Босиком по пеплу (СИ)

Воцарилась тишина. Только тяжелое дыхание Нины.
– Итак. Что у нас сегодня… – достал Дамир телефон и стал выискивать что-то на экране. – Массаж и…
– Откуда ты знаешь? – нахмурилась, подаваясь вперед по привычке, но чуть не свалилась с кровати, от нетерпения даже позабыв, что ноги меня больше не слушаются.
– Осторожнее, – хриплый надорванный шепот Загорского и его крепкие руки, подхватившие меня в самый последний момент. Лишь благодаря ему я позорно не свалилась на пол.
– С-спасибо.
Тяжело дышала, ощущая его взгляд на себе. Наши тела соприкасались, и его кожа казалась мне чересчур разгоряченной.
– Теперь я всё знаю, – ответил он и отошел от греха подальше.
Мои щеки покраснели, выдавая меня с головой, и я опустила глаза, стараясь унять учащенный пульс.
– Это лишнее, – поджала губы, делая нам обоим одолжение.
Вижу его настрой и слишком яркие эмоции в глазах, но не готова встретиться с ними лицом к лицу.
Если он не может разорвать этот порочный круг и готов поступиться честью, бросив ребенка, то всё прекращу я.
И пусть мне не сильно хочется помогать Дине, но ни в чем не повинная душа младенца не виновата в нашей сложившейся ситуации.
– Крис, я уже сказал и повторюсь снова. Более доходчиво, если ты не поняла. Прогоняй, не прогоняй, но я буду приходить, и с этим ты ничего не сможешь поделать.
– Хватит упорствовать, прошу тебя, – застонала, протирая ладонью лицо и прогоняя усталость. – Ты бредишь. Напомнить тебе, как ты издевался надо мной? Может, у тебя психическое расстройство? Слишком быстрая смена эмоций.
– Надеюсь, ты не собираешься напоминать мне об ошибках до конца дней моих? Я так-то, знаешь, планирую лет до ста дожить.
Он еще и шутить мог в этой ситуации. Открыла рот, чтобы напрямую сказать о Дине, но не решилась. Хочу остаться в иллюзии хотя бы частично.
– Ты меня не любишь. Просто испытываешь чувство вины. Не отрицай, – махнула рукой, останавливая его, как только он собрался мне возразить. – Ты знаешь, кто сбил меня, и покрываешь его. Значит, этот человек либо дорог тебе, либо там замешаны связи, с которыми мне с родителями не тягаться. Не впутывай нас в это, Дамир. С нас достаточно. Я просто хочу, чтобы всё прекратилось, понимаешь?
В уголках глаз появились слезы, но я всё равно подняла на него взгляд. 
– Понимаю, – прохрипел.
Наклонился, опершись подбородком в скрещенные кулаки, и расположил локти на коленях.
Взгляд у него был обжигающий и темный, заставлял меня сомневаться в том, что я хочу сделать.
Вот только, когда я открыла рот, чтобы прогнать его, наконец, раздался женский надрывный кашель, а затем тяжелое сипение.
Мы синхронно с Загорским обернулись и увидели, как дрожит Нина. Она лежала на животе, вся бледная, на лбу проступила испарина.
– Вызови врача. Ей плохо, – в панике прошептала Дамиру, но он в отличие от меня сориентировался быстрее, и мои слова донеслись ему уже в спину, когда он скрылся в коридоре.
Дежурный врач осмотрел девушку, а затем ее увезли, и мы с парнем остались наедине.
Сердце у меня наполнилось тревогой. С Ниной я успела сблизиться, и мне казалось, что мы были похожи, и это то, что нас объединяло.
В этот момент в тишине палаты прозвучал звонок мобильного. Дамировского.
– Слушаю, – ответил собеседнику, а сам смотрел на меня. Образовавшаяся складка на лбу и напрягшиеся мышцы заставили меня вцепиться пальцами в свои предплечья и замереть.
– Сегодня? Почему перенесли? – сделал паузу, нахмурился. – Понял. Участвую.
Общение было недолгим, но я насторожилась, хотя уговаривала себя, что меня это не касается. Не мои проблемы.
– Черт, Тинь, мне бежать надо, но завтра, обещаю, я снова приду, и мы договорим. Выбрось из головы всё, что надумала, хорошо? Ты же всё мне про Дину рассказала? Она ничего плохого тебе не говорила? – резко встал и подошел ближе, нависая и заставляя смотреть себе в глаза.
Его пальцы схватили мой подбородок и не давали дернуться.
– Тинь?
Пропустила все его слова мимо ушей, кроме своего искаженного имени. Лучше, чем Тина, но слишком ласково он его произнес. Довольно непривычно. Испытывало мою выдержку на прочность.
 
