"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

  
Глава 12
 
Я вцепился в сколопендру руками в попытке оттолкнуть, оторвать её от моего лица, откинуть в сторону, но всё было бесполезно — казалось, что я пытаюсь статую из полированного камня голыми руками сломать. Её острые ножки из твёрдого хитина рассекали кожу у меня на пальцах и ладонях, пуская кровь, щёки, пронзённые жвалами, горели болью, но в то же время лицо будто замораживалось, теряя чувствительность — это яд сколопендры начинал действовать. Моя правая нога вспыхнула выворачивающей наизнанку болью, это ящер продолжал попытки вытащить меня из пещеры.
  
Тело моё металось в ужасе, а вот мозг будто застыл с одной лишь мыслью — неужели я тут умру? Здесь, сейчас? Снова? Не хочу! Почему я должен опять умирать⁈ Зачем я попал в этот мир, просто чтоб снова встретиться со Смертью⁈ Это несправедливо! Я хочу жить! Кто-нибудь, помогите! Хоть кто-нибудь!
Наверное, яд сколопендры уже дошел до мозга, потому что зрение померкло, скрыв сумрачную пещеру, а я будто снова увидел ту божественную сущность. Я снова висел в невесомости перед стальным гигантом. Но теперь я будто чувствовал на себе его взгляд, мол, ты что, идиот? Я же тебе всё уже дал! Чтоб не видеть этот взгляд, отвёл свой — и увидел своё тело, заливающееся металлом Божественной сущности. Металлом… заливается…
Зрение вернулось, я снова был в пещере, а внутри будто что-то слегка взорвалось, объёмный толчок пробежал по всему телу, вслед за ним промчался табун мурашек.
Следующее, что я почувствовал — как мне на лицо течёт какая-то гадость. Я не сразу понял, что это, а когда понял, то удивился — это мои руки сжали сколопендру так, что смял её тело, как бумажное! Каменно крепкий хитин лопнул, лапки ломались, как спички, а внутренности текли на моё лицо. Сколопендра отпустила моё лицо и, извиваясь, свалила в сторону разорванными частями.
Второе открытие — зрение изменилось. Мрак отступил, что вход пещеры, что её глубина были одинаково освещены. Только камни пещеры почему-то горели разными тусклыми цветами — красным, оранжевым, желтым, бурым, коричневым. Сороконожка тоже изменилась, превратившись в какую-то полупрозрачную сосиску, в которой что-то переливалось, как вода в пробирке.
Но самое главное — я не чувствовал боли! Нет, тело ощущалось прекрасно, даже лучше, чем обычно, стал лёгким и послушным. Но ни в лице, ни в поломанных ногах боли не было! Было непонятно, почему, но сейчас есть проблемы и поглавнее.
Кроме первой сколопендры, в пещере были ещё две. Увидев, что их товарищ отвалился от добычи, они решили слегка полакомиться его добычей, мной то есть. И прыгнули на меня с двух сторон. Только делали это всё медленно, будто мы были в воде. Вернее, они были, а я мог двигаться без всяких препятствий. Схватил их обеих за головы, сжал, разжал и брезгливо взмахнул ими, смахивая сукровицу и осколки хитина.
Получив свободу от пещерных гопников, сел на задницу и посмотрел на выход из пещеры. Ящер всё ещё был там, пытался тянуть меня за ногу языком, но ничего у него не получалось. А сам он изменился! Теперь он был таким же полупрозрачным, но внутри оказалась чёткая сеть чего-то пульсирующего, уходящая за край скалы. А ещё были видны кости, только странно, как структуры из дыма.
Это я что — в каком-то рентгене видеть начал? Очень странно…
Да когда ты перестанешь меня тянуть⁈ Я наклонился вперёд, прощупывая ноги через штанины — переломов не было! Даже вздутий каких-то не осталось! Не знаю, что это такое, но мне нравится. А потом схватил язык ящера и резко дёрнул на себя. Ящер упёрся лапами в край пещеры, заверещал — и я вырвал язык с глухим чавканьем.
Ха-ха-ха! А вот не надо чужие ноги облизывать, фетишист хренов!
Так, если я вдруг стал таким сильным, то могу и выбраться отсюда? Правда же? Ну, не попробую — не узнаю. Лезть вглубь пещер и там прятаться среди светящихся мокриц меня совсем не прельщало. Встав на четвереньки, я быстро выбрался из пещеры. Ящер ревел поблизости, плюясь кровью и суча лапами по морде.
Но я смотрел не на него, я смотрел на небо — в новом зрении оно выглядело совсем иначе. Не было странного серо-желтого потолка, там был мрак, бесконечность тьмы, в котором медленно, тяжело ворочались какие-то чудовищно гигантские тени. Я смотрел на них, смотрел и не мог оторваться, как загипнотизированный, пока меня не прервали.
