"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

На втором плакате — цветная фотография улицы Новый Арбат. Дома в форме раскрытых книжек, свет в окнах складывается в слово «СССР».
  
Интересно, как это у них работало — часть кабинетов была помечена особым образом, чтобы свет в них никогда не выключали? Вот же не экономили электричество советские люди… Ладно, что-то отвлекся я. А ведь эти два плаката — единственные сугубо декоративные вещи в доме, если не считать ковров. Черт, надеюсь, не придется считывать QR-код с советских ковров. Хотел ли Лев Викторович нечто нам сообщить, вывесив именно эти плакаты? Или они ему просто нравились, а у меня развивается синдром поиска глубинного смысла?
Спрашиваю без особой надежды:
— Виталя, может, удалось хоть что-нибудь унюхать? Флешка, или запись с паролем… такое что-то.
— Да как тут унюхаешь незнамо чего, — Виталя пожимает плечами. — Но знаешь что, Сань… вот этот плинтус — его явно отрывали, а потом ставили на место.
Смотрю туда, куда Виталя указывает. Плинтус как плинтус, такой везде в доме. Однако Виталя легко приподнимает уголок, шарит под ним. Полминуты спустя торжествующе извлекает и отдает мне серебристую флешку.
Подбираю отвисшую челюсть. Я ведь никогда не спрашивал, что конкретно искало дитя подворотни семнадцатого декабря, отчего огребло именно такой Дар. Решил, черт бы с ним, дело прошлое…
— Так что, твой Дар и тайники находить помогает, не только вещи?
— Да ну что ты заладил, Сань, Дар да Дар… — морщится Виталя. — Будто я без Дара прям бревно безглазое. Дома насобачился нычки искать. Что батя, что братаны бухали как не в себя. Деньги как у кого появлялись, он их сразу прятал. Батя — хитрожопый старый козел, пенсию как только не ныкал — и ни разу такого не было, чтобы не нашли и к утру не пропили. Так что глаз у меня наметанный.
От жеж… Никогда больше даже в мыслях не буду называть Виталю «дебила кусок», «тупая башка» и как я еще его чихвостил. У меня тоже были в свое время сложности в семье, но все-таки базу я получил правильную: и книги хорошие в доме были, и в походы мы с отцом ходили, пока он не слег… А Виталя вон из какого дерьмового бэкграунда выбирается сам. Работает, бухает умеренно, одеваться даже стал по-людски.
Ладно, самокопанием потом можно заняться, сейчас с флешкой разобраться надо. Достаю из рюкзака ноут — айтишная привычка таскать с собой основной рабочий инструмент. Слава труду, флешка читается! На ней один файл… видео. Пароль от блокчейна никак не может быть видеофайлом, но, возможно, там есть подсказка. Со второй попытки — пальцы чуть дрожат — запускаю видео двойным кликом… «файл поврежден». Так, ну это еще не приговор, есть программы для восстановления данных…
Из-за моей спины раздается решительный женский голос:
— Вы находитесь здесь без законных оснований. Немедленно покиньте помещение. Предварительно отдав все, что вы здесь нашли.
Ага, щас, бегу — волосы назад… Оборачиваюсь. На меня в упор смотрит дамочка, которую я часто встречал в коридорах нашего бизнес-центра. Мария, основательница детективного агентства имени себя.
За спиной Марии — двое ее сотрудников. Растерянная заказчица маячит в дверном проеме и беспомощно разводит ладонями.
Складываю руки на груди и приветливо улыбаюсь.
— Во-первых, здравствуйте, Мария. Во-вторых, удивительно интересные вещи вы рассказываете. Мы находимся здесь по приглашению наследницы, которой покойный доверил ключи от дома. А вы?
На самом деле я не уточнял, как именно заказчица получила ключи, ну да не суть.
— Мы действуем от имени и по поручению другого наследника, Кирилла Викторовича, брата покойного. У наших сотрудников есть лицензии на детективную деятельность. В отличие от вас. Потому мы имеем право осматривать помещения и имущество. Вы уйдете самостоятельно или мне вызвать сотрудников полиции?
Про лицензию — это Мария, конечно, права, никакой лицензии я не получал. Для этого нужно или юридическое образование, или трехлетний стаж в органах, а у меня ни того ни другого. Формально я вроде бы не детектив, в отличие от Марии. Но это не значит, что я позволю вот так тупо взять себя на понт.
— Лицензия детектива не дает вам права проникать в помещение незаконно. А с точки зрения закона этот дом сейчас не принадлежит никому — наследники еще не вступили в права.
— Вы не юрист и не разбираетесь в тонкостях наследственного права! — отрезает Мария.
Вроде хватает у меня причин недолюбливать эту стерву, но нельзя не признать — есть в ней некоторый шик. Аристократическая посадка головы, горделивая осанка, пиджак вроде строгий, но очертаний большой и при этом нисколько не обвислой груди не скрывает. Эх, к этой бы фигуре еще характер нормальный…
Широко улыбаюсь:
— Я мехмат заканчивал, мне ваше это гуманитарное знание — на четверть часа легкого чтения. Если я сейчас сообщу нотариусу, что между наследниками или их представителями произошел конфликт — а это мы, кажется, сейчас и наблюдаем, вернее, делаем — он обязан будет принять меры для защиты наследственного имущества. То есть обратиться в суд, чтобы дом опечатали. В таком случае доступа к нему еще как минимум пять месяцев не получит никто. Полиция, если мы ее вызовем, попросту выгонит отсюда всех. Потому что у нас в равной степени нет права здесь находиться. Ну так что, кому звоним? Или все-таки договариваемся не мешать друг другу, действуя каждый в интересах своего клиента?
Чего бы мне не договориться-то — флешка уже у меня. Штука в том, что перекрыть сотрудникам «Марии» доступ в дом я все равно не смогу, раз у этого Кирилла есть ключи. Суд, конечно, по жалобе нотариуса помещение опечатает, но это дело не быстрое. Да и остановит ли бумажка на двери наследника, жаждущего дорваться до несметных богатств…
На красиво вылепленном лице Марии пробегает тень досады, но бизнесвумен тут же берет себя в руки и говорит ровным тоном:
— Договариваемся.
Четверть часа спустя сходимся на том, что станем осматривать помещение по очереди. Один из детективов «Марии», пухлый коротыш, еще успевает стребовать право снять копию данных с компьютера покойного — иначе, мол, их клиент заявит в полицию о краже. Здесь он прав, к сожалению, моя заказчица действительно до вступления в наследство не имела права забирать компьютер дяди. Кражу в итоге вряд ли докажут, но нервотрепка с уголовным делом нужна нам в последнюю очередь. И можно было бы попросить Леху устроить так, чтобы его замяли, но не стоит идти на такие меры без крайней необходимости.
Мария наводила справки о моих сотрудниках, ну да и я, как выражается Виталя, не пальцем деланный. Катерина наша успела подружиться с секретаршей «Марии». Та, конечно, одаренная — сам видел, как она говорит сразу по двум телефонам и одновременно печатает с немыслимой скоростью; однако ни лояльности работодателю, ни ума Дар ей не добавил, так что она многое Кате разболтала. Потому я знаю, что вот эта грымза с колючим взглядом — одаренный полицейский эксперт со сверхъестественным вниманием к деталям; Мария переманила ее из полиции, где, между прочим, таких специалистов отчаянно не хватает — но притяжение бабла оказалось сильнее. А у пухляша какой-то Дар в сфере информационных технологий. Да, непросто будет соревноваться с такой командой в гонке за пароль к блокчейну. Впрочем, кое-какая фора у меня есть.
Выхожу в окружающий дом небольшой садик, сажусь на лавочку, раскрываю свой ноутбук. Прошу Виталю постоять на шухере, чтобы конкуренты не подкрались со спины и не заглянули в экран. Раздаю себе с телефона интернет и начинаю скачивать программы для восстановления данных.
Полчаса спустя видео наконец запускается. Качество картинки так себе, фигуры не по центру кадра — видимо, запись сделана не слишком удачно установленной веб-камерой. Однако различить и людей, и их слова вполне реально.