Перпендикулярность (СИ)

— Теперь о том, что нам удалось с большей вероятностью определить, о защите Алексея для преодоления видимой границы аномалии. Если водитель ритма спасал при прикосновении к ней, точнее — после, то для ее полноценного преодоления его недостаточно, он сгорит. Изолирующий скафандр не подходит, уже проверено. Нам придется применить экспериментальную модель волнового модификатора с поглощающе-излучающей поверхностью. Сейчас поясню, что это, для Алексея и тех, кто не в курсе.
— Нейронный ключ Алексея, который записался один раз, теперь включается каждый раз, когда он проходит через невидимую границу аномалии. Мозг передает сигнал на все уровни организма, вплоть до частиц, поэтому он заходит в прилегающую зону полностью, всем телом. Однако, плотность видимой границы аномалии слишком велика. Человеческое тело, хоть и обладающее нейронным ключом, сталкивается с экстремальной плотностью электрического поля. Поскольку аномалия — объект четырехмерный, часть заряда уходит в дополнительное измерение, и на физическом уровне повреждения телу не наносятся. Но это пока не было попыток войти внутрь.
— Волновой модификатор станет такой прослойкой между телом Алексея и аномалией, которая не перекроет доступ аномалии к нейронному ключу, а наоборот, усилит его трансляцию, по всему телу мальчика. Мы рассчитываем, что это существенно облегчит его заход и передвижение внутри аномалии. Модификатор — это наносеть с датчиками, трансляторами и центром управления, защищенная от экстремальных условий, включая электромагнетизм. Также мы используем часть модификатора в качестве водителя сердечного ритма. Принцип действия будет иным, но результат тем же. Это защитит не только Алексея, но и людей, которых он будет выводить.
— Возможно ли сделать запись нейронного ключа с помощью модификатора и потом воспроизводить его, надев на другого человека? — спросил один из присутствующих.
— Мы проверили эту гипотезу, — ответил Роман Сергеевич, — ничего не получилось. Есть вероятность, что модификатор запишет нейронный ключ именно внутри аномалии. Такой функционал нами добавлен. Но пока, в условиях нашего потока времени и трехмерного континуума, это не удалось.
Роман Сергеевич закончил выступление, спросил у присутствующих, есть ли вопросы. Они последовали, но в основном, уточняющие, и Алексей сосредоточился на том, чтобы выпить вторую чашку кофе, на этот раз капучино с пирожным.
Модификатор его потряс, он не предполагал, что российские технологии дошли до таких устройств. Хотя, полное отсутствие этой информации в СМИ говорило о том, что оно засекречено. И ему достанется пока экспериментальный образец, а значит до внедрения в производство еще далековато.
Что ж, он первопроходец, почти как Юрий Гагарин. Почему бы не испытать на себе еще что-нибудь экспериментальное? Леша застыл с куском пирожного во рту. До него только что дошло, что он реально — первопроходец. Похожее чувство возникало в парке при больнице, но не оформилось так. Ему, конечно, не приходится преодолевать земное притяжение, покидать гравитационный колодец, испытывать такие нагрузки, какие испытывают космонавты. Пока. Ни один космонавт еще не побывал там, где побывает он, если модификатор поможет.
Сглотнув, Леша выдохнул и огляделся. Часть людей уже покидала зал, часть собралась в несколько групп и тихо обсуждали что-то. Романа Сергеевича рядом не оказалось. Поискав глазами, он нашел руководителя сводной группы среди людей, пьющих кофе и, видимо, обсуждающих нюансы предстоящих операций в аномалии.
Минут через десять Роман подошел и предложил вернуться в больницу с группой сопровождения. Сам он планировал провести здесь еще пару часов. Леша задумчиво кивнул. Его не отпускала мысль о том, что на голо-модели объект выглядел довольно простым. Хотя, интуитивно он понимал, что тот имеет большую размерность. А значит, должен восприниматься, как сложный.
Ему ведь предстоит столкнуться с абсолютной неизвестностью в абсолютном одиночестве. Разве это не должно пугать до чертиков? Или его мозг, утомленный полученными пакетами информации от аномалии, просто не находит сил для страха?
  
