Капитан (СИ)
Храбров озвучил еще ряд более-менее ясных положений, а затем вздохнул и начал излагать идеи по поводу того, как со всем этим можно бороться. Он знал, что адмирал Молас, а вместе с ним и Макаров обязательно захотят знать, как Особый отдел намерен действовать, простая оценка ситуации их совершенно не устраивала.
Работы было непочатый край. Макаров в секретном приказе назначил дату выхода эскадры в море и теперь все лихорадочно готовились. Хорошо, что Харитонов взял на себя львиную долю забот, касающихся крейсера и экипажа, да и сам «Наследник» находился в образцовом состоянии.
Храбров пока справлялся, но здраво предчувствовал, что шквал различных сведений скоро может смести его, как щепку в океане. Требовалось искать надежного заместителя, того, кто возьмет на себя заботы Особого отдела и сможет подменить в случае необходимости.
Хокку* — жанр традиционной японской лирической поэзии вака, известный с XIV века.
Глава 11
Глава 11
Двадцатидевятилетний лейтенант Александр Колчак, среднего роста, стройный и худощавый брюнет с орлиным носом, прибыл в Порт-Артур, горя желанием добиться места на крейсерах «Наследник», «Аскольд» или «Новик». Если же судьба заупрямится и не пойдет навстречу, то подойти мог и любой броненосец. Моряк мечтал о боевой должности, рейдерских операциях, стремительных крейсерских маневрах, минных постановках, всем сердцем желая находиться в гуще самых опасных событий. Ученый, океанограф и полярный исследователь, он понимал, что на время начавшейся войны стоит позабыть о мирных занятиях и сосредоточиться на той пользе, что можно принести Родине. И для этого нет места лучше, чем палуба военного корабля.
Среди тех крейсеров, что рассматривал лейтенант, особое место занимал успевший прославиться «Наследник». Возможно, это был наилучший вариант для амбициозного и смелого офицера, да только кто его туда возьмет без протекции и заслуг? И все же на вокзале Колчак взял рикшу и велел отвезти себя на пирс, откуда первым делом решил отправиться к капитану Храброву, положившись на удачу. В конце концов, он ничего не терял. Будучи ранее знакомым с адмиралом Макаровым, Колчак не сомневался, что тот найдет ему неплохое место, вот только ему уж очень сильно хотелось попасть именно на «Наследника».
Капитана Храброва он пока лишь знал заочно, в основном по рассказам офицеров и общих знакомых. Встретиться лично с ним он мечтал давно, еще с тех самых пор как во время Англо-Бурской войны будучи прикомандированным в качестве представителя РИФ, Храбров написал серию очерков «Записки офицера-наблюдателя». Живой слог, энергичность и наблюдательность были замечены и по достоинству оценены публикой. Поначалу они печатались в «Морском сборнике», потом ими заинтересовалась «Нива», а после их отпечатали отдельной брошюрой.
Рикша быстро довез до пирса. Лейтенант расплатился и подхватив внушительный чемодан, представляющий все его движимое имущество, отошел в сторону и осмотрелся. Ветер дул прямо в лицо. Воздух в бухте казался свежим и приятным, во всяком случае, более прогретым, чем в Иркутске, откуда офицер и прибыл. Недавно состоялась его свадьба, пятого марта он обвенчался с прелестной Софьей Омировой. От красавицы-жены он был в восторге. Про таких в Смольном говорили, что последний том сочинений Пушкина она прочитала ещё на первом курсе, что свидетельствовало о многом. Ее молодость, кругозор и юмор вскружили ему голову, но в связи с последними событиями он был вынужден позабыть на время о семейном счастье и уделить все внимание продолжающейся войне.
На воде у пирса было тесно от многочисленных лодок и катеров. Дальше, в гавани, монументально возвышались броненосцы в окружении более легких крейсеров. Колчак быстро нашел взглядом «Наследника» — за последний месяц его фотографии и рисунки перепечатывали чуть ли не во всех газетах страны. Прямо за ним поднимались склоны Тигриного Хвоста с приткнувшимся у подножия Минным городком.
Колчак прошелся по пирсу, обдумывая, к кому обратиться с просьбой доставить на нужный борт, но никого просить не потребовалось. Сзади налетел старый знакомый Коля Львов.
