"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Через две минуты после телефонного разговора я плюхнулся на переднее сиденье «Рендж ровера», безошибочно угадав в огромном внедорожнике тачку великана Митюни.
— На, болезный, полечись, — вместо приветствия здоровяк сунул в мою протянутую ладонь пузырек с аспирином и полулитровую бутылку минералки. — А то глядеть на тебя больно. Бледный, как покойник.
— Нефиг было спаивать, — пробурчал я, закидывая в рот разом пару таблеток, и запивая их водой.
— Да кто тебя спаивал-то?! — от возмущения Митюня так резко дернулся с места, что чуть не протаранил бок проезжающего мимо автобуса.
Из-за внезапного торможения бутылка чуть не выскочила у меня из руки, и выплеснувшаяся из нее вода намочила правую коленку.
— Э-э, аккуратнее, — возмутился я.
— Держать надо крепче, рукожоп! — раздраженно припечатал меня водила, вливаясь таки со второй попытки в плотный поток машин.
— Митюнь, не кричи, пожалуйста. И так башка раскалывается.
— Раскалывается у него… И поделом! Впредь наука тебе. Не будешь ручонки свои шаловливые, где не надо, распускать… Вот че те из своей-то не пилось?
— Не понимаю.
— Только дурачка включать сейчас не надо… Нахрена, спрашиваю, ты, дурилка картонная, чашку мою, вместо своей схватил?
— Чего?
Мои губы еще произносили вопрос, а в пробудившейся вдруг памяти мгновенной вспышкой озарился фрагмент вчерашних посиделок…
…Мы с Митюней сидели за столом, дожидаясь хозяйку с обещанными пирогами. Перед здоровяком стояли три одинаковых чашки, и прямо в них он готовил обещанный крутой чай.
— Ща-ща все будет, — говорил мне Митюня, помешивая ложкой по очереди чай в каждой чашке. — Надо только пару минут подождать, дать настояться… Зуб даю, пацан, такого чая ты еще в жизни не пробовал.
Митюня стал раздвигать по столу приготовленные напитки. И я заметил, что чашку, чай в которой он перемешивал тщательней всего, здоровяк придвинул себе.
— Пойду, гляну, че там Лизок, — хмыкнул Митюня, поднимаясь из-за стола. — Не скучай, малой, мы скоро… Чай уже почти готов. Досчитай до десяти, и можешь пробовать.
Он ушел в соседнюю комнату. И я тут же поменял местами наши с ним кружки. Ведь самый тщательно перемешенный чай, всяко, самый вкусный…
— Того, блин, — раздраженный бас Митюни вернул меня к удручающей действительности. — Ну ладно, глянулась тебе чужая чашка больше своей, переставил местами… Но, когда пить стал, неужели запах не почувствовал? От моей же полынью и алкашкой тащило. Я ж себе чай на абсенте мутил.
— Откуда ж я знал, как там твой крутой чай пахнуть должен, — возмутился я. — Ты свой дольше мешал, вот я и подумал… Короче, извини уж, что так вышло.
Митюня от души заржал в голос.
— Ладно, не кисни, пацан. Прощаю, что ты коктейльчик мой без спросу выдул.
— Спасибо.
— Ну ты конечно монстр, малой. Одним махом такое забористое пойло усосал. Уважаю!
— Блин, чем издеваться, лучше б рассказал, что там дальше было. Ничего не помню.
— Да ничего особо и не было… Когда мы с Лизкой вернулись, ты уже храпел, уткнувшись лбом в столешницу. От тебя тащило абсентом. Я понюхал пустую кружку, и все понял… Дальше я продал Лизавете твой эблюс. Торговался с ней за каждое евро, до хрипоты — цени. Сторговались за тридцать девять семьсот. Карту с деньгами я сунул тебе в кошель… Ну а потом, вызвал такси, и повез тебя в общагу.
— А как внутрь-то попал? Входную дверь же на ночь запирают.
— Я тя умоляю. Там не замок, а одно название. Ногтем за пару секунд вскрыть можно… Короче, отнес тебя в комнату. Провел с соседом твоим профилактическую беседу. Ну чтоб позаботился о тебе: тазик, там, раздобыл, и разбудил с утра…
— Да-да, он все сделал. Спасибо.
— Не за что, пацан. Свои люди, сочтемся.
— Митюня, а я ж тебе должен… Ну, за аренду чахи — помнишь?
