Капитан (СИ)
— Не посрамим же чести и славы русского оружия! — Храбров повысил голос, поднеся к губам мегафон. Рубка и матросы на ближайших постах откликнулись одобрительным гулом. Он специально говорил «высоким штилем», зная, что слова запомнят и будут впоследствии пересказывать. — Вперед, с нами Бог!
Налётову предложили пройти в более безопасное место, но тот отказался, добавив, что будет вместе со всеми и разделит общую судьбу. Смелое высказывание вызвало всеобщее одобрение, а капитан позволил инженеру остаться.
— На норд-осте чужие корабли, вашвысокородие, — в тот же момент бодро доложил сигнальщик. — Шесть или семь единиц и миноносцы.
— На дальномере! — резко выкрикнул старший артиллерийский офицер.
Храбров поднял бинокль. Скоро солнце должно было показаться на горизонте прямо по курсу, а неприятель сосредоточился позади небольшого островка Индольми. Похоже, японцы выставили свою эскадру на внешнем рейде, перекрыв все подходы в гавань. Силуэты кораблей сливались в одну общую массу, но он не мог похвастаться идеальным зрением, у сигнальщика же оно было лучшим на всем корабле.
— Сорок два кабельтовых!
— Уверенно различаю «Чиоду», «Наниву» и «Такачихо», — доложил Харитонов. — Последний — концевой в японском строю, ближе всего к нам.
— Пристрелочный! — приказал Храбров.
Ствол 76-мм орудия полыхнул пламенем, выбрасывая снаряд.
— Недолет! — отрапортовал сигнальщик, но Храбров и сам видел взметнувшийся неподалеку от неприятельского крейсера небольшой водяной столб. В голове помимо воли начали всплывать цифры, связанные с «Такачихо»: бронепалубный крейсер II класса спустили на воду в 1885 г., водоизмещение ближе к четырем тысяч тонн, из вооружения главную угрозу несут два 260-мм орудия и шесть 152-мм. Крейсер устаревший, малоподвижный и слабо бронированный, в бою один на один «Наследник» выглядел значительно предпочтительнее, но мощный главный калибр в любом случае внушал соответствующее отношение, да и не будет «Такачихо» драться один на один.
— Пристрелочный! — вновь потребовал капитан.
— Перелет!
— Дистанция тридцать восемь кабельтовых!
Третий выстрел ударил в трубу японского крейсера и по «Наследнику» прокатилась волна радости.
— Наводись на корму «Такачихо». Огонь из всех орудий! — последовал общий приказ. Только сейчас японцы поняли, что проспали всё на свете. Уверенные в собственной безопасности и неодолимой силе флота они банально не предприняли никаких защитных мер на случай неожиданного нападения. На кораблях с испугом продрали глаза, сыграли тревогу, принялись спешно расклепывать якоря, разводить пары и заряжать оружия, а на подобное требовалось время.
Левый борт русского крейсера окрасился огненными вспышками. Завывающие в воздухе снаряды полетели в сторону неприятеля. Две главные башни выстрелили с секундным запозданием, обе пушки промахнулись, но зато 152-мм и 76-мм орудия отстрелялись хорошо.
— Вижу попадания, — быстро докладывал Бахирев. Голос лейтенанта звенел от восторга. — Одно, два!
Несмотря на многочисленные водные всплески, начавший подниматься с кормы японского крейсера черный дым подтвердил слова старшего артиллериста. Храбров многое не успел сделать в новой жизни, но то, что в нынешней войне у русских снарядов стояли слишком тугие взрыватели конструкции Бринка, помнил прекрасно. У японцев они были иной модели и взрывались очень легко, чуть ли не при контакте об воду. Нашим же требовалась толстая и твердая преграда, чтобы сработать. Иной раз снаряд мог пробить трубу, фальшборт и взорваться уже после того, как прошил вражеское судно.
Подобное не касалось главного калибра «Наследника», снаряды для него были так же закуплены в Англии, но остальные пушки крейсера и всех прочих судов Тихоокеанской эскадры имели данный конструктивный недостаток. Капитан приложил немало сил, дабы поменять ситуацию. Для этого ему пришлось привлечь Макарова, Вирениуса, Григоровича, Эссена и еще ряд небезразличных капитанов и с невероятным трудом организовать общие испытания, на которых проблема все же стала ясной и для Адмиралтейства.
