Найди меня (СИ)
Лика уснула прижимая ко мне всем телом. Я никогда раньше не испытывал такого морального кайфа. Я был удовлетворен тем, что оставил совсем без сил эту красивую девушку.
У нее идеальная кожа, слегка сейчас влажная от пота после оргазма, немного золотистого оттенка. Плавные изгибы, длинная тонкая шея. Волосы водопадом, рассыпанные по подушке. Я провел линию от губ, нежно касаясь мочки уха, потом шее и ниже. Пока моя рука не остановилась на неровности, на коже.
Не могу поверить. Шрам под ее лопаткой. Он немного растянулся. Но видны белые рубцы. Те самые рубцы. И неровный изгиб.
Не может этого быть. Или может.
Я пытался взять себя в руки. Но шок был слишком сильный. Я не думал, что эта девочка могла быть жива. Родинка на щеке еще ни о чем не говорила. А вот шрам. Мое сердце бешено забилось. Я чувствовал, что знаю ее. С первой нашей встречи, знал.
Меня с головой накрыли воспоминания и образ…
Образ девочки лет пяти, с русыми волосами и белыми прядями, выгоревшими на солнышке. В сплошном желтом купальнике. Она не отходила от меня ни на шаг.
— Саш, помоги мне укрепит стену, — эта маленькая кукла строила замок из песка для своей игрушки
— Сейчас принесу еще воды, — сказал я и забрал ее зеленое ведерко,
— не лей много, а то развалится твоя башня, — хотел предостеречь я, но было поздно, оползень уже образовался.
— Ну вот, зачем так много налил, — она надула губы и уже слезы навернулись на глазах.
Я стал брызгать ее водой и убегать. Она за мной, уже хохоча. Как эти девчонки быстро меняют свое настроение.
Мы часто ездили на пляж, наши родители дружили. Я был старше, часто присматривал за ней и своим младшим братом. Но они плохо ладили, постоянно ссорились.
— отдай мне мои карточки, — кричала малышка
В ответ мой милый братец ее толкает. Я собирался вмешаться, но не успел.
Секунду и они сбивает его с ног, и забирает карточки. Да, они были почти погодки, и у нее не было преимущества ни в силе, ни в росте перед ним. Только в смелости.
И вот тот день, в жаркий летний день. На озере. Мы с братом и родителями, и Энж с мамой.
Меня позвали мальчишки играть, у них был водный пистолет. Я оставил ее и ушел играть с ними неподалеку. Мы носились по песку, ставили друг другу подножки. Потом пришел Артем и принес мяч. Мы сделали ворота из двух палочек и стали пинать.
Леша стоял в воротах
— да ты слабак
Я не понял, к кому он обращался, поэтому переспросил
— что?
— да ты,
Ой, как мне не понравились его слова. Уже ни раз наши кулаки летели по воздуху в сторону друг друга. И он опять нарывается.
— повтори, что ты сказал,
Мы сцепились на песке, сила была явно на моей стороне. Я занимался плаваньем, и еще иногда папа учил меня боксировать грушей на балконе. Леша был меньше, но явно злее и активнее. Мы колотили друг друга от души. У него был разбит нос, у меня точно будет синяк на боку. Другие ребята не стали нас разнимать. Это случалось частенько. Они ждали, когда мы закончим, чтобы продолжить пинать мяч.
Неожиданно, как вихрь из ниоткуда прилетела Анжелика. Она накинулась со спины на Лешу и вцепилась в него мертвой хваткой. Ребята вокруг стали смеяться, но мой друг не мог видеть эту девочку и что есть сил скинул ее со спины на песок.
— Энж, Энж, — позвал ее я.
Она смотрела на меня чуть не теряя сознание, на ее лице застыл ужас. Я наклонился к ней, чтобы помочь встать. Рука моя коснулась чего-то мокрого на спине. Кровь. Темная кровь.
Нужно взять себя в руки.
Подхватив на руки эту маленькую девочку, я бегом понес ее родителям. У нас была разница четыре года, я был совсем мальчишкой. И эта совсем кроха лежала у меня на руках. Никогда до этого я не испытывал такого страха. Страха за другого человека. Ей было очень больно, но она не кричала и не плакала. Она прижалась ко мне и ее только немного знобило.
Родители не стали дожидаться скорую помощь. Недалеко на пляже был местный мед. пункт. Мой отец забрал ее к себе на руки, и мы все понеслись туда. Дежурил там совсем молодой парень.