— Не должен уже, расслабься. Я долг списал из твой доли от продажи паутины кукольника. Там, короче, еще по три двести на брата вышло.
— Так ты же больше собрал.
— А ты чуть не сдох, тварь отвлекая… Короче, сработали мы вместе, как напарники. И поделили добычу, как водится, поровну.
— Но…
— Пацан, это не обсуждается, — отрезал Митюня. — В общем, штуку из твоей доли я забрал, как уговаривались, за чаху. Еще за тысячу семьсот пятьдесят справил тебе телефон новый, вместо разбившегося… Лизке как раз партия новых айфонов поступила, и, раз уж так удачно совпало, грех было не воспользоваться. Она тебе и симку сразу в новый вставила, вытащив из сохраненного обломка… Кстати, зарядка, если че, в боковом кармане рюкзака, вместе с наушниками.
— А паспорт на айфон? Сертификат? Гарантийный талон? Коробка, наконец?
— Малой, я с тя, прям, помираю, — хмыкнул Митюня. — Ну нахрена тебе вся эта бумажная дребедень? Если айфон заглючит, Лизка тебе безо всяких бумажек, без базара, его поменяет. Ты ж теперь один из нас.
— Ясно, — кивнул я.
— Ну все приехали, пацан. Вот твой институт, вали учись, двоечник.
— Так-то я отличник, — заворчал я, отстегивая ремень безопасности.
— Чуть не забыл, — придержал меня за рукав куртки водила. — Оставшиеся от твоей доли за паутину бабки, я наликом в кошель тебе сунул… Короче, потом глянешь, разберешься. Ну удачи, отличник.
— Пока, Митюня. Спасибо, что подвез.
Я выскочил из «Рендж ровера» и рванул к широкому крыльцу альма-матер. Таймер на экране айфона показывал уже 07:58. У меня оставалось чуть больше минуты, чтоб отыскать в огромном здании аудиторию со своей группой.
Глава 26
На бегу, выдернув из кармана айфон, зашел на факультетский сайт, и посмотрел расписание занятий группы. Сегодня первой парой была философия, лекция по которой через минуту должна была начаться в триста тридцать четвертой аудитории. Это в конце коридора на третьем этаже. Злобный и мстительный старикан Крысятин Лев Абрамович (наш препод по философии по прозвищу Крыс) на дух не переносил опоздавших. И чтоб не угодить в его черный список, следовало ускориться.
Я вихрем пронесся по лестничным пролетам, запрыгивая сразу на три ступеньки, и выдал стометровку по коридору, как настоящий спринтер. По дороге едва не снес с ног какого-то незнакомого парня и, под аккомпанемент несущихся в спину проклятий, влетал-таки в нужную аудиторию за считанные секунды до начала пары.
Уже вставший за кафедру Лев Абрамович хоть и зыркнул на меня недовольным взглядом, но промолчал, позволяя беспрепятственно занять свободное место на галерке.
Пока я шел к дальнему ряду, одногруппники, обрывая разговоры, оборачивались и провожали меня удивленными взглядами. Их можно было понять. Мало того, что со вчерашнего дня я кардинальным образом изменил прикид, вместо неброских кроссовок и толстовки, представ теперь перед народом в берцах и косухе. И сам я внешне заметно преобразился. Сутулая фигура робкого неудачника распрямилась. Я шагал в проходе между столами с гордо поднятой головой, расправив плечи, и на моем скуластом лице змеилась наглая улыбка уверенного в себе на все сто сукина сына.
В кармане мелодично тренькнул телефон. И я окончательно добил одногруппников, вытащив из куртки айфон.
Это прилетело сообщение от Витьки.
«Крутой прикид!!!» — похвалил друг.
И едва я прочитал первое, как тут же пришло второе:
«Айфон??? Откуда???»
Разыскав в аудитории Витьку, я заговорчески ему подмигнул и, плюхнувшись на свободный стул, тут же набил ответку:
«Заработал!))»
Заинтригованный друган, конечно, тут же засыпал вопросами:
«Когда?»
«Где?»
«Че делал?»
Но ответить на сей раз мне помешал заговоривший препод.
— Ну-с, господа вчерашние школяры, выключаем гаджеты, и займемся делом… — коронной присказкой обозначил начало лекции Крыс и обвел аудиторию сердитым взглядом, убеждаясь, что его команда всеми исполнена.