"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Заглянув в полумрак помещения, частично освещенного фонариком ее айфона, я увидел груду битого стекла в умывальнике и пустую рамку на плиточной стене над ней, откуда высыпалось разбившееся зеркало.
— Выходит, потеряшка-Тень точно так же зеркальным порталом перенеслась сюда. Только случилось это за энное время до нашего появления, — продолжила вслух рассуждать заигравшаяся в детектива розоволосая хаосистка. — А поскольку о нашем отправлении за ней вдогонку дамочку никто не предупредил, Тень спокойно отправилась по своим делам, покинув запущенную квартиру.
— Ну зашибись, блин! А нам теперь че делать? — возмутился я.
— О! Глянь, — сместившись к полу, луч ее фонарика высветил на пыльном полу отчетливые следы небольших узких женских ступней. — А вот и наглядное подтверждение моих слов… Теперь мы просто пойдем по ее следам. Нагоним, и познакомимся. Надеюсь, далеко сбежать она не успела… Блин, Капустин, вот че ты, как слон в посудной лавке, себя ведешь? На новом месте всего несколько минут, а уже все следы в коридоре своими кроссами широченными затоптал.
— Я не специально. И, вообще, кто ж знал-то?..
— Кто знал, кто знал, — передразнила меня розоволосая стерва, шаря лучом фонарика на затоптанному паркету коридорного пола. — Башкой надо думать, а не задницей. Вон, видишь, мои следы аккуратненько цепочкой вдоль стеночки тянутся. Потому что я, в отличии от некоторых, девушка с пониманием. Ты же, как носорог, носился, вон, прямо по центру взад-вперед, и теперь, кроме твоих ножищ, ничего больше на полу не разобрать.
— Да хорош уже, а!
— Ладно, проехали, — хмыкнула Линда. — Спасибо, что хотя бы в конце коридора лапищами своими не отметился. Вон они, голубчики, видишь, там дальше снова обозначились, и дальше тянутся…
Проявившаяся на пыльном полу в дальнем конце коридора цепочка небольших узких следов протянулась до массивной наружной двери, разобраться с нехитрым колесным замком которой нам не составило большого труда. И через считанные секунды стальная махина с натужным скрипом подалась вперед, открывая нам доступ в неожиданно опрятный и ухоженный подъезд, прекрасно освещенный сверкающим под высоким полком стильным круглым плафоном электрической лампы.
Увы, отчетливые в пыли следы нашей беглянки на чистом плиточном полу подъезда сгинули бесследно. Но, дружно придя к логичному выводу, что потеряшка-Тень, выбравшись из квартиры, скорее всего, пошла вниз, мы тоже стали спускаться по высоким лестничным ступеням.
— Ты видишь то же, что и я? — цапнув меня за рукав косухи, Линда вынудила остановиться напротив огромного панорамного окна, занимающего почти всю стену на межэтажном лестничном пролете.
Сквозь чистейшее стекло с лестницы нам открылся шикарный вид на залитую солнечным светом улицу, по проезжей части которой верхом на двуногом зубастом ящере неспешно трусил голый по пояс молочно-белый мускулистый лысый бугай, в кожаных штанах и сапогах, с перекинутой за спину монструозного вида базукой, висящей на широком кожаном ремне. А навстречу одинокому всаднику, по другому краю достаточно широкой мостовой, катился заваленный каким-то скарбом возок, влекомый парой неторопливых угрюмых волов. На козлах возка сидел короткостриженый щекастый коротышка, с пышными бакенбардами и естественным загаром на открытых участках лица и тела, но в старомодном кожаном камзоле на голый торс, в коротких (выше открытого колена то ли бриджах, то ли шортах), и с сильно волосатыми босыми стопами. Завершая и без того экстравагантный свой образ коротышка энергично отмахивался от назойливых мух сорванной с головы шикарной треуголкой.
— Охренеть, — кивнул я спутнице. — Прикольная у бугая лошадка.
— А клыки его, изо рта наружу выпирающие, заметил?
— Угу. Давно, походу, бедолага не наведывался к стоматологу.
— Сергей, хорош хохмить! Вот ща ни разу мне не до шуток!.. Это же реально, походу, другой мир!
— Ну да. Городок Вээль из параллельной реальности.
— Сергей, не беси! — зашипела Линда и, оторвавшись от заоконного вида, снова зашагала по лестнице вниз. — Я помню недавно прочитанный лог. Но одно дело прочесть, а другое — вот так увидеть собственными глазами. Как думаешь, наш прикид не слишком будет выделяться?
— Так-то мы оба в коже, — пожал я плечами, возобновив следом за девушкой дальнейший спуск по ступеням. — А кожаная одежка здесь типа норм. Гораздо больше меня напрягает: как бы проблем с пониманием аборигенов у нас не возникло.
— Разве Хозяин, перед отправкой сюда, не улучшил твое Кольцо Развития теневым умением Полиглот? — обернувшись, на ходу уточнила розоволосая.
— Да, вроде, подкинул что-то такое, — кивнул я.
— Ну вот и не парься тогда, — фыркнула Линда. — Теперь ты речь любого разумного запросто поймешь. И твой речевой аппарат так же без проблем адаптируется под понятную местным аборигенам абракадабру.
— Теоретически я все это понимаю. Но вдруг на практике…
— Никаких вдруг, — перебила спутница. — Сейчас сам во всем убедишься.
Наш продолжительный лестничный спуск благополучно подходил к концу, и в просторном подъездном холле, возле наружной двери, показалась конторка консьержа. Сидящий там седоусый мрачный тип, с огромным породистым красным носом-картошкой, в не первой свежести непонятной хламиде, подозрительно оживился при нашем приближении. Абориген деловито сложил пополам огромный газетный листок, который до этого читал, и, строго зыркнув на нас, что-то требовательно зарычал в нашу сторону.
Совершенно непонятная поначалу речь аборигена уже примерно на середине рычания вдруг обернулась в моей голове привычной русской речью. И вот что я в итоге услышал:
— Эй, челы! А вы еще кто такие? Я вас не знаю! Откуда вы здесь взялись?
— Не лезь. Я все устрою сама, — шепнула мне спутница.
— О чем вы там шушукаетесь⁈ Ну-ка прекратить! — в руках у консьержа вдруг материализовалось нацеленное на нас ружье. Древний, как говно мамонта, ствол гипнотизировал однако неотвратимой смертоносностью своего заряда не хуже ультрасовременного автомата. — Замерли оба! И чтоб без глупостей! У меня кнопка тревожная под локтем! Только дернетесь, мигом зарядом картечи угощу, и тут же наряд стражи городской сюда вызову!
— Спокойно, уважаемый! — обычная линдина речь, направленная в сторону чересчур бдительного консьержа, точно так же, как до этого непонятное рычание последнего, трансформировалась в обратную сторону, обернувшись понятным аборигену рокочуще-рыкающим местным наречьем. — Мы в гостях были у особы, которая только что перед нами по лестнице спустилась вниз и вышла отсюда на улицу.
— Что еще за особа такая⁈ Не знаю я никакой особы! — ощерился вредный старикан. — И вас не знаю! А потому, сдам-ка, от греха, я вас, челы, лучше наряду. Пусть городовые сами разбираются: в каких-таких гостях вы тут обретались. И не прихватили ли ценного чего оттуда с собой!
— Э-э, дядь, мы так-то не воры, — рыкнул я возмущенно в ответ, не удержавшись.
— Вот сейчас и проверим…
— Сдать нас наряду — дело нехитрое, — обворожительно улыбнулась консьержу Линда. — Это завсегда успеется. Сперва же, уважаемый, может, посмотришь, что мы готовы тебе предложить, чтобы урегулировать на месте, не доводя, так сказать, до огласки, сие досадное недоразумение. Гля, что у меня есть…
— Ах ты курва! Морда твоя воровская! А ну стоять, где стоишь! — взбеленился в ответ неподкупный консьерж, едва не пальнув в осмелившуюся придвинуться на полшага горе-переговорщику. — Подкупить меня вздумала!..
Осознав, что переговоры наши окончательно и бесповоротно зашли в тупик, я щелчком пальцев активировал безвременье Настройщика, и «поплыл» сквозь ставший густым, как кисель, воздух к конторке застывшего статуей консьержа.
Достигнув цели за восемь бесконечно-долгих шагов, я сперва аккуратно снял палец аборигена со спускового крючка старинного ружья. Потом вытянул ствол из второй его руки, и опустил оружие на столешницу конторки. Меж тем, в затылке уже разгоралась боль пробудившейся мигрени, требуя окончания затянувшегося стазиса. Последним отчаянным усилием я рванул на себя за грудки старика, отрывая его с той стороны от пола и вытягивая за собой из-за конторки. Но довести до конца это последнее сверхэнергозатратное действие не хватило внутреннего ресурса…