Одинокий дракон

– Мы подумали, что эту осадную технику вы приготовили против Лиры, и решили, пусть она сгниет побыстрее, – объясняю я Энни.
– Вы можете видеть все, что происходит? Где угодно?
– Ну, не совсем где угодно, но если дашь нам час-другой на подготовку, то, думаю, покажем, что попросишь. – Выдаю на экран запись полета к замку Деттервилей. Снято носовой камерой вертолета в солнечную погоду. Как сегодня, только желтых листьев меньше.
Машинально Энни берет со стола яблоко, но тут же осторожно кладет назад.
– Спасибо, что все показали, сэр Дракон. Спасибо, леди Тэрибл, что… Можно, я уеду?
– Можно. Конечно, можно. Все-таки не хочешь остаться, осмотреться. Потом больше рассказать своим сможешь.
Качает головой и медленно идет к лошади.
– Постой, ты мячик забыла! – Лира срывается с места, догоняет, сует в руку мячик. – Тебе пальцы тренировать надо, – идет назад, садится на край шезлонга.
Энни отвязывает лошадь.
– Не получилось, – говорю я. – Видимо, мы не обаятельные. Брат Амадей обаятельный, а мы нет. У меня половины зубов нету, у тебя синяк на попе. Кто же таких полюбит?
– Да при чем тут синяк! – Лира не хочет включаться в игру. – Разве за это любят?… Ой, Коша, я знаю. Если не сработает, я свой хвост съем! Фу ты, от тебя наберешься…
Срывается с места, бежит за Энни. Та уже сидит на лошади.
– Энни, стой! Сказать надо! – подбегает к лошади, хватает под уздцы, что-то горячо и убежденно втолковывает шепотом.
Если б у меня успели отрасти уши, все бы услышал, а так… Ох уж эти женские секреты. Энни отрицательно качает головой.
– Коша, ну скажи ты ей, что ничего с ней не случится! Ну хочешь, мы потом тебя вместе с лошадью к монастырю отвезем? Для тебя же стараюсь, дура! Слезай с лошади, или я тебе руку отрублю! Какой к нам попала, однорукой, такой и уйдешь!
Энни бледнеет, слезает с лошади. Лира хватает ее за руку, тащит ко мне.
– Коша, мы в Замок. Жди нас здесь. Дай слово Дракона, что подслушивать и подглядывать не будешь! – торопливо натягивает одежду.
– Слово Дракона. Лира, хоть намекни, что задумала?
– Коша, нельзя! – хватает со стола яблоко, тащит Энни за руку к подъемнику.
Нельзя… Странно это. Даю задание главному компьютеру приглядывать за Энни и, в случае нападения на Лиру, усыпить и сообщить мне. Вспоминаю весь разговор. После первоначального шока – озлобленность. Почему? Я тоже хорош. Запугал женщину нашим могуществом. И не врал ведь, а только чуть сместил акценты. Ничего, если останется с нами, разберется, а уйдет, расскажет – пусть нас боятся. Все равно противно на душе. Куда ее Лира повела? Не на инженерную же базу. И не на энергоцентраль. И не на склады. Остается жилая зона, информационная централь, медицинский центр, спортивный комплекс, плантации агропоники. Сама говорила, что надо на воле, на солнце, а потащила в Замок. Ничего не понимаю. К черту, у меня других дел много.
– Главный компьютер, на связь. Давай сводку по инженерной базе.
Сколько они там? Уже час… Ага, возвращаются. Идут, держатся за руки как старые знакомые. Энни какая-то задумчиво-умиротворенная. Икону с нее писать. Лира светится как лампочка. Подпрыгивает, пинает камешки.
– Коша, она остается с нами на неделю! А там посмотрим!
Энни садится в шезлонг, берет бокал сока.
– Мастер Дракон, не надо звать меня Энни. Я Анна. Энни меня звали в борделе.
– Хорошо, Анна. Может, ты расскажешь немного о себе. Кто ты сейчас, чем хочешь заниматься?
– Двуногое без перьев…
– С плоскими ногтями! – заканчиваю я и зарабатываю улыбку. – Где ты познакомилась с Платоном?
Лира странно посмотрела на нас и занялась кастрюльками с самоподогревом.
– В монастыре. Мастер Дракон, я давала присягу, и пока не намерена ее нарушать. Не хочу загонять свою совесть в угол. Я намерена сообщить магистру, что все члены мобильного корпуса живы и прибыли в Пиитетову пустынь. Это мой долг.
– Ты хочешь лично доложить, или достаточно письма?
– Письмо лучше. Если я отправлюсь в монастырь, то вряд ли смогу вернуться не нарушая приказа. Или получу приказ убить вас.
 
Даю задание компьютеру, и вскоре появляется кибер с принадлежностями для письма. Анна вся напрягается, потом с интересом изучает фломастер. Пишет несколько строк, подписывается, протягивает листок мне. Не читая вкладываю его в конверт и возвращаю ей. Анна пишет на нем адрес – кому, от кого. Пункты куда, откуда опускаются. Кибер берет конверт, проводит чем-то по краю клапана, заклеивает.
– Мы положим его у ворот монастыря и протрубим сигнал, – говорю я, потом объясняю задачу главному компьютеру. Кибер исчезает, вскоре слышится гул винтов вертолета.
– Если я вернусь в монастырь, это письмо – или повышение по службе, или мой смертный приговор, – говорит Анна. – Мастер Дракон, Лира утверждает, что драконы всегда говорят правду. Это так?
– Я знаю только одного дракона, и он всегда говорит правду друзьям. Ко врагам это не относится.
– Коша, Анна, ну что вы, как холодную воду ногой щупаете?! Нельзя так. Коша, расскажи все по-порядку. Кто ты, что мы тут делаем, зачем.
Эх, Лира, легко сказать… Рассказать! Я себе не хочу сознаться, кто я. Думаешь, приятно быть биороботом? А тут незнакомому человеку… Душу открывать…
– Ладно, слушайте сказку про самого глупого в мире дракона. Этот дракон променял Небо и Свободу на бредовую идею, что может помочь сбившемуся с пути Человечеству.
Со времени появления Анны в Замке прошло десять дней. Покидать Замок она пока не собирается. Более того, похоже, намерена взять надо мною шефство. Я переведен на принудительное регулярное трехразовое питание. Где бы ни находился, в положенное время два кибера подкатывают накрытый столик (2 на 3 метра). Говорят, по ее приказу. Позавчера мой спальный матик исчез, а на его месте оказался роскошный гидроматрас с подогревом, изготовленный из толстого эластичного пластика. Спросил у компьютера, по чьему приказу изготовлен матрас, получил ответ: «Информация конфиденциального характера». Все ясно. Лира, Тит и Сэм до такого не додумались бы. Сами спят чуть ли не на досках. Остается Анна. Кроме них в моей комнате никого больше не было, хотя народа в Замке перебывало уйма. Пять дней в неделю вертолет привозит на четыре часа мальчишек и девчонок 8–14 лет. Мерлин Чернильница учит их грамоте. Шесть дней назад к Мерлину присоединился Тит, а еще два дня спустя – Анна. Вчера в группе было 18 ребят, но каждый день появляются новые. Двое – Антуан и какой-то мальчишка из Лириных приятелей уже сдали экзамен по чтению, и в торжественной обстановке леди Тэрибл вручила ребятам патенты на грамотность, подписанные лично Драконом. После чего Сэм подарил по велосипеду. Может, не совсем честно – оба парня умели читать и раньше, но на малышню это произвело огромное впечатление. Скоро к школярам прибавятся ребята из замка Блудвилов. Антуан, сын сэра Блудвила на субботу – воскресенье отправляется домой и рассказывает такие сказки, что у всех челюсть отваливается. На многих дверях базы появились таблички:
 
ОПАСНО!
 
Школярам и студентам вход разрешен только вместе с посвященными!
 
ОПАСНО!
 
Ни разу не видел, чтоб такая надпись остановила настоящего искателя приключений десяти лет от роду, но за дверью дежурит кибер с баллончиком усыпляющего газа. Когда киберы привозят очередного уснувшего на специальной тележке в учебный центр, занятия откладываются, вся компания тихонько, на цыпочках, чтоб не разбудить, везет его в бассейн, и там с воплями сбрасывает в воду. Это называется «Подмочить репутацию».
Лиру практически не вижу. Ко всему прочему, она теперь еще и судья. Разбирает крестьянские споры. Но только те, смысл которых ей ясен. Остальные поручает разбирать помощникам. Такой вот нестандартный, творческий подход. Сэр Вульфред хотел, как обычно, схлестнуться с сэром Блудвилом из-за податей с Лириной деревни. Лира случайно оказалась в замке Блудвилов. Она вышла из ворот и сказала: «Пошел вон, щенок. Это моя земля». Сэр Вульфред ушел.