"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Помощь пришла, откуда не ждали. Вернувшийся в очередной раз в мастерскую Лисицин заявил, что теперь будет появляться даже два, а то и три раза в неделю, чтоб гонять меня с особым усердием. Потому что в конце декабря в Красноярске будут проходить состязания между учениками кузнецов, чтоб посмотреть перспективную молодёжь. И мне придётся отстаивать честь Академии волшебства и ремёсел, а так же моего наставника, как единственному магу с металлическим Благословением в Академии. И возражения не принимаются!
  
Зато в награду, если попадёшь в число тройки лучших, можно будет выбрать деньги, кузнечные инструменты или зелья. Лисицин рекомендовал мне выбрать второе, но я-то знал, что мне сейчас нужнее!
  
Глава 14
 
Глядя на то, как плавится металлическая стружка в тигеле, у меня в голове пронеслось одно из немногих чётких воспоминаний моей прошлой жизни. Я совсем маленький, лет десять-двенадцать, на какой-то обшарпанной кухне развлекаюсь тем, что плавлю свинец. Причём в роли тигеля использую верхнюю часть от велосипедного звонка (у меня был велосипед⁈ Или только звонок?). Кладу туда пластинку свинца, ставлю на конфорку газовой плиты, поджигаю и с восторгом смотрю, как невзрачный свинец превращается в гладкую серебристую жидкость. Она такая блестящая! Так забавно переливается туда-сюда, когда двигаешь крышку звонка! Потом беру плоскогубцами этот импровизированный тигель, уношу к раковине и кидаю в кастрюлю, наполненную водой. Раскалённый металл забавно пшикает, вода немного нагревается — а я вынимаю звонок и снова бегу к газовой печи.
Но сейчас всё было гораздо интереснее! Металлическая стружка плавилась ещё красивее, чем свинец, ведь она была не одним куском, а перекрученными спиральками с зазубринами и шипами. Вот они-то первыми и превращались в жидкость от жара горна, начинали капать, стекаясь в лужицу. А следом и вся спиралька таяла, как сосулька от дыхания, превращаясь в жидкий металл. Только успевай угля подбрасывать для жара — увы, чего-то Лисицин не уважал современные горны с газовым нагревом и надувом кислорода, только уголь, только хардкор. Фен, что ли, из общаги принести и им дуть? Тут есть конструкция для ноги, которой можно накачивать воздух, но она такая неудобная! И у меня одна нога будет мускулистее другой! Я не хочу, что меня спрашивали, что же я такого ею делаю!
Так вот, пока я наблюдал за металлом, то с удивлением заметил, что я могу им управлять! Не холодным, а именно вот таким, жидким. Может, для холодного у меня сил ещё не хватает или умения, но факт — жидкий металл мне немного подчиняется. Я не могу делать из него разные фигурки или ещё что, но могу управлять смешиванием разных металлов в сплавах, чтоб сделать его с идеальными характеристиками. Не будет так, что в одном месте чего-то больше, а где-то его меньше. Нет, полное соединение в идеальный сплав! Правда, и магической силы уходило немало, но на что она ещё нужна-то?
И я игрался с этой способностью, экспериментируя. Делал так, что металлы были одним целым, но располагался в сплаве полосами. Или пытался сделать идеальный сплав, вплоть до самого мельчайшего уровня, который я чувствовал в жидком металле. Создавал конструкции одно металла в другом так, чтоб снаружи не было ничего видно. На последнем мне пришла в голову идея — а что, если сделать что-то типа кровеносной системы для магии в оружии или броне? Взять адамантий и распространить его тоненькими нитями по всему объёму, а в определённых местах эти нити слить и сделать выемки для энергетических камне. Чтоб энергия от них по адамантиевым нитям вливалась внутрь. Это же поможет создать броню, которая будет активным образом черпать силу из окружающего мира! Или нет? Надо будет попробовать, вдруг адамантиевые нити выдержат, а остальной металл нет. И у Лисицина спросить. Сомневаюсь, что мои идеи такие уж гениальные, чтоб их за последние полторы тысячи лет никто не придумал.
Появившийся на третий день моих опытов наставник подтвердил мои опасения.
