Праздник под угрозой (СИ)

Ребята переглянулись. В их глазах читалась смесь гордости и страха. Оно и понятно: сама Шереметева будет наблюдать за каждым, и ее слово будет последним, когда дело дойдет до распределения на практику.
Генерал-лейтенанат кивнула в сторону стола, на котором находился артефакт — нечто вроде небольшого шара, окружённого слабым зеленоватым свечением. Заражённый предмет, по всем признакам насквозь пропитанный аномальной энергией.
— Этот артефакт мы изъяли во время одной из операции, — продолжила Шереметева. — Он относительно безопасен, но требует осторожности. Ваша задача — не уничтожить его, а очистить, стянув излишки аномальной энергии. Я покажу, как это делается. Затем вы потренируетесь на других.
Она подошла к столу и встала боком, чтобы все собравшиеся могли наблюдать за ее действиями. Встав перед артефактом, она вытянула руки, и в воздухе сразу ощутилось напряжение. Зеленоватое свечение вокруг шара начало двигаться, как будто тянулось к её ладоням. Шереметева оставалась абсолютно спокойной, её лицо не выражало никакого напряжения, хотя работа, которую она проделывала, была не из лёгких.
Ведь и сама она лишь недавно научилась работать с этой силой. Впрочем, у нее, в отличие от курсантов была моя книжечка с ценными заметками. Курсантам этот материал преподавали дозированно.
Через несколько секунд свечение исчезло, и Шереметева аккуратно опустила руки.
— Вот так. Никакой спешки, только полная концентрация. Я сделала это, временно погасив течение эфира, за счет чего аномальная сила смогла перетечь в мое тело. Не все артефакты светятся, но со временем вы научитесь определять уровень заражения диагностикой. Пока что свечение послужит для вас индикатором того, что артефакт еще заражен. Кто желает повторить?
Я выступил из шеренги.
— Николаев, ваше превосходительство!
Шереметева слегка улыбнулась.
— Подойдите. Покажите товарищам и расскажите, как вы это делаете. Возьмите другой предмет.
Я шагнул вперёд, чувствуя, как взгляды всех присутствующих устремились на меня. Подойдя к столу, я внимательно посмотрел на артефакт — кусок дерева, в котором осталось немало остаточной энергии.
— Сначала вы должны сосредоточиться, — начал я, поворачиваясь к остальным. — Это не столько физическое усилие, сколько работа с вашей эфирной оболочкой. Вы чувствуете поток энергии, как бы настраиваетесь на него. Учитесь отличать течение одного потока энергии от другого — вашего эфира. Затем тянете её к себе, но очень осторожно, чтобы не нарушить внутренний баланс.
Я вытянул руки, чувствуя, как энергия Искажения начинает реагировать на моё присутствие. Это было похоже на тончайшие нити, которые я постепенно тянул к себе, стараясь не порвать их.
Зеленоватое свечение медленно начало перемещаться в мою сторону, окутывая мои ладони. Я сосредоточился, чтобы не позволить энергии выйти из-под контроля, и делал все нарочито медленно, чтобы ребята все увидели.
Через несколько секунд артефакт остался чистым, а я аккуратно завершил процесс.
— Всё дело в концентрации, — добавил я, обращаясь к собравшимся. — Если вы теряете контроль, энергия может либо вернуться, либо, что вероятнее, выжжет ваш эфир.
Шереметева кивнула, её взгляд оставался строгим, но одобрительным.
— Хорошо, Николаев. Теперь каждый из вас проделает то же самое. Одоевский, вы следующий.
Слава Одоевский, командир второй группы, шагнул вперёд с заметным волнением. Его движения были немного скованными, но он быстро взял себя в руки. Процесс занял больше времени, чем у меня или Шереметевой, но он справился. Свечение артефакта исчезло, и стоявший рядом со мной Андрей облегчённо выдохнул.
— Я тут немного учил его факультативно…
— Не сомневался, — улыбнулся я.
Далее очередь дошла до Лены Салтыковой. Русоволосая красотка подошла к артефакту с видимой уверенностью, как и всегда. Её движения были плавными, и энергия подчинилась ей с удивительной лёгкостью. Я заметил, как Шереметева одобрительно кивнула, наблюдая за её работой.
