Честь Империи (СИ)

— Сделаем в лучшем виде. После мероприятий в Москве значительная часть агентов освободилась и готова к новым задачам, — заверил меня фон Коттен и открыв мощный сейф и достал оттуда пухлую папку. — Здесь вся запрошенная вами информация. Копий нет. Исполнители не из болтливых.
Командующий ОКЖ передал мне папку словно гремучую змею. Представляю, как его бросало в дрожь при прочтении компромата на «небожителей».
  
— Благодарю вас, Михаил Фридрихович. Ваша служба, как всегда, без нареканий. После вступления в должность жду вас в обновленном составе Совета Министров.
Жандармский корпус надо активнее насыщать ветеранами, а значит, и средствами. С моими планами нас будут раскачивать все кому не лень. Благо экономика Российской империи на начало войны была в хорошем состоянии и сохранение Польши не так сильно ударит по бюджету, как в нашей истории.
По пути к Зимнему дворцу ознакомился с документами, переданными командующим ОКЖ. Пролистав ворох грязного белья на великих князей, отложил его в сторону. А вот следующая папочка была более интересной. Последние отчеты от министерства императорского двора и уделов, учреждения под руководством графа Фредерикса, которое занималось управлением имуществом императора.
Земли, плантации, шахты, торговые заведения, фабрики и заводы… список довольно обширный. Богат император, но смысла продавать активы нет, пусть и дальше приносят прибыль. Ежегодного дохода от них хватит максимум на неделю войны. Зарубежные счета и неучтенные финансы — вот моя основная цель.
В статье расходы значительная часть денег уходила на обеспечение великих князей и царской семьи. Стоит поговорить с Николаем, чтобы значительно урезал осетра в том числе и нам с Ольгой.
В Зимнем дворце меня ждали с нетерпением. О состоянии Николая докладывали не только мне одному и ждали ясности о дальнейшей судьбе Дома Романовых. Шагая по дворцу в сопровождении одетых в одинаковую форму штурмовиков, я видел страх в глазах придворных. Вообще, ожидалась другая реакция, но и такая сойдет.
В малом тронном зале собрались почти все, кто имел на то право. Все еще бодренькая вдовствующая императрица Мария Федоровна возглавляла собрание в окружении четырнадцати великих князей. Из собравшихся представителей Дома Романовых ко мне более и менее хорошо относился «отец», Николай Николаевич, прибывший ради такого дела из Ставки, и Сандро с Михаилом.
Последние двое для меня загадка. Александр Михайлович — человек авторитарный, но бесспорно любит Россию. И пару раз у нас были с ним разговоры о развитии военно-воздушного флота. А у брата императора от одной мысли, что ему придется надеть корону несварение и любой, кто готов сберечь его от такой ноши достойный уважения человек.
По взглядам, направленным на меня большинство великих князей резко против моего возвышения и все дело в конфликте с Бориской. Фракция Владимировичей довольно авторитетна и по старшинству следующие после брата императора. Но даже на фоне обиженного Бориса выделялся его брат Андрей.
Какая-то Санта Барбара. Сергей Михайлович — хороший специалист и шэф ГАУ проживает с Матильдой Кшесинской, в которую также влюблен Андрей Владимирович. Как они там все вместе уживаются, не понимаю. А я в свое время не слабо оттоптал этому любовному треугольнику ноги посадками чиновников Военного министерства.
— Дмитрий, расскажите нам, что произошло в Ливадии, — не выдержала затянувшейся паузы вдовствующая императрица.
Короткий рассказ о событиях в Крыму вызвал бурную реакцию у представителей Дома Романовых от едва сдерживаемой ярости до с трудом скрываемого сожаления.
— Я так и знала, что она сведет его в могилу… Почему мой милый Николай вечно такой упертый⁈ Никогда не слушал не меня, не отца.
— В связи с состоянием здоровья императора и назначением вас на пост диктатора нам интересно знать, что вы планируете делать? — не выдержал Кирилл Владимирович.
Какой ты нетерпеливый. Вечно торопишься.
— Программа на следующие пять лет подготовлена и будет зачитана в Государственной Думе при непосредственном участии журналистов ведущих изданий Российской империи. Так что вскоре вы все узнаете.