В размышлениях, на автомате, он прошел с Ольгой, двумя врачами, водителем и парой охранников к электрокару. Обратный путь к больнице лежал через те же улицы, а он словно впервые их видел. Восприятие вдруг обострилось. Клумбы и деревья, роняющие золотистую и рыжую листву, стайки школьников, группы студентов, взрослые.
Собаки и коты — домашние и уличные. Нежатся в солнечных лучах на лавках, на асфальте, под кустами, на лежанках и в специальных уголках для животных. Уличные животные, в отличие от домашних, были в ярко-голубых ошейниках. Леша помнил, что на таких есть еще логотип Технограда — символическое изображение мозга и цветка лотоса. Это значит, что зверята под защитой муниципалитета. На улицах и во дворах аккуратными рядками располагались мини-городки: кормушки, будки, лежанки. Отдел зоозащиты следил за тем, чтобы собаки не сбивались в агрессивные большие стаи. Их социализировали так, чтобы они не нападали не только на людей, но и на котов.
Мимо проносились дома — высотные и средней этажности, отдельные кварталы были заняты малоэтажными коттеджами. Они проехали мимо нескольких станций маглева, и Леша попытался вспомнить, когда последний раз пользовался им. С удивлением понял, что каких-то три недели назад. А ощущение, будто полгода прошло. Впереди показались больничные корпуса, возвышающиеся над яркой осенней листвой. Нужно набираться сил перед заходом в саму супер-аномалию.
Ужин оказался почти праздничным: омлет, слабосоленая семга, гренки с маслом и овощной салат. Хмыкнув, Леша припомнил старинный обычай — усиленно кормить преступника перед казнью. Поняв, что сравнение ни в какие рамки, забрался с ногами на диван напротив кровати, зашел с планшета в библиотеку и выбрал «Онейрум». Сюжет — мрачноватый, но увлекательный и с сильной научной составляющей, полностью погрузил в себя. В свою очередь, мрачные мысли о возможной перспективе застрять в перпендикулярности, ушли на десятый план. Больно уж переживательно было за героев.
Когда Сергей вошел в палату, и постучал пальцем по пустому запястью, Леша с сожалением кивнул, зевнул, и улегся в кровать. Заснул почти сразу, провалившись в темноту и пустоту.
  
Глава 16
 
Погружение в аномалию. 12 сентября 2072
 
Подготовка к выводу людей из аномалии заняла несколько часов. Он, Роман Сергеевич и группа из четырех врачей, включая Сергея, собрались в просторной светло-серой комнате с большим окном. Впрочем, окно в режиме непрозрачности, а с потолка льется ровный дневной свет. Из мебели только напольное зеркало в рост человека, диван, кулер и небольшой столик с бутербродами и стаканчиками для всех. В комнате оказалась еще дверь — в душ.
Алексею предстояло экипироваться в модификатор. После душа со специальным веществом, нужно было надеть на голое тело обтягивающее черное трико из приятного на ощупь материала. Трико называлось М-комбинезоном, и покрывало все, кроме лица. Материал с анатомически пугающей точностью обтянул каждый мускул. Увидев себя в зеркало, Леша чуть покраснел, и отвлекся на лицо. Обтянутые уши, лоб закрыт до бровей, подбородок до рта — это могло бы рассмешить, но было не до смеха, наступил уже привычный мандраж.
Одевали его врачи мужчины под руководством Сергея, Ольга не присутствовала на этой, довольно интимной процедуре. Но когда М-комбинезон полностью облепил тело, вошла, держа на руках странную легкую конструкцию из эластичных кругов, соединенных редкой сетью проводков. Когда она подошла ближе, Леша понял, что это не проводки, в привычном понимании, они были не из пластика или полимеров.
— Сверхпрочные мономолекулярные белковые нити, — пояснила Ольга, заметив его интерес, — это наденешь поверх М-комбинезона. Давай, поможем тебе.
Она передала часть конструкции из нескольких кругов, соединенных этими нитями Сергею, и они, встав от него по бокам, накинули модификатор через голову. Круги и нити притянулись к определённым участкам тела, симметрично относительно позвоночника, словно пространство между ними и трико было наэлектризовано.