"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Ты согласилась на женитьбу? — полковник обернулся ко мне с удивлением на лице.
— Я не знала, что это какой-то обряд! — развёл руками. — Потанцевали на празднике Нового года, покатались на лошадках — и мне такие «Ты теперь наша невеста, будешь жить всю жизнь в юрте и рожать нам детей!». А я ни сном, ни духом! Схватилась и сбежала, пока могла!
— Как ты вообще там оказалась?
  
— В магической Академии со мной их племянница учится, пригласила на недельку погостить в экзотику, я и поехала…
— Понятно. — полковник покачал головой, а у него на лице было огромными буквами написано «Малолетняя дура». — Господа, разворачивайтесь и уезжайте! Если вы попробуете проявить враждебные намерения, то, согласно уставу пограничной службы, я имею право всех вас уничтожить! И никто мне и слова не скажет!
— Уничтожить⁈ Я запомню эти слова! Я соберу воинов со всей Монголии, вернусь и…
— Амаа хамхиа! — прервал Ухнаагийна до боли знакомый мне голос.
Молодые монголы на конях прыснули во все стороны, давая дорогу пятерым всадникам, во главе которых ехала та самая бабка. Она подъехала к своим сыновьям и сказала им несколько фраз на монгольском, взмахнула рукой — и те, насупившись и «повесив головы», развернулись и уехали назад, к своему пограничному пункту.
— Вы здесь главный? — бабка посмотрела на закованного в латы мужчину.
— Полковник Зайцев Роман Филиппович.
— Простите моих непутёвых сыновей. Они ещё молодые, горячая кровь играет в них, они сначала делают, потом думают.
— Охотно прощу, если они больше не будут устраивать подобных неприятностей.
— Я за этим прослежу!
— Тогда могу только откланяться, госпожа!
— А ты. — бабка посмотрела на меня, помолчала секунду десять. Я поёжился и бессознательно попытался спрятаться за полковника. — Спасибо, что показала мне, как ещё глупы мои сыновья. И было ошибкой пытаться оставить тебя в стойбище, ты слишком своенравна, это пошло бы во вред. Не держи на меня зла, я хотела лишь лучшего себе и своему роду. Прими это как мои извинения.
Один из всадников рядом с ней соскочил с коня, подошел к шлагбауму и протянул мне что-то на руке. Я подошел на шаг — это был браслет, сделанный из кости. Какой-то артефакт, в нём чувствовалась скрытая магическая энергия.
— Оно может спасти жизнь один раз, потом разрушиться. — объяснила бабка, махнула рукой. — Түүнд юмсыг нь буцааж өг.
Другой всадник спешился и отстегнул от седла две сумки. Да это же мои вещи! Одна так, клеёнчатая, что Яга притащила, в ней выменянные за нижнее бельё монгольские вещи, а в другой, поменьше, были мои документы, телефон, кошелёк.
— Спасибо! — я поклонился бабке и её сопровождающим.
— Нам не нужно твоего. А ты, если хочешь, можешь приезжать к нам снова. Я прослежу, чтоб ты была в безопасности на нашей земле.
— Благодарю! Возможно, ещё и приеду. — естественно, я больше не собирался засовывать зад в эту западню. Мало ли что бабка обещает, другие могут думать совсем иначе. Но вот так, прямо в лицо, ей такого говорить не стоит.
— Тогда прощай. — она кивнула мне, потом полковнику и капитану. — Прощайте, воины.
— До свидания, сударыня!
Бабка с эскортом уехала, за ней потянулись её сыновья и все остальные, растворившись во тьме зимней ночи.
— Фуууух! Хорошо, что всё так закончилось! — выдохнул я, вытерев лоб — хоть и холодно, а у меня пот выступил.
— Угу. — полковник кивнул, посмотрел на капитана. — Неклюев, посади ка эту красавицу в камеру.
— Что⁈ За что⁈ — я не успел возмутиться, как меня схватили за руки и вырвали сумки с браслетом.
— А до выяснения. Мало ли кто ты, может, ты нам наврала, что эта, как её там… Малинина! Приехала с погоней на плечах, чуть инцидент международный на границе не устроила. Посидишь пока, подумаешь над своим поведением, а мы проверим, кто ты на самом деле.
Препираться было бесполезно, так что я не стал брыкаться, а без сопротивления проследовал в камеру. Ну, тут хоть окна застеклённые, и батарея есть, даже тёплая. Жить можно! Главное, недолго! С такими мыслями я обнял батарею и заснул.
Утро началось с лязга ключей в замке. С трудом разлепив глаза, с удивлением оглянулся — это где это я⁈ А, точно, я же на погранпереходе. Блин, есть хочу! Тут же должны чем-то кормить? Солдатов так точно. Или у них смена на восемь часов? Да нет, вроде я этого солдата вчера видел.