— Сашка! Вот так встреча! Рад тебя видеть! Откуда ты здесь, как поживаешь? — радостно закричал Львов, заключая его в объятья.
— Собственно, я из Якутска, проездом задержался в Иркутске, где неожиданно умудрился жениться. Представляешь? В телеграмме упросил великого князя Константина Константиновича о ходатайстве и переводе в Артур, и вот я здесь. А ты что?
— Служу ревизором на «Аскольде», — сообщил товарищ. — Ну, брат, ты даешь… Стало быть, предал наше холостяцкое братство?
— Предал, сознательно и навсегда, — пряча улыбку сознался Колчак. — Вот, сейчас думаю, как попасть на «Наследника». Не подсобишь?
— Легко, — моментально откликнулся Львов. — У Храброва желаешь служить? Толково придумано, только плюнь дорогой ты мой Саша на эту затею.
— Как плюнуть? — удивился лейтенант.
— Как бы тебе плюнуть… — сделав вид, что всерьез призадумался, Львов сдвинул на затылок фуражку и почесал лоб. — Слюной плюнь, не выгорит у тебя ничего. К Храброву вся Тихоокеанская эскадра перевестись хочет. Он сейчас в фаворе, может себе позволить выбирать лучших. Да и Макаров ему благоволит. Уяснил диспозицию?
— Уяснил, — Колчак постарался не показать виду, как расстроился. Хотя, именно этого и стоило ожидать. — Но я все равно попробую.
— Дело хозяйское. А то, может, на «Аскольд» попросишься?
— С удовольствием, но сначала, как и задумывал, посещу «Наследника», — дипломатично ответил Колчак, не желая расстраивать товарища.
У Львова на пирсе имелся вельбот с матросиками. Они слаженно навалились на весла, умело двигаясь и ориентируясь на задающего темп загребного. Лодка мигом доставили его куда требовалось.
— Ждать тебя не могу, — сообщил придерживающийся за борт Николай. Волнение усилилось, поднялась волна и вельбот прижало к бронированному боку крейсера. Сверху за ними с любопытством наблюдало несколько человек. А еще выше на слабом ветру вяло колыхался вымпел, показывая, что контр-адмирал Молас держит здесь свой флаг. — Твой разговор может затянуться, а у меня дел по горло. Не пропадешь же?
— Нет, конечно, спасибо за помощь, — Колчак пожал Львову руку и подхватив чемодан с вещами, поднялся на борт.
На палубе его встретил вахтенный начальник лейтенант Дмитрий Горин в сопровождении презабавного пса. Офицеры быстро познакомились и пожали друг другу руки.
— Повезло вам, капитан у себя, так-то он последнюю неделю часто на берегу пропадает. Пока он вас примет, айда в кают-компанию, у нас там благодать, — предложил новый знакомый. — Чаем напоим с малиновым вареньем. Самое то по такой пронзительной погоде.
Кают-компания «Наследника» походила на десятки других аналогичных помещений, которые Колчак видел на множестве различных кораблей. Служившая одновременно столовой, местом отдыха командного состава и своеобразным клубом закрытого типа она располагала внушительным обеденным столом, буфетом, несколькими легкими креслами, просторным диваном, книжным шкафом и журнальным столиком с многочисленной прессой. Неизменное пианино стояло у дальней стенки, на стенах висели фотографии и картины. Свет падал через расположенный на потолке «светлый люк», имелись и лампы. В зависимости от традиций и предпочтений на разных судах в кают-компании могла находиться клетка с попугаем, чучело медведя, рыцарские доспехи или что-то похожее. На «Наследнике» их заменял внушительный глобус в подставке из лакированного красного дерева. Колчак еще раз осмотрелся и окончательно решил, что ему здесь нравится. Впрочем, ему нравилось практически на всех судах РИФа, на которых он неизменно чувствовал себя, как дома.
В кают-компании отдыхали несколько свободных от вахт и занятий офицеров, с четырьмя из них он ранее был знаком. Они мигом усадили гостя за стол и не обращая внимания на возражения, угостили неплохим обедом, но узнав о цели прибытия, скепсиса скрывать не стали.