— Ты правильно размышляешь, это было бы весьма неплохо. И делались попытки всё это воплотить — собиралась структура из адамантия, вокруг которой наращивалась металлы сплавов. Но разница слишком большая между адамантием и сплавом. Или эта система не выдавала максимум, который желался, или же просто выходила из строя — лопались мечи, трескалась и рассыпалась кусками броня.
Хм, понятно. Но попозже я всё равно попробую! Надо только адамантий в руки заполучить, хотя бы грамм сто. Интересно, если я по пять-десять грамм буду припрятывать из тех, что мне выделять буду на создание артефактов, то это слишком заметно будет или не очень? Купить не вариант, десять грамм адамантия стоят как месячная зарплата моих родителей.
Ответив на мой вопрос, наставник стал рассказывать, зачем сегодня пришел.
— Катерина, ты задумывалась, почему хороших и лучших Пробудителей обслуживают кузнецы, а не заводы? Ведь штамповочный пресс сделает броню или оружие не хуже, чем мы, а скорость массового производства просто поражает. Почему же мы всё ещё существуем?
— Ну. — я задумался, потерев пальцем губу, но потом одёрнул себя — палец был слегка в угольной пыли. — Наверное, потому что ручная работа дороже, и понты неистребимы!
— Ха-ха-ха! Я об этом не думал, задавая такой вопрос. — Лисицин усмехнулся. — Но в чём-то ты права. Но на самом деле всё несколько сложнее. Ты уже попробовала плотность магии в порталах, верно?
— Да, нас водили в учебный портал с ящерицами и змеями. Там, — я на секунду замолчал, подыскивая правильное выражение. — Там в тебя магическую энергию будто под напором заливают!
— А у нас, на Земле?
— А у нас самому в кружках носить приходится…
— Что-то вроде. Но некий магический потенциал всё равно есть, верно же? А значит, пусть наши металлы и не такие мощные, как адамантий или мифрил, но всё равно магические слегка. Так вот, кузнецы отличаются от фабричных станков тем, что мы можем усиливать концентрацию и проводимость земных металлов.
— То есть они могут заменить адамантий⁈
— Увы, нет. Даже со всеми нашими усилиями мы приблизились лишь к четверти его проводимости. Но даже так, сплав из подобной усиленной стали и адамантия даёт невероятные результаты, намного больше проводимость магической энергии, прочность, износостойкость и долговечность. Некоторые оружия и доспехи, созданные сотни лет назад выдающимися кузнецами, до сих пор вполне пригодны для использования, хоть все эти годы активно служили новым поколениям владельцев, а не лежали в сокровищницах.
— Так вы тоже так умеет⁈
— Да. И сегодня я научу этому тебя.
— Ээээ… — я замялся. — Простите, а не рано? Я не против, не думайте! Но я тут без году неделя, только вчера стружку сортировала, а теперь уже тысячелетние кузнечные секреты узнаю.
— Рановато. — согласно кивнул наставник. — Но тебе надо подготовиться к состязаниям. Мелочами пренебрежем, магический сопромат оставим на потом, а вот практические навыки за эти пару месяцев ты кое как сможешь отработать, чтоб хоть немного себя показать.
Лисицин стал загружать горн углём, разжег мановением руки, да так, что вся кузница мгновенно превратилась в парилку от жара. Хорошо иметь Благословение Огня! Вытащил из груды всякого хлама железный прут и положил его в горн, чтоб нагревался.
— У каждого кузнеца способы усиления земных металлов разные. — продолжил Лисицин, ожидая, пока прут накалится. — Кто-то создаёт специальные жидкости, в которых вымачивает сталь. Другие добавляют в сталь особым способом расколотые в пыль энергетические камни. Подробности я не знаю, сама понимаешь, такое каждый мастер держит в секрете, передавая только ученикам. Соображаешь, почему?
— Ага.
— Хорошо. Так вот, я всё это считаю слишком громоздким. Кузнец должен создавать что-либо с помощью своих инструментов и умения, а не готовить супы из монстров! Тем более, инструменты всегда под рукой, как и ты сам.
Прут накалился до желтого свечения, наставник взял торчащий из горна конец голой рукой, от чего я внутренне охнул, но он даже не поморщился. Положил светящееся от жара железо на наковальню, взял молот и посмотрел на меня.