Визжащий ящер, видимо, заметил, как я стою рядом и пялюсь в небо, завизжал ещё сильнее, заклокотал и кинулся на меня, впившись когтями и зубами в броню. Та не поддалась, я почувствовал толчок магии от рун, защищающих мою тушку. Но теперь я сам был с усами!
Пинком ноги откинул варана-переростка на несколько метров в сторону, а когда он снова кинулся на меня, легко подловил его в прыжке и ударил изо всех сил кулаком в голову. Тот даже хрюкнуть не успел, как его мозги и части черепа разлетелись в стороны, будто от взрыва в голове. Вся верхняя часть его морды перестала существовать единым куском, выплеснувшись на песок и стены каменного колодца!
Лимит удивления у меня ещё не закончился, потому я с этим самым удивление посмотрел на свои руки. В новом зрении они казались багровыми, как кровь, и абсолютно однородными. Не было такого, как со сколопендрой и ящером, которые казались полупрозрачными, стеклянными. Блин, ну круто, конечно, но я по цветы как большая задница бабуина прям, на всю тушку!
Шорох вывел меня из самосозерцания. Из дыр и пещер колодца стали выглядывать полупрозрачные монстры, принюхиваться, кровожадно смотреть на меня — я был весь в ошмётках сколопендр и крови ящера, да и вокруг её было не мало. Хоть она и впитывалась в песок, но её запах был очень густым, тем более в такой кастрюле.
Первым не выдержала змея неизвестной породы. Свернувшись, как пружина, она мощно распрямилась и прыгнула на меня, намереваясь повалить на песок и опутать своими кольцами. Вот только повалить не удалось! Я слегка покачнулся, больше от неожиданности, но несколько сотен килограммов змеи, если судить по размерам, показались мне еле ощутимыми. Злобный шланг быстро сориентировался, обернулся вокруг моего тела, как гирлянда на ёлке, и стала сдавливать, пытаясь переломать мои кости. Чешуйки на теле встопорщились, выставив сантиметровые шипы — обычного человека она бы одним движением оставила бы без кожи и мяса на костях, да и кости тоже не долго бы сопротивлялись. Но моё тело было явно покрепче.
Бригантина, сдавленная змеёй, даже нагрелась от используемой змеёй усилий, напрягая руны до максимума, и потом вдруг разом сдулась — руны были ничем не защищены, так что шипы змеи их стёрли, нарушив целостность. И её шипы впились в моё тело! Только я снова не почувствовал боли! Нет, я вполне себе понимал и ощущал, что эти колючки впились в меня, но никакой боли не было. Да и особого эффекта тоже.
Правую руку змея прижала к моему телу, а вот левая была свободной. И я не преминул этим воспользоваться — ребром ладони ударил по спине змеи, с хрустом ломая ей кости! Я это видел через её полупрозрачную плоть. Позвоночник как-то перекосился, а рёбра лопнули и вылезли наружу, прорвав кожу. Змея зашипела, укусила меня на плечо, но только зря рвала бригантину и терзала наплечники. Змеиные кольца ослабли, я высвободил правую руку — и ударил по голове змеи на левом плече, расплющивая её и выбивая мозги. Кровь плеснула мне в лицо, попала в рот, и я плевался от омерзения, скидывая с себя мёртвое, но ещё подрагивающее тело.
Нападение змеи будто послужило командой для всех остальных здешних монстров на нападение — из всех дыр и пещер ко мне спускались другие чудовища. Какие-то скорпионы размером с овчарку и перепончатыми крыльями на длинных лапах, на которых они планировали вниз, змеи, только поменьше первой, ящерицы, жуткие насекомые самых разных форм и размером. Я уже не обращал внимания ни на что, просто пользовался на полную силой, скоростью и неуязвимостью, которую приобрёл.
Кулаки месили нападающих врагов, ломая кости и разрывая на части совсем уж неудачников, ноги топтали насекомых и мелких змей, что пытались подобраться снизу, я даже иногда кусался, если какой-то ловкий скорпион умудрялся спланировать мне на лицо! Гигантский нетопырь, с размахом крыльев метра в три, спикировал мне на спину, обхватил крыльями и с пронзительным писком прямо в ухо впился зубами мне в шею сзади. Я просто отпрыгнул к стенке колодца, ударившись спиной о камни. Колодец протестующе загудел и зашуршал осыпающимися камешками, а вот летучая мышь осталась там, расплющенная и переломанная, сползла по выровнявшейся стенке и покрывалом свалилась на песок.