Так, по очереди, каждый из курсантов подходил к артефакту. Феликс Юсупов немного замешкался, но, в конце концов, справился. Лев Львов явно нервничал, и ему понадобилось больше времени, но он также завершил задание. Вторая и третья группы проявили себя по-разному: некоторые работали с энергией уверено, другие — осторожно и медленно. Тяжелее всего пришлось Бэлле Цициановой и Олегу Бобринскому.
  
Когда все завершили задание, Шереметева собрала нас в круг.
— Хорошая работа для первого раза, — сказала она, её голос звучал твёрдо. — Но это только начало. В дальнейшем вам придётся работать с куда более мощными артефактами. Запомните: контроль и сосредоточенность — ваши главные инструменты. Ошибки здесь стоят слишком дорого. Мы продолжим тренировки завтра. А сейчас — отдыхайте.
* * *
— Тревога! Внимание, тревога!
Проснулся я резко, словно кто-то толкнул меня в плечо. Комната, обычно залитая мягким светом уличных фонарей в парке, утопала в тревожном алом свете. Глухой звук сирены прорезал тишину, резонируя с пульсом в висках.
Я подскочил на кровати, рефлекторно сжав в кулак камень рангового перстня, готовый в любую секунду активировать магическую защиту.
— Что за…
Койки товарищей были пусты. Ни Андрея, ни Феликса, ни Левы — никого не было. Матрасы аккуратно застелены, словно они ушли по собственной воле. Но куда, черт возьми? Да еще и среди ночи…
— Ребят? — позвал я, не надеясь на ответ.
Единственным ответом мне была монотонная голосовая запись из динамика в стене. Слова были едва различимы из-за громкой сирены, но я уловил: «Тревога. Всем немедленно покинуть помещения. Тревога…»
Я тут же активировал магическую защиту. Затем, на всякий случай, сосредоточил в руках немного эфира. И вышел из комнаты.
Коридор встретил меня всё тем же алым светом и звуком сирены. Пусто. Никаких признаков жизни. Словно вся кордегардия вымерла.
Я сделал несколько шагов, прислушиваясь. Ничего, кроме звуков тревоги. Но внезапно я уловил едва слышный шум за одной из дверей. Там точно кто-то был. Какое-то шуршание, скрежет, возня.
Собравшись с духом, я шагнул к двери и толкнул её, одновременно усиливая защиту. Дверь распахнулась с громким скрипом, и я влетел внутрь.
— Какого черта⁈
 Глава 9 
Комната была наспех украшена: на стенах висели самодельные бумажные гирлянды, под потолком раскачивались разноцветные шарики, а в центре комнаты огромными буквами сияла надпись: «С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!».
Я моргнул, не веря своим глазам. В общем зале собрались мои друзья-курсанты, включая Феликса, Андрея и даже сурового сержанта Баранова, который какого-то лешего допустил нарушение дисциплины.
— Поздравляем с совершеннолетием! — раздался радостный голос Феликса Юсупова, и в следующую секунду он дёрнул за нитку хлопушки. Сухой хлопок раздался в комнате, и цветное конфетти посыпалось на пол.
Курсанты хором закричали:
— С днем рождения, Алексей!
Я остолбенел, по-прежнему не опуская руки, в которой едва не зажёг заклинание. Да они меня разыграли, черти лохматые! Я переводил взгляд с одного лица на другое, пока наконец не выдохнул.
— Вы что, издеваетесь? — прошипел я. — Я же чуть не поджарил половину из вас, идиотов!
Феликс расхохотался и хлопнул меня по плечу:
— Спокойнее, Леш! Мы знали, что ты воспримешь всё всерьёз, но ведь это был лучший способ устроить сюрприз. Видел бы ты свою физиономию!
Я покачал головой, пытаясь подавить улыбку. Конечно, они спланировали всё до мелочей. Небось еще и воспользовались моим отсутствием и, пока я отлеживался в Военмеде, развили бурную деятельность тайком от меня.
Баранов, стоящий в углу с каменным лицом, неожиданно заговорил:
— Господа, я и так позволил вам слишком много. У вас всего один час. Поблажек завтра не будет — подъем по расписанию. И чтобы прибрали здесь все за собой!