– Моя Тинь, – прошептал и вдруг резко наклонился, почти касаясь своими губами моих.
Дыхание у меня стало надорванным, участилось, и я задрожала, не в силах всё это прекратить.
– Ты подумай до завтра. Я вернусь, и мы продолжим разговор. А насчет аварии… Я же пообещал, что расскажу подробности, но не сейчас. Скоро у меня встреча с прокурором города. Это всё, что я могу тебе сказать.
Быстро чмокнул меня в губы, развернулся и ушел. Я даже не успела пискнуть и оттолкнуть его, настолько он был резвым. Тронула пальцем свои губы и сглотнула, ощущая ком в горле.
Весь день находилась в прострации, впервые сомневаясь в собственном решении.
Но когда Олеся, так и не добившаяся моей словоохотливости, вывезла меня на прогулку, посреди парка дорогу нам перегородила тень.
– Давно не виделись, Кристина, – до боли знакомый голос.
– Олеся? – произнесла в шоке, но на этот раз у меня не было сомнений, что Дамир тут ни причем.
Не сомневалась, кто дал бывшей однокласснице адрес больницы. И сомнения мои переросли в убеждение, что Дина чего-то боится и всеми силами хочет отвадить меня от Дамира, раз использует все средства, которыми располагает. Неужели я похожа на прежнюю наивную клушу?
– Ну привет, подруга, – хмыкнула весьма дерзко Олеся и посмотрела на меня с ненавистью.
Дернулась, впервые за несколько лет встретив ее взгляд, и была удивлена таким приемом. Я ведь ничего плохого ей не делала и не заслужила подобного отношения.
– А судьба справедлива, однако.
Ее слова кислотой въелись в мой мозг, оставляя за собой рваные ошметки, но я стойко вцепилась пальцами в подлокотники и вздернула подбородок. Было неприятно смотреть на нее снизу вверх, но я не ощущала себя уязвимой, и это радовало.
– Ты изменилась, – окинула ее взглядом и с грустью подметила ее вызывающую одежду, броский макияж.
– Стала любить себя и ценить. Больше нет той мышки Леськи, которую никто не замечал в тени нашей Завгородней.
Надула пузырь и лопнула его, с вызовом глядя мне в глаза. Медсестра напряглась и выдвинулась вперед, проявляя воинственный характер, но сейчас я как никогда хотела остаться с одноклассницей наедине. Нужно окончательно закрыть этот гештальт и двигаться дальше.
– Мы поговорим наедине? – попросила медсестру, и та нехотя кивнула.
– Буду неподалеку, – ответила и удалилась к скамейке, с подозрением покосившись на свою тезку.
Мы несколько секунд изучали друг друга, подмечая изменения, но когда я решилась заговорить, то не успела. Она меня опередила.
– Я с тобой не лясы точить пришла и вспоминать наше убогое прошлое. Считай, одолжение хочу сделать, всё же мы были подругами когда-то.
Достала смартфон, включила видео и поднесла к моему лицу. И по мере того, как я слушала речь диктора, бледнела всё сильнее. Новость была ожидаемой, но оглушила. Услышать такое вслух я была не готова.
  
Глава 29
 
Глава 29
Блогер, видео которого демонстрировала мне Олеся, был мне незнаком, но так уверенно говорил о свадьбе года, что я внимательно слушала каждое слово.
Союз Дамира Загорского и Дины Ахметовой.
Слияние двух уважаемых династий. Несмотря на разбитый экран и трещину, лица их были видны отчетливо, не давая усомниться, что речь шла именно о них.
Мужественно досмотрела запись до конца и не повела даже бровью.
– Как ты меня нашла?
– Это всё, что тебя волнует?
И как я раньше не замечала, какое у нее неприятное лицо? Или сказывается ее прогнившее нутро, или у меня открылись глаза на мир. Больше нет той наивной девочки Кристины, которой можно было навешать лапши на уши.
– Топорно действуете, – усмехнулась с горечью на устах. – Не успел след Дины остыть, как ты тут как тут. Сколько она тебе заплатила?