Не стану второй женой (СИ)

— Надо же, — рефлекторно дергаюсь, но он лишь крепче сжимает руку. — Эмре... отпусти. А я думала, мы поедем в ресторан.
В момент, когда светофор загорается красным, он резко притормаживает. А я замираю в ожидании.
— Этот разговор не для лишних ушей, — хмыкает он. — Только между нами.
— Ясно, — сцепив зубы проговариваю я.
Вновь и вновь дергаю ладонь, а он вскидывает ее вверх.
Секундное промедление, чувствую его дыхание на ней. А затем невесомый поцелуй, заставляющий скукожиться и одновременно вздрогнуть, покрывая каждый миллиметр тела мурашками.
— Нихан, — повелительным тоном произносит он. — Повернись ко мне.
— Эмре. Я не хочу лишних разговоров. Не хочу всего этого, понимаешь? — оборачиваюсь к нему, глядя в бездонные омуты. Растворяюсь в них. Тону. Господи, когда я смогу нормально на него реагировать? Без дрожи в конечностях. Без тремора в мышцах. — Мне нужны ответы на свои вопросы. Только и всего.
— Иногда все не так, как кажется, Нихан. Я бы не хотел, чтобы так вышло. Чтобы ты таким образом все это узнала, — с выдохом выдает он, но я неверяще качаю головой потому, что доверия между нами пропало. — Всему есть свое объяснение. Таисия... Не чужая мне. Скрывать не буду. Часть из того, что ты слышала от нее — правда, но...
— Изволь, — непроизвольно морщусь. — Слышать не хочу ее имя.
— Ревнуешь? — усмехается он, наконец отпуская мою ладонь. Затем крепко сжимает руль, устремляя сосредоточенный взгляд на дорогу. — Поверь, на это нет повода.
— Ты... — осекаюсь я. — Мне неприятно эта тема. Я лишь хочу...
— Ты хочешь посмотреть на документы? — перебивает меня он. — Я их тебе покажу.
***
Доезжаем мы с учётом пробок, до дома за тридцать минут.
Все это время, в дороге и далее находясь уже в подъезде, проводим в гнетущем молчании. Ни он. Ни я не стараются больше заговорить.
Хотя Эмре то и дело поглядывает на меня, словно борется с самим собой... Возможно думает, что мне бы такого сказать, чтобы я сменила гнев на милость. А возможно просто боится моей реакции на услышанное. Однако второй вариант, в нынешних обстоятельствах кажется нереальным, поскольку увидев однажды гневный возглас мужа и злостный взгляд направленный на меня за «непослушание» говорит о том, что он вовсе не тот принц из сказки, которого я себе рисовала в своих мечтах. А значит и не стоит надеяться на что-то хорошее.
«К какому финалу мы придем? Сможем ли сохранить то живое, что было между нами? Восстановиться ли когда-нибудь между нами былое доверие?»
Все эти вопросы терзают меня, когда я смотрю на его напряженную спину, обтянутую черной рубашкой.
Так и хочется провести по ней рукой. Прижаться и крепко обнять. Как раньше...
Но понимаю, что этого никогда не будет.
Как прежде, уж точно.
Впрочем, за эти дни я надумала себе всякого, чтобы принимать любую реальность, даже к которой, казалось бы когда-то была не готова.
— Заходи.
Эмре открывает входную дверь, а я мнусь на проходе, ощущая, как лоскуток за лоскутком рвется моя жизнь.
Прежняя. Нынешняя. Да и вообще вся.
Я ступаю вперед, словно ныряю в пропасть прошлых дней. Месяцев...
Перед глазами пробегают счастливые моменты с мужем. Очень много счастливых моментов. Когда хотелось порхать от любви и ни о чем не думать. Кричать. Радоваться. И знать, что есть надежное плечо на которое теперь можно опереться в любой момент.
Он не обманет. Не предаст...
Горько усмехаюсь.
Сейчас, этого чувства легкости нет.
Ничего кроме удушающей боли, разрывающей меня без остатка.
Еще один шаг. Второй. Затем протяжный вдох и выдох...
Рефлекторно оглядываюсь по сторонам и отчего-то морщусь. Горло стягивает тугим узлом. Мешает дышать. Сейчас стены этого дома кажутся мне отчего-то чужими. Будто и не было этих месяцев, проведенных здесь.
Обстановка. Мебель. Комнаты. Все.
Ни уюта. Ни тепла.
Раньше я ощущала себя здесь иначе. Ощущала родной запах. Понимала, что нахожусь под защитой. Однако, не теперь.
  
— Нихан... — от его голоса меня скручивает пополам.
Я поворачиваюсь к нему, еле сдерживая себя. Дышу. Дышу, набирая воздух в легкие. Стараюсь быть спокойной, но рядом с ним это плохо получается.
Особенно, когда он находится на расстоянии вытянутой руки.
С силой втягаю ногти в ладонь, чтобы погасить внутреннюю бурю.
Соберись, Нихан! Не дай показать, что тебя можно теперь легко обмануть!
— Я слушаю тебя, Эмре, — прочистив горло, проговариваю я. — Мы вроде бы пришли поговорить или ты намерен молчать?
Он выгибает бровь. Удивляется, что в моем тоне нет доброжелательности и терпимости, как раньше.
Эмре осматривает меня с ног до головы, словно впервые. Ощупывает границы. Узнает по новой.
— Ты изменилась. Стала другой, — с укором заявляет он. — Прошло всего ничего и...
— Ты думал, что будет иначе? Я прибегу к тебе с улыбкой на лице и буду с открытым ртом на тебя взирать, так? — перебиваю его я.
— Нихан...
— Ты прав, Эмре. Прошло всего ничего. Но зато это время мне дало понять, что я ничего о тебе не знаю. Абсолютно ничего. Поразительно, учитывая, что мы, — усмехаюсь, нарочито специально акцентируя на последнем слове. — женаты.
Он хмурится, а затем подходит к островку на кухне. Берет графин, наливает воду в стакан.
— Будешь? — предлагает вдруг.
Я качаю головой.
— Я не за этим сюда пришла.
— Тогда садись, — указывает на барную стойку. Увидев колебания на моем лице, повторяет. — Садись, Нихан. Я расскажу. Все, что ты хочешь знать.
— Надо же! Не уж то заслужила от тебя откровенностей? — язвлю я. — Тогда хочу знать, откуда появилась эта Таисия и почему я о ней, черт возьми ничего не знала?! Кто ты?! Где твоя семья? Почему на нашей свадьбе никого не было?! Я хочу знать все, Эмре. Я имею на это право...
— Иногда люди не рассказывают о чем-то потому, что не считают это необходимостью. К тому же, это прошлое. А прошлое не всегда радужно, — парирует в ответ, кладя свой телефон на кухонный островок. — Садись, я сказал.
Сцепив зубы, я делаю, что он говорит и впиваясь напряженным взглядом в его голубые глаза, пытаясь найти хоть одну зацепку, которая бы смогла его оправдывать. Но не нахожу...
В его глазах сплошная пустота и холод.
И как я раньше этого не видела?
Как я могла подумать, что в них есть я? И только я...
Он выдерживает паузу, осушая бокал, а затем идёт к окну.
Открывает форточку. Устремляет взгляд вдаль.
— Все, что я тебе говорил это правда. О моем становлении, о трудностях на пути. И исходя из этого кажется, что все было относительно линейно. Без излишних горок, — начинает задумчиво он. — Однако это не так. Всего того, что я имею пришлось добиваться очень долго. И не всегда правильным путем. Порой приходилось идти на крайние меры. Жизнь такая штука, Нихан. Я обычно никого не погружаю в свои проблемы. Стараюсь вести закрытый образ. Мне так комфортно. Только по делу. Ничего лишнего. И если просачивается какая-то конфиденциальная обо мне информация, то я сразу же стараюсь это пресечь в корне. У меня есть на это ресурсы. Какое-то время я работал в спецслужбе. В другой стране. Поэтому о моей жизни мало кому известно. Чтобы ты знала... Практически никому, — Эмре вдруг достает из кармана сигареты и закуривает. Я не знаю верить в его слова или нет, но сейчас... Сейчас он не производит впечатление человека, который обманывает. Черт... — Я рос без семьи. Меня отдали в детский дом в пять лет. Это было тяжёлое для меня время. Потом... Спустя много лет на моем пороге появилась мать. Наверняка узнав, что ее нерадивый сын чего-то добился.
От его слов, сердце нехотя поджимается. Представить картину, когда мать бросает своего ребенка — страшно и больно.
«А каково было ему?» — шепчет внутренний голос.
Да, он лицемер и обманщик. И это ни капли его не оправдывает. Его поступки... Но все равно, мне становится жаль. Жаль того мальчика, которого бросили. Рядом со мной всегда была Лейла и бабушка. Рядом с ним — никого.