Праздник под угрозой (СИ)

Пока их группа приходила в себя, мы ворвались в помещение. Пол сразу же засветился магическими знаками, а стены зашипели, испуская зелёный туман, который словно оживал, становясь всё гуще и холоднее с каждой секундой.
— Газ! — крикнул Эристов, первым заметив изменение.
— Я им займусь, — отозвался я. — Остальные — прикройте тыл и Мишу.
Я мгновенно активировал заклинание очищения воздуха, сосредоточив энергию на источнике газа. На мгновение светлый поток магии окутал мои ладони, а затем резко устремился вперёд, рассеивая токсичный туман. Волконский, воспользовавшись заминкой, ударил по нам заклинанием «Дриада». Из пола вырвались зеленые корни, скручиваясь вокруг наших ног, словно змеи.
— Уваров, Безбородко, разрушаем! — скомандовал я.
— Салтыкова, Волконский, Щербатов — держим давление! — параллельно раздавал приказы Одоевский.
Магический бой разгорелся с новой силой, превращая поле экзамена в настоящий хаос. Я прикрывал спину Эристова, пока тот бежал к следующей двери. Замечая из угла глаза, что Щербатов готовит новое заклинание, я сразу понял его намерения. Его глаза метнули холодный взгляд в мою сторону.
— Сначала попробуй пройти, Николаев, — выкрикнул он с насмешкой, и над дверью вспыхнула сеть изумрудных нитей, пульсирующих опасной энергией.
— С радостью, Щербатов. Но не забудь, что твои сети всегда распадаются при хорошей встряске, — парировал я, концентрируя энергию для разрядного импульса.
За моей спиной Катя и Настя синхронно завершили очередное заклинание. Их совместная атака создала вихрь энергии, который, подобно буруну, хлынул вперёд, направляясь прямо на защиту Щербатова. Барьер заискрился, и его изумрудные нити начали плавиться под давлением. Раздавался треск, похожий на звук разрывающихся струй.
— Держите его, пока я не закончу! — прокричал он, но было уже поздно. Энергия разорвала барьер, а Эристов, не теряя ни секунды, штурмовал следующую дверь, оставляя позади яркие вспышки заклинаний. Аполло следовал за ним, отбивая от парня все атаки. А все-таки он и правда был чудо как хорош в бою. Сражение — его стихия.
Тем временем Волконский и Салтыкова объединились, атакуя нас заклинанием стихийного резонанса. Потоки воды и огня переплелись в мощный удар, который, как смертоносный вихрь, устремился в центр нашей группы.
— Щит! — крикнул я, и Катя с Настей вновь синхронно активировали магическую защиту. Барьер засветился холодным голубым светом, поглощая атаку. Но давление было слишком велико — трещины начали расходиться по защите, словно по тонкому льду весной. Жуткий скрежет усиливался.
— Уваров, взрывай! — скомандовал я. Лёня, улыбнувшись, вызвал землетрясение локального масштаба. Пол заходил ходуном, отправляя Волконского и его напарницу на пол.
— Хороший удар, Николаев, — произнёс Одоевский, приближаясь ко мне. Его меч — магический артефакт, пылающий тёмным фиолетовым светом — вылетел из ножен, и он атаковал меня прямым выпадом.
Я успел отреагировать, вызвав магический щит, но сила удара была столь велика, что меня отбросило на несколько шагов назад.
— Ты всегда любил силу в лоб, — бросил я, делая обманчивый выпад влево, затем резко уходя вправо. — Но я — про тактику.
Он только усмехнулся и метнул в меня «Огненный вихрь». Я ушёл в перекат, контратакуя связкой земли и воды. Наши атаки столкнулись, создавая на мгновение ослепительную вспышку. Воздух вокруг наполнился запахом озона.
Тем временем, с другой стороны поля, Романовы вели дуэль с Румянцевым и Щербатовым. Андрей создавал ледяные копья, посылая их с высокой точностью, тогда как Катерина манипулировала потоками воздуха, усложняя противникам движения. Щербатов же отвечал заклинаниями земли, создавая барьеры и пытаясь поймать Романовых в магические ловушки.
Аполло и Миша тем временем прорвались вперёд, зачистив путь от оставшихся ловушек. Они вскрыли вторую дверь и оказались в комнате, заполненной светящимися сферами — магическими артефактами, которые хаотично перемещались, испуская разряды энергии. Их свет разливался по стенам, словно жидкий металл.
