года назад государь император Александр II переименовал строившийся на Балтийском заводе броненосный крейсер «Александр Невский» в «Герцог Эдинбургский». Я пока не стал говорить цесаревичу о том, что у него сегодня возможна встреча еще с одним родственничком.
Уважаемый Василий Васильевич сказал в ответ, что, если это нужно в политических целях, он постарается, хотя ничего и не обещает. Несколько пробоин с одного борта могут создать кораблю такой крен, что он потеряет ход и не сможет стрелять, болтаясь в море, как некая субстанция в проруби. Только вот, если наглы будут так тупы, что не догадаются срубить мачты… Тогда он им не доктор, булькнет этот «Султан» со всей командой, как некогда «Кэптен» в 1870 году или «Кэмпердаун» в 1893 году.
И вообще, не должно быть никаких ритуалов, вроде протягивания победителю шпаги побежденным… Пусть герцог выглядит жалко и глупо. Для полноты впечатлений неплохо бы его искупать в море, а потом вытащить из воды багром, зацепив крюком за шитый золотом воротник мундира. Потом перевалить, как мешок с грязным бельем, через борт баркаса. Кадры будут впечатляющие. Если их растиражировать по всему миру, а они само собой будут напечатаны везде, кроме, естественно, британских газет, «Владычица морей» будет с головой вываляна в дерьме. Возможно, увидев в таком виде свое чадо, старая жаба Виктория сдохнет от апоплексического удара, вызванного злостью и стыдом. Туда ей и дорога – зажилась старая карга на этом свете.
А фильм надо будет прокрутить в Императорской главной квартире, потом в Петербурге, причем пригласить на его премьеру послов иностранных государств. Я думаю, что, увидев разгром британской «непобедимой армады», многие страны сделают соответствующие выводы и уже не будут принимать «позу ку» перед подданными ее величества королевы…
Транспортные суда, конечно, можно взять как призы – пароходы пригодятся нам самим в «народном хозяйстве». Только вот предварительно надо заставить красномундирных солдат вплавь добираться до берега. И объявить, что рядовые британские матросы и солдаты передаются на милость королевской четы Греции, а вот господ британских офицеров мы будем судить.
12 июня (31 мая) 1877 года, два часа дня. Внешний рейд Пирея. Гвардейский ракетный крейсер «Москва»
Старший лейтенант СПН ГРУ Николай Арсеньевич Бесоев
После прилета мне предстояло сделать два дела. Первое – найти капитана Тамбовцева и сдать ему с рук на руки съемочную группу. Типа: молодая интересная журналистка – одна штука. К журналистке прилагается: опытный оператор с помощником и комплект аппаратуры.
Всю дорогу Ирочка, так, кажется, зовут журналистку, стреляла в меня глазами. Да, красота страшная сила, это вам не похожая на лошадь одна демократка с Болотной. Ну да бог с ней, у меня к этому наследственный иммунитет.
Вторым моим заданием было найти наследника российского престола, да будет он жив, здоров и невредим, и любой ценой обеспечивать его безопасность. Для этого полковник Бережной придал мне четырех «специалистов» самого устрашающего вида. Мы, конечно, не профессиональные бодигарды, но зато отлично знаем повадки себе подобных. Ну и, если что, при угрозе покушения, можем работать на опережение, а это дорогого стоит. Так получилось, что оба поручения слили в один флакон.
Цесаревича Александра Александровича и капитана Тамбовцева я нашел в обществе командира крейсера и других офицеров на открытом балкончике по правому борту, рядом с главным командным пунктом корабля. Их императорское высочество в обществе двух своих приближенных с высоты четырехэтажного дома разглядывали в бинокль приближающиеся британские корабли. Зрелище одновременно величественное и жалкое.
Первым нашу теплую компанию заметил капитан Тамбовцев. Увидев за моей спиной компанию журналистов, Александр Васильевич сперва сделал удивленное лицо, а потом радостно улыбнулся.
– Вас, товарищ старший лейтенант, мне сам Бог послал. Точнее, не столько вас, сколько моих коллег по цеху, – приветствовал он меня, – а то я тут стою и голову ломаю – как запечатлеть грядущие события для мировой истории…
Видимо, сказал он это достаточно громко, потому что и цесаревич Александр, и его спутники опустили бинокли и повернулись в нашу сторону. В такой момент нашему брату положено стать прозрачными и слиться по цвету со стеной. Потому что взгляды всех трех молодых мужчин, подобно лучам зенитных прожекторов, скрестились на нашей Ирочке. Еще бы, ТАКОГО они в своей жизни не видели. Представьте, стоит наша красуля в обтягивающих джинсиках, туфлях на высоких каблучках, в топике, открывающем загорелый гладкий животик, в меру намакияжена – словом, топ-модель, да и только. Ну а сама она задрала вверх носик и в упор не замечает всех этих принцев крови, графов и герцогов. Ну просто в ноль. Да-с! И так тоже бывает.
А Александр Васильевич, как положено в приличном обществе, начал представлять присутствующих друг другу. И тут притаившийся поблизости амурчик оценил обстановку, взвесил шансы и натянул тетиву своего лука. Бац! Стрела страсти поразила навылет сердце полковника Сергея Максимилиановича, герцога Лейхтенбергского, светлейшего князя, члена Императорского дома, имеющего право на титул императорского высочества. Ранение было тяжким – это было видно даже невооруженным глазом. Кузен цесаревича, храбрец, рубака и балагур, не знал, что и сказать даме. Да-с! И так тоже бывает! И еще неизвестно, что лучше – стрела Амура в сердце или четырехлинейная турецкая пуля в голову. Второе, по крайней мере, без мучений, хотя и без надежд.