"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Пока я, с непривычки, буксовал на своем участке, получая вместо трофеев частые болючие уколы, Линда, мне на зависть, рядом выуживала из щетины твари отрывающиеся иголки с завидным постоянством. Когда же я, наконец, тоже наловчился выдергивать колючие трофеи, со щетиной иглухи вдруг случилась беда — все иголки на ее спине и боках вдруг разом посерели, и через секунду прахом осыпались на землю. А на оголившейся белой, как мел, коже иглухи стали всюду проступать темные трупные пятна и быстро разрастаться (прямо на наших глазах) в размерах…
— Ну все, лавочка закрыта, валим отсюда, — объявила Линда и, цапнув меня за рукав куртки, потащила мимо колючего кустарника дальше по тропинке.
— Как улов? — поинтересовалась она у меня уже на ходу.
— Да не густо. Всего шесть иголок успел собрать, — буркнул я, отменяя действие Пота.
— Для первого раза сойдет, — хмыкнула хаосистка.
— А у тебя?
— Да уж побольше шести.
— Я ж тебе ответил!
— Я тоже.
— Так не честно! Я тебе сказал, и ты должна…
— Ничего я тебе не должна!
— …мне сказать!
— Отвали, а!
Не знаю, куда бы завел нас этот очередной разгорающийся спор, если б не раздавшийся вдруг сзади мощный хлопок.
— Что это было? — попытавшись обернуться на ходу, по-прежнему влекомый Линдой, я едва не споткнулся, зацепившись ногой за ногу, и, лишь чудом устояв на ногах, тут же вырвал рукав из цепких пальцев хаосистки.
— Не отставай, практикант, — махнула мне рукой Линда, продолжившая двигаться дальше, как ни в чем не бывало.
— Я ни шагу больше не ступлю, пока не ответишь на вопрос! — возмутился я ей в спину.
— Вот ведь баран упертый, — заворчала Линда, вынужденная вернуться и остановиться рядом со мной. — Иглуха наша это расплескалась. Особенности физиологии у этой теневой твари такие, что она после смерти превращается в мину замедленного действия. И примерно минут через десять — бабах!.. Ну ты сам, короче, только что это слышал.
— Чего же ты сразу-то о такой подлянке не предупредила?
— А смысл?.. Все одно, пока иголки с нее не осыплются…
— Фу-ууу!.. Фак! Это че такое?! — навалившийся вдруг смрад заставил меня торопливо запечатать ладонями все дыхательные отверстия.
— Выгвавшаяся нагужу утгобная вонь иглухи, — прокартавила Линда с зажатым пальцами носом. — Я ж не пгосто так тебя подальше от места вгыва пыталась оттащить. Сам не захотел. Вот и нюхай тепегь.
— Фак! — фыркнул я через прижатые к нижней части лица ладони.
— Ладно. Пошли уже…
Чтобы выбраться из зоны испорченного омерзительной вонью воздуха, нам пришлось пробежать по тропе еще примерно с полсотни шагов. Дальше дышать стало значительно легче, и, следом за Линдой, я убрал ладони от носа и рта.
Но едва я успел перевести дух, перейдя с бега с закупоренной носоглоткой на нормальный шаг со свободным дыханьем, как от шагающей рядом хаосистки прилетело задорное:
— Давай, практикант! Снова твой выход!
Покосившись на квадрат карты в углу, я увидел впереди на тропе знакомых красных букашек — очередная стая бестий (вероятно, среагировав на взрыв), цепочкой растянувшись между берхами, набегала нам навстречу.
Что ж, этот противник был насквозь понятен, к тому же тварей в приближающейся стае было вдвое меньше, чем в атаковавшей меня на поляне, потому, активировав копье, я без тени сомнения зашагал навстречу рогатым ублюдкам.
Снова ставшая невидимой хаосистка бесшумно двинулась следом.
Глава 27
Сквозь багровый туман в глазах проступили строки победного лога, но сил читать их уже не было, и я в очередной раз сморгнул системное уведомление на потом.
— Черт! И все-таки, как ты это делаешь?! — раздавшийся за спиной голос Линды заставил, стиснув зубы, устоять на ногах, и в вертикальном положении пережидать сперва ослепительную вспышку головной боли, а потом накатившую следом слабость отката.
