"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Когда мне казалось, что ещё чуть-чуть и Валерн замахнётся, чтобы ударить меня за своеволие и оскорбления, посланные в его адрес, он вдруг усмехнулся и произнёс:
– Что ж, я рад, что ты взялась за лечение моей жены. Возможно тебе, Эллис, удастся то, что в нашем мире позволено лишь богам. В любом случае, твой своевольный поступок ещё раз наглядно показал мне, что я сделал правильный выбор. Именно такую смелую и решительную женщину я хочу видеть на троне рядом с собой.
  
«Или у трона подле своих ног», – чуть было не ответила я, но сдержалась. Ничего не сказав в ответ, я вышла из кабинета Валерна, громко хлопнув дверью. Ожидающая меня Амели с Ладиславом на руках побледнела и тут же потеряла сознание.
Дни шли, я чувствовала, как неотвратимо приближается встреча со жрецами, а вместе с ней и день икс, когда мне придётся расплатиться за эту встречу. Я нервничала, отчаянно пыталась себя занять, но совершенно не знала чем именно. Винсент так и не возвращался во дворец, и что-то мне подсказывало, что Валерн приложил к этому свою руку. Сомнительно, чтобы младший князь ушёл «в загул» по любовницам на такой длительный срок, да и вряд ли Валерн вот так легко смирился с тем, что я осталась проживать в смежных с его младшим братом покоях. Вивиэлла уехала из дворца по моим рекомендациям. Лиланинэль я видела лишь пару раз, она тщательно готовилась ко встрече с Леандром и была очень занята почти всё время. Мне удалось её вывести на разговор о матери, и попытаться донести, что Вивиэлла не виновата в своей болезни. Не знаю, получилось у меня это или нет, но Лиланинэль обещала подумать над своим поведением.
Я отчаянно желала, чтобы кто-нибудь из прислуги или воинов обратился ко мне за помощью как к целительнице, но после наглядной демонстрации в тренировочном зале, что будет с теми, кто за ней ко мне обратится, никто не рисковал собственной жизнью. Мне казалось, что князь специально издевается, не давая мне ничем заниматься, и наслаждается моей агонией. Именно в ней я и пребывала, потому что днями напролёт в голове крутились мысли лишь о том, что я скажу жрецам, как буду просить их уговорить перенести Ладислава в иной мир, и что делать, если всё-таки мне придётся расплачиваться с Валерном по его прейскуранту.
Чем больше я думала о последнем, тем больше начинала его тихо ненавидеть. Мне было противно от того, что этот шантажист вынуждает меня к интиму с ним, словно я последняя шлюха, и ничем кроме как телом расплатиться с ним не могу. А самое поганое во всей этой истории было то, что я чувствовала, как Валерн нацелился сделать из меня свою княжну. И если надо будет пойти по чужим головам, я не сомневалась, он пойдёт.
Я тонула в трясине безысходности с каждым днём всё глубже и глубже, не зная, что предпринять. И лишь озорная улыбка Славика и его милое лопотание держали меня на плаву. Малыш уже уверенно бегал по комнатам, сам забирался и слезал с низкого кресла, уплетал за обе щёки каши, овощи, и даже мясные фрикадельки, различал основные цвета и уверено произносил «мама», глядя на меня. И чем больше я смотрела на Ладислава, тем больше понимала, что просто не смогу оставить его в этом мире, и если придётся, пойду на все условия, которые выставляет Валерн, чтобы остаться с малышом.
***
/ князь Валер Торн из рода Лунный Свет /
«Неумение сохранять самообладание и невозмутимость – позор для донтрийца, а тем более для донтрийского князя». Именно эти слова я много раз повторял Винсенту, и именно эти слова крутились у меня в голове, когда Эллис покинула мой кабинет. Я из-за этой чужеземки уже в который раз не смог себя сдержать. Кажется, нашу ссору слышали все в восточной части дворца.
Эллис раздражала и восхищала одновременно. Раздражала своей наглостью, избыточной самостоятельностью, высоким самомнением. Она просто взяла и отпустила Вивиэллу в прогулку по Донтрию! Она поступила так, будто бы уже является княжной Донтрия и может решать, кому и что делать! Но в тоже время я не мог ею не восхищаться. Она искренне верила в то, что может вылечить мою жену, что ей подвластны болезни и проклятия богов. Да, я догадался, что в её мире тоже есть такие заболевания, но это не отменяет моей веры в то, что их насылают на нас боги.