— Доброе утро. — сам солдатик улыбнулся, зайдя в мою обидеть. — Поднимайтесь, сударыня, вас капитан Неклюев к себе требует.
— Угу. — зевнув, пошел за ним.
До кабинета тут было недалеко, так что я очень быстро оказался там. Капитан с чуть бледноватым лицом сидел за столом и пил кофе. Вот скотина! Я голодный, а он тут кофеи гоняет! И мне не предлагает первым делом! А я, между прочим, девушка! Ну, телесно.
— Утро доброе. — махнул мне чашкой кофе капитан. — Присаживайтесь.
Смахнув со стула невидимую пыль, сел, потянулся, почесался. Что бы ещё сделать, чтоб намекнуть ему, что кофе хочу? И завтрак!
— Ну что ж, Екатерина Андреевна, с вашей личностью мы разобрались, подлинность её подтвердили.
— Ну, слава всем богам.
— Так что не имеем смысла больше вас задерживать. Можете взять свои вещи и уезжать по вашим делам. Тем более, готов поклясться, вас дома ждут.
— Дома? Это ещё почему? — я с подозрением посмотрел на него.
— Для установления личности пришлось звонить вашим родителям. Ответила ваша мать…
— И что вы ей сказали⁈ — у меня аж глаза выпучились.
— Ну как есть. Вы с двумя женихами и свитой из сотни других мужчин, тоже, возможно, потенциальных женихов, вторглись на территорию вверенного мне объекта…
— Да вы! Вы! — у меня слов не было.
Я же берегла родных от всякой гадости, что мне на голову валилась. А он что сделал⁈ Ночью позвонил матери и заявил такое⁈ Да ей же целителя нанимать придётся, чтоб сердце не остановилось! Козёл!
Не найдя нужных выражений, чтоб без матов, я выхватил у него чашку с кофе и одним махом выпил. Вот так тебе! Сиди теперь без кофе, как сонный дурак!
— Что вы себе позволяете⁈ — выпучил глаза капитан.
— А то и позволяю! Зачем вы моей матери ночью трезвонили⁈ Кто вас просил⁈
— Это мой служебный долг!
— Я не знала, что доводить женщин до инфаркта — это теперь у пограничников служебный долг такой!
— Так, всё, хватит! Убирайтесь с моего пограничного пункта! Тем более вас уже подруга ждёт!
— Это какая? — слегка удивился я.
— Думаю, единственная, если судить по вашему характеру и любвеобильности!
— Козёл!
— В следующий раз, надеюсь, вы, сударыня, хотя бы убедитесь, что выходите замуж за одного человека, а не нескольких!
— А это уже не ваше дело! За скольких хочу — за стольких и выхожу!
Схватив сумку с вещами и с документами, я с гордо задранным носом пошел на выход. Но такая неблагодарность меня покоробила, поэтому в дверях кабинета остановился и сказал:
— Спасибо за вчерашнее.
— Это мой долг. — Неклюев хотел казаться суровым, но, говоря это, капитан улыбнулся.
Под конвоем солдата я вышел из помещения погранзаставы и увидел машину, припаркованную на обочине. Кивнув сопровождающему, пошел к ней, а у машины распахнулась дверца, и оттуда вышла Яга, весело лыбясь. Тоже ещё та коза!
— Привет! Давай сюда. — Яга открыла багажник, куда я и засунул сумку с вещами. — Пошли!
Внутри машины уже сидело двое — уже знакомый мне сопровождающий и ещё один молодой монгол. Так, вроде знакомый какой-то… Точно! Это же один из тех, что был в Академии! Наверное, какой-то из братьев Яги. Он ещё обернулся и недовольно посмотрел на меня с переднего сидения, но потом сел нормально. Мне захотелось дать ему подзатыльник.
Что-то я какой-то агрессивный сегодня! Месячные, что ли, начинаются⁈ Блин!
— Тебе там не перепало за помощь мне? — прошептал я на ухо подруги, когда машина мягко тронулась.
— Нееее! — та только махну рукой, так же шепча на ухо. — Бабуля злилась не на меня, а на дядей. Ух, они длались всела в стойбисе! Пять юлт созгли! А потом кто-то плибезал, закличал, что ты сбезала, дяди остановились и побезали к машинам. Сели, поехали — а у них колёса отвалились. Я так сильно никогда не смеялась! Ой, как вспомню, ха-ха-ха! А как они мателились! Тут бабки с дедом плибезали, сто делается спласывают! А те так и так, ты им обоим сказала, сто любис и замуз выйдес! За двоих! А потом сбезала! Ха-ха-ха! Дяди выблались из масын, по коням, бабуска за ними! А потом велнулись, их полноси у дедуски сехвостили, а утлом меня вот отвезли к масыне. И сказали тебя подоздать. А у тебя сто тут было⁈