Неприятно, когда макают лицом в грязь? Ничего, привыкай. Дальнейшее молчание становилось зловещим, и в любой момент зависшее в воздухе напряжение могло вылиться в какую-нибудь глупость.
— Где Алексей? — встрепенулась Мария Федоровна.
— В Москве. Лучшие профессора по экономике, праву и естественным наукам читают ему лекции. Каждый день он посещает пропитанные многовековой историей памятные места. Кремль полностью отвечает всем условиям безопасности и ему ничего не угрожает. Цесаревич полностью доволен проживанием в древней столице нашего государства.
— Я хочу увидеться с внуком!
— Не вижу никаких препятствий для этого. Всего лишь сесть на поезд, и уже завтра вы его увидите.
— Неслыханно! Вы забываетесь! — выскочил вперед Андрей Владимирович. — России не нужны диктаторы. Пусть Михаил станет регентом при Алексее. Верно я говорю?
На крики великого князя распахнулась дверь и к нам на огонек заглянули двое моих бойцов из охраны.
— Командир, все в порядке?
— В полном. Иногда бывает так, что люди не умеют сдерживать свои эмоции. Спасибо за бдительность, продолжайте следить за порядком и не пропускайте к нам посторонних.
Появление Гриши с Павлом стало шоком для великих князей. Даже отец посмотрел осуждающе.
— И что вы сделаете против меня? Выскажите мне свое недовольство и закончим на этом?
На простой вопрос не было ответа. Значит, продолжим.
— Император до сих пор жив, как и наследник. Вся власть на время войны переходит к диктатору. Совет министров, как и Государственный Совет распускается и назначается новый. Права Государственной Думы будут расширены. Великие князья должны подчиняться власти, а не считать себя ее рукой. Вам это понятно, Андрей Владимирович?
— Вы заранее покупаете рассадник смутьянов и революционеров, которые вас первыми и предадут. Гвардия поддержит Михаила, если вы будете идти наперекор семье и, поверьте, все резко изменится, — снова первым пошел на амбразуру Андрей.
Ну-ну. Гвардию за добрую сотню лет отучили играть в дворцовые перевороты. Кстати, моя уверенная позиция вызвала интерес у Михайловичей, а значит, не все так гладко в семье, чем я обязательно воспользуюсь.
— А меня вы не хотите спросить, Андрей Владимирович? — удивился брат императора. — Прошу вас, продолжайте, Дмитрий Павлович.
— Я и не скрываю свои планы в отношении правительства. Не прочь поделиться властью, а позже взять на горячем так называемых вами «смутьянов и революционеров». Кстати, о последнем, — великие князья обратили внимание на папку в моих руках. — У большинства из вас рыльце в пушку. Были даже разговоры о занятии престола, записанные со слов…
— Думаю, на этом мы закончим! Дмитрий, спасибо за вашу помощь Николаю и девочкам. Я сейчас же выезжаю к нему, — перебила меня вдовствующая императрица и обратилась к великим князьям. — А вы помогайте, Дмитрию, навести порядок. Хоть у кого-то из вас хватило ума начать справлять катастрофическое положение нашего Дома.
Не завидую я Александре Федоровне. Свекровь ей покажет, где раки зимуют. Но по поводу помощи есть большие. Откровенно враждебные взгляды от некоторых представителей Дома Романовых заранее обещали немало проблем. Зато карты раскрыты, и теперь держись, начнется самое интересное. Забеги в посольство союзников, разговоры среди гвардии и появление новых закрытых «обществ». Успевай только записывать.
Не дождавшись новых вопросов, решил, что на этом я свою миссию выполнил и можно заняться более важными делами, но великий князь Николай Николаевич остановил меня у самого выхода и предложил поговорить наедине.
  
— Стоит признать, я вас сильно недооценил, Дмитрий. Из корнета гвардии до главы государства за один год. Такой карьеры в нашей истории я не припоминаю. Надеюсь, наши договоренности в силе?
Изменения и правда заметны. Николай Николаевич больше не пытается давить меня взглядом и немного смирился со своим подчиненным положением. Из всесильного гиганта, что шепчет в ухо племяннику, до почти сгорбленного старца.