А еще в РИФе ранее не хватало фугасов, в отличие от флотов всех других стран мира. Непонятно, о чем вообще думали в Адмиралтействе, допуская подобный факт?
По итогам испытаний председатель Морского технического комитета вице-адмирал Дубасов разрешил переход на трубки Барановского вместо Бринка.
Замену взрывателей, хоть и не на всех снарядах, а также укомплектование кораблей дополнительными фугасами Храбров считал одним из бесспорных своих достижений. Подобное действительно было очень важно.
— Пли по готовности!
Орудия принялись работать с различной интенсивностью, меньший калибр обладал большей скорострельностью. Палубу окутало легким светло-зеленым облаком бездымного пороха. Запахло эфиром.
Японцы явно не ожидали атаки с моря и оказались к нему не готовы. Только сейчас они наконец-то открыли ответный огонь. Их начиненные шимозой снаряды по большей части вспарывали воду на приличном расстоянии, но два выстрела подняли внушительные столбы и окатили водой нижнюю палубу. Сейчас все их корабли пытались разойтись по сторонам и не перекрывать друг другу линию прицеливания, но без общего плана и при всеобщей растерянности получалось у них плохо. Миноносцы разбегались более живо, по ним уже начали работать 47-мм орудия.
Наконец-то диспозиция полностью прояснилась. Японцы располагали шестью крейсерами, включающими флагманскую «Наниву», наиболее мощную во всей эскадре «Асаму», середняка по всем показателем «Чиоду», устаревшую «Такачихо», не так давно спущенную со стапелей «Ниитаку» и самую слабую из всех «Акаси». Данный состав полностью укладывался в исторические события, но наличие еще одного вымпела, броненосца «Чин-Иен» несколько ухудшало ситуацию. Корабль был старый, тихоходный и неповоротливый. Ранее он принадлежал Китаю, но затем самураи его захватили и даже успели провести небольшую модернизацию. Этот «плавучий утюг» был страшен лишь своими четырьмя 305-мм пушками, расположенными в двух башнях. «Чин-Иен» отсутствовал, когда японцы уничтожили «Варяга» и «Корейца». Похоже, он стал подстраховкой адмирала Того в связи с тем, что «Наследник» являлся более грозной целью.
Кроме того, здесь же находились пять миноносцев, а транспорты и вспомогательные суда, по всей видимости, стояли на якоре непосредственно в бухте Чемульпо.
И все же история повторялась. Несмотря на то, что сейчас вместо «Варяга» находился «Наследник», японцы выдвинули на его уничтожение ту же эскадру Уриу, с тем же составом судов, добавив лишь «Чин-Иен» и два миноносца. Вероятно, Того считал, что с таким количеством вымпелов им по силам выполнить поставленную задачу. И если бы Храбров оставался в гавани, позволив себя запереть, то так бы, вероятно, и было. Броненосец просто встал бы на фарватере и попробуй пройди мимо него!
— Вашвысокородие, пожар на «Такачихо»! — радостно доложил сигнальщик.
«Наследник» сблизился с японцами до тридцати двух кабельтовых и получил первые попадания — два снаряда ударили в броневой пояс, толщина которого варьировалась от 51 до 152 миллиметров, и не причинили никакого ущерба. Третьим выстрелом на баке в клочья разнесло фишбалку* и смяло горловину для подачи патронов. Вдобавок начался пожар. Огонь сразу же кинулись заливать из шлангов. Тугие струи воды моментально сбили пламя и притушили угли.
— Торпеда ушла!
Храбров отдал новый приказ и крейсер начал отходить вправо, удаляясь от неприятеля и заходя на боевой разворот. Офицеры прильнули к биноклям, напряженно наблюдая, как вспенивающая воду торпеда приближается к «Такачихо». Общий вздох разочарования разнесся по рубке, когда она исчерпала резерв хода и благополучно затонула, не дойдя до цели три или четыре кабельтова.
Получив легкое попадание в корму, «Наследник» развернулся. Впереди находились существенно ограничивающие маневр мели, но места все же хватило. Заложив внушительную дугу, крейсер пошел обратно, открыв беглый огонь правым бортом. Орудийные башни главного калибра вращались медленно, но вот и они встали на нужный вектор и угол возвышения.