Не добившись от меня ответа, хаосистка вдруг начала рядом что-то остервенело рубить… Вот гадство! Неужели кто-то из рогатых ублюдков уцелел-таки там?
Плотный кровавый туман перед глазами через несколько секунд развеялся, и я увидел, как Линда, забравшись на кучу трупов бестий, выворачивает огненным клинком из забрызганного синей кровью ствола берха какой-то шарообразный нарост, на примерно двухметровой высоте.
— Че встал руки-в-боки, помогай давай! — натужным голосом шикнула в мою сторону Линда, заметив, видимо, кроем глаза мой прояснившийся заинтересованный взгляд.
Вскинув по-прежнему зажатое в правой руке, перемазанное кровью бестий копье, я сунул наконечник в проделанную хаосисткой зарубку поверх чудного нароста и, навалившись на древко, помог отковырнуть белесый шар от массива ствола.
— Ну-ка, ну-ка, посмотрим, чем нас находка эта порадует, — довольно фыркнула Линда, ловко перехватывая левой в полете выломанный кусок древесины.
— А че это, вообще, такое? — запоздало поинтересовался я.
— Зародыш, — ответила хаосистка, энергично ввинчивая в округлую выпуклость добычи штопор, добытый из внутреннего кармана куртки вместо деактивированного огненного клинка.
— Чего?
— Берха, разумеется, — фыркнула Линда, выдергивая из просверленной дырки перемазанный в бесцветной жидкости инструмент, и подставляя под брызнувшую оттуда тугую струю горлышко пустой бутылки (той самой, кстати, что, благодаря моему подгону, получасом ранее она спрятала в расширенный эблюсом внутренний карман).
— Да понятно, что берха, раз эту хрень из его ствола только что вырубили, — возмутился я. — О другом же совсем спросил… В смысле: как это зародыш? Ведь это ж дерево! Да не совсем обычное. Но, блин, дерево! А зародыши могут быть лишь у животных!
— Как видишь, не только, — пожала плечами хаосистка, продолжая сцеживать прозрачную жидкость в бутылку. — Не забывай, практикант, что теневая параллель — это территория хаоса. И здесь все может быть шиворот-навыворот, не разу не похожим на привычный нам упорядоченный мир. Бродячие деревья здесь натурально рожают себе подобных, а некоторая местная живность на первых порах спокойно вызревает в бутонах местных цветков, то есть по факту животные вырастают, вместе с инкубатором-растением, из проклюнувшихся в земле семян.
— Охренеть!
— Согласна, нормально так накапало, — хмыкнула Линда, отбрасывая выдоенный кусок древесины, и убирая во внутренний карман на четверть заполненную литровую бутылку.
— А че это такое ты там сцедила?
— Сиропчик околоплодный. Ингредиент незаменимый для изготовления большинства регенерирующих снадобий. Цена на него у артефакторов колеблется в районе десяти-двенадцати евро за грамм, — охотно пояснила хаосистка. — С зародыша мне примерно двести пятьдесят накапало — вот и считай.
— Поделиться не хочешь? — без особой надежды спросил я. И ожидаемо получил в ответку насмешливое:
— Не а!
Мы зашагали дальше по тропинке, а, вдохновленная богатой добычей, Линда продолжила просвещать меня по поводу добытого только что трофея:
— Сливать из зародыша сироп, как ты только что сам видел, дело не сложное. А вот увидеть на стволе берха зародыш — это пипец как редкость. Потому что носящие приплод берхи практически до самых родов скрывают наличие вызревающего в глубинах ствола потомства, оставаясь внешне неотличимыми от остальных древесных собратьев. Зародыш же выпячивается на стволе лишь непосредственно перед началом процесса, и заранее угадать его появление на том или ином стволе берха не под силу вообще никому. В нашем случае ускоренные роды, думаю, спровоцировала учиненная тобой возле ствола-родителя жестокая расправа над стаей бестий. Образовавшаяся мгновенно возле потенциального родителя гора трупов и окатившие ствол фонтаны крови испугали берха, спровоцировав появление зародыша — типа преждевременные роды из-за испуга мамаши. Короче, нам чертовски повезло.