  
— Не трогайте сферы, они взрывоопасны! — крикнул я, подбегая к ним. — Нужно их стабилизировать.
— Одоевский близко, у нас нет времени! — ответил Эристов, уворачиваясь от разряда. — Что делаем?
Я кивнул и сосредоточился.
— Лейте воду. Заморозим все это.
— Принято!
Половина группы отбивалась от наступавших нам на пятки курсантов, а вторая собирала всю стихийную воду и ветер, чтобы устроить в комнате каток.
— Готово! — отчиталась Гагарина. — Должно всех выдержать.
— А надо, чтобы не всех, — заметил Феликс.
Гагарина лишь хитро улыбнулась.
— Сделаем.
На несколько секунд сферы замерли, позволяя нашей группе проскочить к следующей двери.
Позади нас Одоевский снова атаковал. Его группа ворвалась в комнату — и тут же пожалела об этом.
— Лед!
— Черт, как скользко!
— Топите лед! Огонь, эфир, давайте!
Но стоило «двойке» растопить наш лед, как шары-электрошокеры тут же начали метаться по всему полу. кого-то задело, и я обернулся на крик.
— Проклятье! Так вот в чем дело…
Где-то впереди хихикнула Гагарина.
— Соберите их потоками воздуха в одном углу, — велел Одоевский.
— Удержим барьером, чтобы не разбежались, — добавила Салтыкова. — Работаем!
Мы как раз пробились в третью дверь, когда Волконский, оправившись от удара током, активировал магический взрыв, заставивший нашу группу разбежаться в стороны. Воздух наполнился гулом разлетающихся обломков.
— На этот раз мы вырвемся вперёд, Николаев, — произнёс он с издёвкой, создавая новые магические сети на дверях. Его голос звучал громко, перекрывая общий хаос.
— Феликс, отвлеки его! — скомандовал я, и Юсупов с готовностью атаковал Волконского огненными шарами, которые взрывались, как фейерверки, озаряя всё вокруг яркими вспышками.
— Не дайте им добраться до двери! — кричала почти что в истерике Салтыкова.
Ситуация становилась всё более хаотичной, магические вспышки озаряли комнату, заклинания сталкивались, разрушая всё вокруг. С потолка сыпались мелкие обломки, стены трещали под натиском магической энергии.
И все же мы прорвались. Хотя тут же пожалели об этом.
Комната встретила нас гнетущей тишиной. В сравнении с тем хаосом, что мы оставили позади, этот момент затишья казался подозрительным. Пол здесь был выложен тёмно-зелёным камнем, из-за которого казалось, что мы стоим на замершем озере. Воздух был неподвижен, словно сама комната затаила дыхание.
— Лёш, что-то здесь не так, — пробормотал Андрей, держа наготове «Люмен». — Чувствуешь энергетический фон?
— Как на кладбище, — добавила Катерина.
Я молча кивнул, внимательно изучая помещение. На противоположной стороне виднелась массивная дверь — туда нам и следовало прорваться. Энергия окружающего пространства пульсировала, отзываясь глухим шумом в моих ушах.
— Это очередная ловушка, — уверенно заявила Настя Гагарина, подходя ближе к стене. — И, судя по её структуре, куда сложнее предыдущих.
— Какие мысли? — спросил я, обводя взглядом команду.
Тамара подошла ближе, сосредоточенно разглядывая плиты на полу.
— Здесь знаки. Формулы. Очень редкие. У них наверняка есть последовательность. Думаю, мы должны поочередно воспроизвести эти заклинания, чтобы дверь открылась. Но если мы активируем что-то не так, последствия могут быть… Разными. Я так думаю.
— Значит, действуем осторожно и строго по инструкции, — распорядился я. — Андрей, Безбородко, Уваров — со мной. Остальные держите оборону и прикрывайте нас.
— Это явно хуже, чем газ, — проворчал Безбородко, поднимая руку, чтобы осветить ближайшие символы. Его светлая магия сделала знаки на полу ярче, и от этого зрелища я невольно нахмурился.
— Если активировать неправильный элемент, они «ужалят» нас магией, — заключил Лёня, проведя пальцем над одним из символов, не касаясь его.
В это время вторая группа уже наверстывала упущенное. Их шаги и громкие выкрики доносились из соседней комнаты. Мы знали, что времени мало.