Я ещё раз посмотрел на Эллис. Короткие тёмные волосы, глаза, метающие гневные искры, то и дело сжимающиеся в кулаки руки, гордо вскинутая голова. Воительница, настоящая воительница. Что может для урождённого в Донтрии быть желаннее, чем жена с духом воина?
– Что ж, я рад, что ты взялась за лечение Виви. Возможно тебе, Эллис, удастся то, что в нашем мире позволено лишь богам. В любом случае, твой своевольный поступок ещё раз наглядно показал мне, что я сделал правильный выбор. Именно такую смелую и решительную женщину я хочу видеть на троне рядом с собой.
  
***
/ Эльвира Лафицкая /
Я поправила букет из веток пьяных роз в вазе у тумбочки около кровати. Мне нравились эти цветы, и с некоторых пор я стала собственноручно обновлять букеты в своей спальне: на меня и Славика цветы не оказывали никакого воздействия, а навязчивые Амели и Терани волшебным образом стали стучаться в мои покои и стараться побыстрее выйти из них, если всё-таки пришлось зайти.
Раздался громкий стук в дверь. Я поднялась, оправила платье и открыла дверь. На пороге стояла Терани, переминаясь с ноги на ногу. Она принесла мне конверт от старшего князя, и, судя по тому, что конверт не был запечатан, а Терани уткнулась в свои туфли, я поняла, что она уже успела засунуть свой любопытный нос в послание.
– От Его Сиятельства правящего князя … – начала она, набрав полные лёгкие воздуха.
– Ага-ага, – бесцеремонно перебила я её и выхватила бумагу из рук.
Посмотрим, что тут у нас? Записка оказалась донельзя лаконичной:
«Эллис, зайди ко мне в покои. Вал»
Я сдержала рвущееся с губ ругательство. Валерн мало того, что рассчитывал, что я как верная собачка тут же на задних лапках побегу к нему, так ещё и позвал в свои покои, фамильярно подписавшись укороченным именем! Последний факт, судя по всему, особенно смутил Терани. Она стояла красная как помидор, и нервно кусала губы, устремив свой взгляд на розовый паркет.
После нашего последнего скандала с князем Валерном по всему дворцу ходили не самые приятные слухи о характере наших взаимоотношений, ведь до сих пор никто не осмеливался вести себя со старшим князем таким образом. Стоит добавить к этому то, что наказания за мою выходку не последовало, а мой официальный жених Винсент Торн так до сих пор и не вернулся во дворец. Я отметила, что придворные стали перешёптываться и переглядываться при моём появлении. До сих пор это были лишь догадки и грязные сплетни, распускаемые Розалианной и её подругами, а теперь, боюсь, эта записка окончательно погубит мою репутацию: посещение спальни старшего князя будучи невестой младшего мне явно очков не прибавит. А с другой стороны, какая мне вообще разница, что будут думать люди вокруг, если совсем скоро мне, возможно, действительно придётся стать любовницей старшего князя?
Я развернулась и прошла внутрь комнаты, чтобы поцеловать Славика. Мне не хотелось заставить Валерна ждать, но в то же время, не считает же он, что я побегу к нему сломя голову? В этот момент оставшаяся на пороге Терани произнесла:
– Князь Валерн просил передать, что дело касается… эм… Вашей договорённости, и чтобы Вы поспешили, если желаете выполнения обязательств с его стороны.
Я подпрыгнула как ужаленная. Неужели это и есть обещанная встреча со жрецами?! Неужели Валерн таки смог её организовать?! Я до сих пор думала, что будет какой-нибудь поход в священную рощу к местному Стоунхенджу или обряд в полнолуние у воды на худой конец, а не простое посещение покоев князя, в которых произойдёт встреча со жрецом.
Прихватив шаль на плечи, я сгребла Ладислава в охапку, сунула в руки Терани и отрывисто бросила:
– Посиди с ним, пожалуйста, пока я буду занята.
Служанка бросила боязливый взгляд на мою вазу с пьяными розами, и я добавила: