Лед Севера (СИ)
Помню, что слова этой выскочки задели меня и весь остаток вечера я мечтал прикончить её. Она ничего не знает обо мне, чтобы иметь право раскрывать свой поганый рот на меня. В груди забилась жгучая ярость, заставляя огонь внутри меня бушевать с такой силой, какую я не испытывал уже давно.
— «Ну всё, стерва, твоё время вышло. Не жить тебе на этой грешной земле» — помню эту вспышку ярости. Оглушённый своим собственным рёвом, вылетел из-за стола, снеся его и все остатки блюд, что находились на нём. Вышел из зала и пошёл по лестнице, представляя, как собственными руками придушу эту гадкую девицу. Как она будет молить о пощаде, издавая последний вздох, но что-то пошло не по плану…
Я вошёл в её комнату. Было темно. Снять её слабенькое заклинание на защиту не представляло труда. Когда глаза привыкли к темноте прошёл внутрь и увидел, как девица безмятежно сопела на подушке, даже не пошевелившись от резко закрытой двери. Не знаю, что в тот момент стукнуло мне в голову, но перед её смертью я решил вдохнуть её запах и дотронуться до волос. Жгучая ярость тут же превратилась в страсть, да такую, какую я не испытывал, наверное, никогда.
Дальше помню, что хотел прикоснуться к его губам и почувствовать их сладость. Странно, но обычно я не целую женщин, даже моим постоянным любовницам крайне редко, в безумной страсти, перепадает урвать один поцелуй. Я привык жёстко брать женщин в любых позах, не испытывая к ним ничего, просто утоляя свои мужские потребности. А вот от ее губ я никак не мог оторваться, желая её всё больше и больше. Я как будто дышал ею и при каждом вдохе мне не хватало того кислорода, что я пил от неё. В какой-то момент она пропала, а я просто уснул. Странно, но я не запомнил ни цвет ее волос ни лицо.
Спускаясь вниз на первый этаж и отдавая приказ хозяину постоялого двора, чтобы к семи утра был готов завтрак, прохожу мимо сломанного стола и грязной посуды, что валяются вокруг. Да уж, служанкам придётся попыхтеть, наводя тут порядок, а мне вот стоит освежиться. Утренний воздух взбодрит и поможет избавиться от всех ненужных мыслей и особенно об этой…
Запрыгнув на коня, я решил проехаться по округе и посмотреть эту местность. Красивые многолетние деревья были покрыты каплями воды после ночной непогоды. Оранжевое солнце потихоньку попыталось выйти из-за горы и осветить своими лучами долину и озеро, что раскинулись на весь горизонт, но свинцовые тучи вновь стали обволакивать небо не выпуская его на волю. Пошёл дождь. Его струи стали бить меня по лицу, убирая чувство сонливости и накатившей слабости, что терроризировала каждого перебравшего с утра. Я подстегнул жеребца под уздцы и поскакал навстречу прохладному ветру и чувству свободы. Озеро было красиво даже в дождь. Его величие и спокойствие чувствовалось в каждой капле, окрасившейся в глубокий синий цвет. Издалека озеро выглядело почти чёрным, но чем ближе я к нему подъезжал, тем больше оттенков синего я видел на его глади. Вот где действительно сила и мощь, которая ни у кого не вызывает сомнения.
Я умел концентрироваться. Меня этому научили ещё в детстве. Выбрасывать из головы все мысли и эмоции, оставляя внутри себя лишь приятную пустоту. Моя душа давно забыла, что значит чувствовать что-то в полной мере. Меня воспитывали великим воином, которому предстоит стать бесчувственным убийцей, при виде которого люди должны будут опускать свои головы и читать молитву. Эмоции для рода Фаирстрон небывалая роскошь, которую позволить себе мы не могли, да, как и любая семья из четырёх сильнейших. Любая слабость и за неё зацепляются и уничтожают. Отец обрадовался и похвалил меня один раз в жизни — когда во мне открылась Первозданная магия и я вернулся из плена живым. До этого момента я его не особо интересовал. У него уже был старший сын и потенциальный наследник на престол. Будучи жёстким и циничным, он всю жизнь мечтал забрать трон у старшего брата, но не имея должной силы и власти, Амбон Фаирстрон срывался на нас. Я не питал даже толики уважения к своему отцу, что уж говорить о любви. В нашей семье вообще никто никого не любил, как и впрочем во всех семьях аристократов. Брак с матерью был договорной. Его заключили ради обмена землями и для укрепления отцовской власти. Расти в обстановке безразличия и жёсткости было нормой для многих семей нашей Империи. Как говорила моя бабка, мать моей матери: «Любовь — удел бедняков и простолюдинов. Аристократы привыкли извлекать из брака выгоду». Она сама не любила моего деда, да и не ждала от него взаимности. Их всех всегда объединяли дети. Дети — капитал, которым нужно грамотно распорядиться.
Свою мать я тоже не любил. Изнеженная брюнетка, привыкшая потыкать отцу и манипулировать остальными людьми. Она любила жить в нашем семейном доме в столице, ходить на приёмы и развлекаться с женатыми мужчинами. Быть подальше от отца и нас.
Однажды мать доехала до нас с братом, приехав вместе со своей подругой и её мужем. Мне было семь лет, а Кайдену было одиннадцать. Пока не было дома отца, мы, как все дети, любили бегать и играть. В то утро мы играли в догонялки. Я водил. Бежал за братом пока не увидел, как наша мать стоит, оперившись на дерево, с поднятой юбкой вверх, пока муж её подруги хаотично двигался где-то сзади неё. Из её рта доносились стоны, которые сильно тогда меня испугали. Мне казалось, что он её убивает. Набравшись храбрости, я выбежал и побежал с палкой на этого мужчину. Приближаясь к ним всё ближе, я заметил, что моя мать не собиралась умирать. Её лицо вытянулось в довольной улыбке, и она просила ещё и ещё. Такая радость никогда не возникала на её лице, когда она видела нас с братом. Если она приезжала к нам, мы с братом были удостоены лишь быстрого взгляда и недовольного выражения лица. Когда я приблизился к ним и меня заметили, мужчина засуетился, а мать лишь бросила: — «Проваливай отсюда». И я убежал. Бежал долго, пытаясь найти брата. Я не мог его нигде найти. Как потом выяснилось, прячась от меня он забрался на то дерево, к которому потом пришли мать и её любовник. В этот день мы узнали, что не только наш отец балуется со служанками и любовницами, но и наша мать не безгрешна.
Единственной женщиной, к которой я питаю тёплые чувства — наша тётушка Бэтс. Она воспитывала нас с Кайденом, пытаясь хоть как-то заменить нам отца и мать. Точнее, она пыталась дать нам хоть какую-то любовь, чтобы мы не выросли такими же монстрами как наши родители. С Кайденом это получилось, а вот со мной нет. Я любил её и уважал, правда, по-своему, но сделать из меня нормального человека у неё так и не получилось. Но что в нашем мире значит нормальный?
С этими мыслями, я дёрнул поводья и поехал на постоялый двор.
Возвращаясь обратно, уже с улицы почувствовал запах свежей выпечки и ароматной каши. Завтрак стоял на столе. Мой отряд сидел в полном составе за столом и ждал меня.
— Приступим к обсуждению плана. — Проговорил я, снимая мокрый плащ и садясь за стол.
Все тут же приступили к трапезе, поедая кашу и закусывая её разными бутербродами.
— Через час отправляемся к последнему порталу. Он перенесёт нас на границу с Сервером. Всем нужно быть предельно наблюдательными и осторожными. Там нет места вашим соплям и слабостям, одно неверное движение, и вы мертвецы, — дождавшись кивков, продолжил. — Скорее всего, мы там с вами разделимся на группы. Твари могли убежать далеко от разлома, а их всех необходимо найти и уничтожить.
— Первую группу возглавит Сэм. Стелла и Соль — вы с ним.
— Вторая группа Алекса. Старый Волк и Ветер — вы в его подчинении.
— Я беру Светлую и Безликую — сказал, даже не взглянув на выскочку. Мои мысли и так были заполнены её сладкими губами и податливым телом. — Все остальные вопросы будут решаться по ситуации, которую мы с вами там увидим.
Лица сидевших за столом ничего не выражали. Каждый из них понимал — он может не вернуться оттуда живым. Монстры, что выходили из бездны, были сильны и опасны, им было всё равно, чей ты сын или дочь. Ребёнок ты или старик — они не знали пощады. Жажда горячей крови руководила ими. Тёмная сила толкала их на убийство и создание хаоса. Сплошного хаоса и горя.