"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Да-да, конечно, садись.
А ведь Ветер уже ужинал со мной около недели назад… да, тогда тоже был четверг. Значит, для него это плановая беседа с ценным сотрудником в полуформальной обстановке. Мониторит настроения личного состава. Грамотный руководитель, что тут скажешь.
— Как тебе тут? Не скучно?
— Да как-то странно было бы жаловаться на скуку, после АЭС-то… Я предпочел бы поскучать, ей-богу, чем вот это все.
  
— Может, не хватает чего?
— Всего хватает, спасибо… Пивка разве что иногда хочется.
— С этим помочь не могу, извини — режим. Ни капли алкоголя на всей базе. Разве что у медиков. И отпусков сейчас нет и не предвидится. Но могу устроить гостевое приглашение для невесты твоей, например.
— Нет, не стоит.
Как бы я ни скучал по Оле, от мысли, что она может тут появиться, делается неуютно. «Следи за собой, будь осторожен», — сказала мне Аля, но я и без нее догадывался, что здесь расслабляться не стоит. Вроде бы все такие простые, такие свои в доску… но я же представляю себе, какой у этих людей жизненный опыт. Так что спокойнее мне, что близкие остаются дома.
— Как знаешь, — легко соглашается Ветер.
Улыбчивая официантка в накрахмаленной кружевной наколке подкатывает к нам тележку. Свой ужин я заказал заранее через приложение — и в этот реликт ушедшей эпохи пробрались высокие технологии. Девушка ставит передо мной салат, жареного цыпленка с картофелем, пару еще теплых пирожков с ливером, графин клюквенного морса. А Ветер заказал что-то очень зожного вида — кажется, это овощи и рыба на пару. Ну конечно — за все в жизни надо платить, и чтобы в сорокет проходить полосу препятствий наравне с молодыми парнями, приходится себя ограничивать.
— За АЭС выйдет тебе правительственная награда, — сообщает Ветер, орудуя ножом и вилкой. — Правда, на этот раз — никакого торжественного вручения. Секретность, сам понимаешь. Пополнишь ряды невидимых миру героев. Ну и денежная премия, естественно.
Ветер называет сумму. Присвистываю. Столько денег я разве что на пике айтишной карьеры года за четыре зарабатывал, а мой бизнес даже близко на подобные доходы не вышел. Это хорошо, конечно, что семья будет обеспечена, даже если мы с Олегом с ликвидации очередного Прорыва не вернемся. Вот только «Потеряли? Найдем!» мне теперь вроде чемодана без ручки: тащить тяжело, а выбросить жалко…
— А я думал уже, полетят наши головушки после самодеятельности на АЭС…
— Были такие попытки, — Ветер сухо усмехается. — Но не на тех напали. Руки коротки. В поле людьми командовать — это многие умеют. А вот в высоких кабинетах их потом перед начальством отстоять — тут иногда яйца покрепче нужны, чем чтобы в атаку идти под пулеметным огнем. Но у меня и опыт есть, и знакомцы в нужных местах. Так что работаем спокойно, Саня. Я всегда и в бою прикрою, и после.
Ишь, отец-командир выискался… хорошо хоть руку на плечо не кладет покровительственно. А не так прост наш Ветер, как ждешь от спецназовца. Впрочем, в отличие от Али, он рубаху-парня из себя и не строит.
— Братец твой молодцом держится, — меняет тему Ветер. — Отличные результаты у парня.
Да уж, похоже, Ветер принципиальной разницы между моей подготовкой и Олеговой не видит; оба мы для него — штатские. Олег, если так вдуматься, моложе меня и потому перспективнее… я всю жизнь держал его за задохлика — может, зря. Но я-то зато в деле побывал, причем даже до всяких Прорывов!
— Это здорово, что Олежа всерьез взялся за тренировки… Но, надеюсь, он так и останется на скамейке запасных. Ты же понимаешь, ему не надо… ну не справится он, если по-настоящему припечет.
— А вот этого, Саня, ни о себе, ни о другом человеке никто заранее знать не может, — Ветер многозначительно приподнимает бровь. — Пока, как ты выражаешься, по-настоящему не припечет. Олег — парень расхлябанный, несобранный, но стержень у него есть. Верю — он себя еще проявит.
Вот чтобы этого не произошло, чтобы Олегу не пришлось себя проявлять, я готов сидеть на этой базе, вдали от бизнеса, семьи и… ну не только семьи… до тех пор, пока Кукловода не найдут и не накажут примерно за все его художества. Ну или… до своей смерти, что поделать.
— Впрочем, Олег в резерве, а основной актив у нас сейчас ты, — Ветер, похоже, улавливает мое настроение не хуже Али. — Так что сохраняем спокойствие, тренируемся и остаемся готовыми ко всему. Кстати о тренировках, у тебя прогресс в Fight Gone Bad замедлился, так что я тебя еще на новый японский тренажер записал на завтра. Машина — просто фантастика какая-то, их даже в космосе теперь используют. Мишаня все покажет-расскажет.
Ветер допивает из высокого бокала свой белковый коктейль. Под его укоризненным взглядом я заматываю в салфетку и убираю в карман пирожок. Грешен, люблю перекусить перед сном — иногда прямо заснуть не могу на голодный желудок.
Выходим из столовой. Ожидаю, что сейчас мы разойдемся по своим корпусам, но посреди коридора Ветер вдруг останавливаемся и негромко говорит:
— Сань, а задержись-ка на минуту.
Не проблема, но почему вдруг именно здесь? Командиру виднее, конечно…
— Мы тут все одно дело делаем, — тихо говорит Ветер. — Враг у ворот, все в таком ключе. И ты, наверно, у себя в бизнесе всякого насмотрелся. Но вряд ли представляешь себе, что это такое — аппаратные игры в спецслужбах. Тут многие ради продвижения по службе родную мать сожрут и не подавятся. Потому гляди в оба, Саня. Следи, что кому говоришь, и ничего не принимай на веру. Понял меня?
Киваю и одновременно пытаюсь сформулировать вопросы, но Ветер быстро улыбается мне краешком рта и легким пружинящим шагом уходит прочь по коридору. А до меня доходит, почему он выбрал для разговора именно это место: это слепая зона камер.
  
