"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Ладно, забыли.
— В общем, я планирую здесь задержаться примерно на неделю. И все это время буду платить тебе за службу по пять золотых в день. Как, устраивает такое жалование?
— Спрашиваешь? Разумеется устраивает!
— Ну тогда по рукам?
— По рукам.
Закрепив сделку рукопожатием, друзья оглянулись по сторонам и были неприятно удивлены вдруг образовавшейся вокруг них пустотой. Оказалось, что пока они договаривались, спустившиеся следом за ними тролли и гоблины успели разобрать все ближайшие колесницы, и свободные теперь остались лишь в дальних концах противоположной стены. При этом претендентов на эти оставшиеся колесницы было предостаточно, потому как поток спускающихся с лестницы конкурентов не ослабевал. В итоге, чтобы найти полезный транспорт, Маху с Гобулом пришлось изрядно ускориться и к доброму десятку накрученных по лестнице верст добавить еще пробежку на дополнительную сотню саженей.
  
Каменные кресла колесниц, со слегка откинутыми назад спинками, оказались не только красивыми, но и на диво удобными как для человека, так и для тролля. Заняв с Гобулом пассажирские места, Мах велел вознице отвезти их в третий центральный туннель. За это гоблин-перевозчик запросил по одной серебряной монете с каждого и, получив добро, стал разгонять своего выродка.
Первые три-четыре сажени синий рогач двигался удручающе медленно, словно издеваясь над беспрерывно понукающим его гоблином, но вот его вялый шаг стал удлиняться, походка сделалась легкой, пружинистой, и вдруг, сорвавшись с места, он припустил так, что обоих седоков буквально вмяло в спинки кресел. Опытный возница заранее успел пригнуться на своем месте и ухватиться правой рукой за край колесницы, иначе мощный поток встречного ветра попросту сбросил бы его с козел. Левой рукой гоблин продолжал удерживать поводья и, щурясь от ветра, направлять бешеный бег выродка.
Дальний конец туннеля стал стремительно приближаться. Преграждавшая путь каменная стена росла на глазах с пугающей быстротой, но спятивший зверь и не думал замедлять ход, а наоборот, разгонялся все больше и больше. И уставившегося в стену возницу это убийственное намерение рогача почему-то совершенно не настораживало, он и не думал натягивать поводья, а продолжал подхлестывать ими выродка. Вот уже стали отчетливо видны змеившиеся по стене трещины, до неизбежного столкновения со смертельным тупиком осталось меньше двадцати саженей, от ужаса волосы у Маха на голове встали дыбом. И вдруг, словно проскочив какую-то невидимую черту, выродок часто-часто замелькал, то бесследно исчезая, то вновь появляясь впереди разогнавшейся колесницы. Одновременно с синим рогачом замелькала и преграждающая дальнейший путь стена, то исчезая (тогда открывался вид на начало следующего туннеля, и у них появлялся шанс на спасение), то появляясь вновь (лишая их чудесного шанса). Не в силах больше смотреть на этот кошмар, Мах зажмурился, когда расстояние между мелькающей стеной и мелькающим выродком сократилось до пяти саженей. Летящая как пущенная из арбалета стрела, колесница должна была преодолеть эти жалкие сажени в одно мгновенье. Мах весь съежился в ожидании страшного удара… Но ничего не произошло.
Когда он наконец решился снова открыть глаза, оказалось, что они уже вовсю несутся по следующему туннелю Лабиринта, и за то время, пока он жмурился, успели проехать добрую его четверть. Новый туннель своими размерами не отличался от предыдущего, но здесь уже вдоль одной из боковых стен (по правую руку от едущего в колеснице Маха) тянулся ряд добротных двух- и трехэтажных каменных домов. Проезжая часть (примерно треть от общей ширины туннеля), по которой сейчас неслась их колесница, была отделена от домов и пешеходной зоны толстым каменным бордюром полусаженной высоты, а более тонким и низким разделена на две равные части, очевидно во избежание столкновения двух встречных колесниц. В середине туннеля этот центральный, разделительный бордюр на проезжей части отсутствовал, позволяя, в случае необходимости, развернуть колесницу и вывести ее на другую сторону дороги. Резвящаяся в пешеходной зоне детвора (малолетние гоблины) проводила проносящуюся мимо колесницу завистливыми взглядами и вернулась к прерванной игре.