— Положите ее на кушетку. На живот, — скомандовал доктор.
Он полил ей вокруг раны спиртовым раствором.
— Где же она так напоролась?
— Она упала на острый камень, — заикаясь, промямлил я.
Ее мама держала ее за руку, а мой отец стоял у окна бледный как мел.
— Рана не опасная, но глубокая. Надо наложить пару швов.
Врач сделал ей укол обезболивающего, затем просушил рану и наложил по краям пластыри. Анжелика закрыла глаза, и было не понятно спит она или просто не хочет смотреть. Изогнутая иголка вошла в кожу, и врач сделал пару стежков. Я наблюдал за каждым его движением и не дышал. Ему не пришло в голову выгнать меня за дверь. Пришел в себя я лишь, когда ко мне подошла моя мама. Она протянула мне влажное полотенце, чтобы я мог протереть живот и плечо от крови и песка. Затем одежду.
Уехали мы из трав пункта только через час. Энж все-таки уснула. Папа на руках перенес ее в машину. А у меня перед глазами стоял разрез и стежки от ниток. Шрам был изогнутый, уходил под лопатку. Помню, смотрел на эту маленькую девочку, и хотелось ее защищать. Так же как она пыталась защитить сегодня меня.
Меняли ли что-то для меня, если это окажется она?
#назадвпрошлое #Анжелика
Часть 2 #онилиона
Песня гр. Нервы — Вороны
Решения, принятые глухой ночью, обычно теряют силу при свете дня.
(с) Диана Сеттерфилд. Тринадцатая сказка
Лика
Я проснулась от шума внизу. Звонкий голос Киры раздавался по всему дому. Звук разбивающейся посуды на кухне заставил меня вскочить и спуститься бегом вниз.
Сначала я увидела Киру, заплаканную. И очень злую. Картина достойная ужастика. Ее глаза сверкали безумием и злостью, а правая рука сжимала белую тарелка так, что побледнели костяшки.
— Ты как раз вовремя. А то цирк чуть не уехал без тебя, — глубоким грудным голосом сказала подруга. Подруга, которая была пьяная в стельку.
Ей отвечал мягкий бархатный баритон, до боли знакомый, вызывающий во мне уже ни раз волну тепла и нежности.
— Кир, успокойся и выпей воды
Сема. Я удивленная уставилась на него. Это был Сема, вот только одет он был не как бармен Сема. Сейчас он мне очень напоминал Сашу. Прежними были лишь волосы, уложенные в беспорядке и взгляд, такой привычный и тёплый. Я бы, наверное, так и стояла в оцепенении, если бы Кира не запустила тарелку в раковину со всей силы так, что та при ударе разлетелась на мелкие осколки.
Я налила еще стакан воды и протянула его подруге. Кира не скрывая раздражение посмотрела на меня и стукнула мне по рукам так, что я не удержала его в руках. Стеклянный стакан не разбился, ударившись об кафель, но вода забрызгала мои ноги и часть гарнитура.
Сема тряхнул Киру, и уже обратился ко мне.
— нам нужно поговорить. Но сначала мне нужно успокоить Киру.
— меня не надо успокаиваться, это ты на нее меня променял? Это из-за нее ты меня бросил? Пока я тут его ждала и планировала наше будущее он развлекался с тобой Лик. Я не могу в это поверить, — слезы текли по ее щекам. У нее была настоящая истерика.
— Кира, я не понимаю. Вы знакомы?
— не делай вид что ты не знала!
— не знала, что?
— Лик, Сема мой парень.
Парень?
— его послала Лиса чтобы он следил за тобой. Три месяца он был с тобой. Уж не знаю, чем ты привлекла внимание Лисы и как она вообще тебя нашла, но ты была его работой, и только.
Подо мной проваливалась земля. Я смотрела на Сему не отводя взгляда.
Сема знаком с Лисой и Кирой.
Ладно. Соберись, Лика.
— все это не имеет для меня больше никакого значения, Кир. Я здесь и с Семой нас ничего не связывает, — как можно увереннее проговорила я.
— Я ненавижу тебя, уезжай. Зачем ты здесь появилась? С тобой появились одни проблемы, все с тобой нянчатся, а ты змея. Ненавижу. Ты сделаешь всем одолжение если провалишь от сюда.