Глава 10
 
Вилами по воде
 
Апрель 2030 года
— Вызов, короче, от бабули был, — морда Витали едва умещается на экране телефона. — В заявке — ключницу потеряла. Вот кто-нибудь из вас знает, что такое эта ключница?
— Ящичек с крючками для ключей, — отвечает Нина Львовна.
— Ну да, — Виталя немного расстроен, что не оказался эксклюзивным носителем редкого знания. — Бабка, короче, трясется вся. Старинная, грит, шняга. Этот, как его, антиквариат. Память от ейной матери. Ну я такой: «Не ссыте, бабуля, ща все будет нормалды». Настройка простая, след четкий — аж пятно яркое на обоях и гвоздик там, где эта фигулина висела. Но в квартире ее нет, хоть ты тресни. Была, но нету. Я лестницу проверил, лифт — глухо. Бабка бледная такая, руки дрожат, я уж думаю — скорую, что ли, ей вызвать? И говорит мне: что же это такое, Коленька… неужто дочка взяла? И тут я вспомнил, что у моей бабули такое же было: путала имена, и в воровстве еще всех обвиняла. Ну я звоню этой дочке, та говорит — так, мол, и так, неделю назад на месте еще ключница висела, а мама плоха стала, старость — не радость… Может, сама кому отдала и забыла. Я тогда говорю бабке: а давайте-ка мы исходящие вызовы в вашем телефоне проверим. Среди них один всего без имени оказался. Пробиваю — ну точно, мастерская по ремонту старинного хлама всякого. Звоню — так и есть, бабуля сама им ключницу отдала на починку.
— Отличная работа, Виталий, — говорит Катя.
— Слышьте, только эта… Ну, можно мы не будем с бабки той денег брать? Бабуля нищая совсем, линолеум до дыр протерт, она его ковриками вязаными прикрывает… У моей бабушки такие же были. Дар-то не сработал, так что мы типа как бы ничего и не сделали.
— Не знаю, — теряется Катя. — Саша, ты что думаешь?
Отвечаю:
— Мы можем себя позволить не брать со старушки оплату. Но решать тебе, Катерина. Ты же сейчас за главную. Посмотри, мы в плюс вышли на неделе?
— Да, неделя неплохая. Хорошо, Виталий, мы не станем выставлять счет. Позвони клиентке и сообщи. Владимир Ильич, что у вас?
— Один выезд всего был, — отвечает старичок. — Кота искал. Домашнего, на улицу не выпускали его. Так вся квартира в его следах, а во дворе и в переулках вокруг — ни следочка. Значит, не убег. Смотрю на квартиру — там женщины вещи и дочки ее, а в самом углу прихожей — мужские ботинки, нечищеные. Выспросил, что с мужем она недавно развелась. Узнал адрес мужа. Прихожу — от лифта уже фонит этим котом. Ну звоню, мужик открывает. Не стыдно, спрашиваю, у собственного ребенка любимое животное, друга, считай, забирать? Он орет: мой кот, не оставлю этой стерве! Ну я велел им самим разобраться до конца недели, а то, говорю, кот — имущество, можно и в полицию заявить… Такие дела.