Снова пугающе быстро стал приближаться конец туннеля.
Уже имея за спиной опыт, Мах уже не испытывал панического ужаса перед очередной преградой, но все же от вида надвигающейся стены ему вновь стало не по себе. Умом он понимал, что выродок по сотне раз на дню проходящий это препятствие, без сомнения, справится с ним и сейчас, но его глаза видели впереди глухую стену, и, вопреки воле рыцаря, разыгравшееся воображение рисовало перед его мысленным взором картину вдребезги разбивающейся о преграду колесницы. Снова на последних двадцати саженях сперва выродок, и тут же следом за ним стена быстро-быстро замелькали. На этот раз Мах не позволил страху взять верх над собой и остался с открытыми глазами. Прохождение сквозь стену заняло какие-то считанные доли секунды, но этот миг Маху удалось рассмотреть даже слишком хорошо. Он увидел, как у самой стены выродок вдруг в очередной раз исчез, и разогнанная им колесница уже сама по себе налетала на стену, но за мгновенье до страшного удара стена тоже исчезла, освобождая проход в следующей туннель. Колесница молнией влетела в него, и сразу же впереди снова появился несущийся во всю прыть синий рогач, а позади выросла глухая стена начала очередного туннеля.
Третий туннель оказался саженей на пятьдесят длиннее, в остальном же он был почти точной копией предыдущего. Те же дома справа, и отделенная от проезжей части пешеходная зона. Здесь им впервые попалась встречная колесница с точно таким же шустрым выродком: она мелькнула слева размытой сине-черной тенью, и Мах очень хорошо понял, зачем проезжая часть поделена бордюром на две части.
За третьим туннелем потянулся четвертый, потом пятый… По мере продвижения им все чаще начинали попадаться встречные колесницы, в остальном же открывающиеся взору новые подземные просторы не радовали новизной. Мах уже совсем было свыкся с мыслью, что все туннели Лабиринта похожи один на другой как братья-близнецы, но шестнадцатый по счету туннель неожиданно преподнес сюрприз. Началось все с того, что, оказавшись в нем, возница вдруг резко натянул поводья, смиряя стремительный бег выродка и вынуждая его двигаться дальше неторопливыми скачками. Из-за резко упавшей скорости Мах получил возможность хорошенько все здесь осмотреть.
Этот туннель оказался гораздо шире, выше и длиннее предыдущих и напомнил Маху самую настоящую подземную улицу. Здесь по обе стороны от проезжей части возвышались огромные пяти- и шестиэтажные домищи, нижние этажи которых пестрели вывесками многочисленных лавок и трактиров. Пешеходная зона была пошире, и, кроме детворы, здесь разгуливало множество взрослых гоблинов, а отгораживающие ее от центральной проезжей части бордюры были гораздо ниже, чем в предыдущих туннелях, и около этих бордюров буквально через каждые три-четыре сажени стояли в ожидании седоков свободные колесницы. Невысокие бордюры позволяли гоблинам в любом месте спокойно пересекать проезжую часть, перебираясь на другую сторону улицы, разрешенная здесь низкая скорость движения колесниц делала такие переходы вполне безопасными.
Туннель-улица растянулась на добрую версту, и лишь в самом ее конце, когда до преграждавшей путь стены оставалось саженей пятьдесят, возница снова стал разгонять выродка…
Следующий, семнадцатый туннель оказался таким же огромным, как и предыдущий. Въехав в него, возница снова первым делом натянул поводья, усмиряя бег выродка. Опять справа и слева потянулись высоченные дома.
— Вам куда? — вдруг поинтересовался возница, впервые с начала поездки обернувшийся к своим пассажирам.
— Как куда, — опешил Мах. — В третий центральный туннель, разумеется. Ты что, забыл, что ли? Почему же тогда раньше не спросил? Чудило, куда же ты нас все это время вез?
— Похоже, вы первый раз в Лабиринте, — ухмыльнулся гоблин, игнорируя претензии рыцаря.