Путь Мон-Кей - Том 1: Комморра (СИ)

— Я и забыла о твоем увлечении кожей. Ты все еще такая трусливая, носишь броню инкуба, хотя я оставила кабал тебе.
Девушка сделала вид, что пожимает плечами, но она сделала шаг вперед и попыталась всадить свой кинжал в сердце учителя. В обмен получила удар ногой, а затем кувырком восстановила свою стойку.
  
— Ты стала сильнее. Давно не виделись Арадия.
Девушка спрятала свои клинки и сложив руки, недовольно посмотрела на свою бывшую повелительницу.
— Ризалия, тебя не было в кабале около сотни лет. Теперь ты приходишь, чтобы отобрать мой титул?
Недовольство вызвало лишь смех мандрагоры.
— Ты всегда была довольно эмоциональна.
Арадия выдохнула и не решилась высказывать все недовольство которое скопилось за сотню лет.
— Навыки учителя, не заржавели, вам надоело существование в виде мандрагоры?
Ризалия покачала головой.
— Это лучший способ убежать от голода, сколько душ тебе нужно, чтобы прожить один день? А ты молода и не видела нашего падения. Все с годами будет лишь становится все хуже.
Арадия указала внутрь своей резиденции.
— Уверена нам есть о чем поговорить, но давай вначале выпьем. Я подготовила для тебя несколько форм новых видов яда.
Ризалия спрятала свои когти и последовала за лидером кабала.
— Давай, но пир без пыток, я спешу. Мне сейчас хватает и поедания душ демонов.
Арадия усмехнулась, затем отдала указания подчиненным. За время битвы Ризалии, личная охрана кабала уже ждали ее приказов. Несколько эльдар вышли из коридора и начали убирать труп инкуба.
— Все еще не убедила, мандрагоры которых я вижу, это ущербные вечно голодные создания. Они согласны на что угодно ради нескольких раб-монет.
 Глава 4 
Первое, что привлекло мое внимание при пробуждении, был насыщенный аромат готовящейся пищи. Сквозь туман сознания я начал мысленно анализировать запах, словно это было профессиональным навыком, въевшимся в плоть и кровь.
Варящееся мясо в густом бульоне, минимум специй, но с отчетливым запахом трав. Некоторые из них были мне знакомы, другие заставляли мой разум напряженно работать, пытаясь распознать их происхождение. Сознание буквально скручивалось в попытках уловить тончайшие нюансы аромата, который почти полностью подавлял мои мысли.
Голод. Острое, животное чувство, которое перекрывало все остальные ощущения.
Я был в доме. Чужом, незнакомом, но явно обжитом.
Внезапно резкая боль прошила все тело, заставив меня застонать.
Открыв глаза и с трудом приподнявшись, я огляделся, стараясь понять, где нахожусь.
Передо мной был типичный средневековый сельский дом с земляным полом, покрытым потрескавшимися и выцветшими циновками. Убранство было предельно скромным: грубо сколоченный стол, старый сундук и узкая кровать с тонким соломенным матрацем. Интерьер напоминал мне о временах далекого прошлого, о жизни в суровых условиях, которые я когда-то знал.
Моя рука инстинктивно потянулась к шее, нащупывая знакомый кулон — привычный жест, который невольно успокаивал. Однако боль не отступала, пульсируя в каждой клетке тела, словно напоминая о недавнем тяжелом испытании.
И тут я заметил ее.
Девушка, не старше двадцати лет, с бледно-синими глазами, широко раскрытыми от шока. У ее ног валялся разбитый глиняный кувшин. Она смотрела на меня с таким выражением, будто видела призрака.
Внимательно вглядываясь в нее, я отмечал странности. Генетические отклонения были очевидны: грязно-рыжие волосы искажали энергии варпа, выступающие на руках шрамы, необычный цвет глаз. Горловая мускулатура казалась слегка атрофированной, что объясняло ее хриплый, надломленный голос.
От девушки исходила странная энергия смерти и боли. Она напоминала мне о давних кошмарах, о временах, когда на мне носили ограничительный ошейник против псайкеров. Внутри нарастало смутное, первобытное желание — убить. Устранить потенциальную угрозу.
"Она теперь твоя верующая, а ее жизнь — часть твоей тренировки", — прозвучал в моей голове знакомый голос богини, на этот раз без прежней боли.
Я попытался взять себя в руки. Убийство — не решение. По крайней мере, пока.
— Ты голоден? — спросила девушка.
Её голос вызвал новую волну боли, будто меня только что вынули из кипятка. Каждый мускул содрогался от невыносимого напряжения.
— Да...а.а...
Девушка кивнула и направилась к большому котлу, hanging над очагом. С её уходом боль немного утихла, и я смог перевести дыхание.
Моё тело дрожало, словно после жестокой пытки.
"Обычная девочка заставила тебя дрожать?" — насмешливо прозвучал голос Иши в моей голове.
"Она пустая!" — мысленно возразил я.
На черном корабле, такие как она, подавляли целые отсеки.
"Верно, поэтому старайся находиться около нее. Моё благословение даст твоему телу шанс на адаптацию."
Я хотел возразить, но...
— Прошу пройти поесть.
Мои мысли прервал хриплый голос девушки.
Девушка уже разложила на стол посуду, а вареное мясо я не ел с самого перерождения в мире улье. Я старался игнорировать боль и подошел к столу.
Её движения у большого костра были судорожными, будто каждый жест давался ей с невероятным усилием. Я заметил, как её худые руки с резко выступающими венами дрожали, когда она подкидывала дрова в огонь. Эта слабость контрастировала с той опасностью, которую я чувствовал в её присутствии.
— Кой, — протянул я руку, но тут же опустил её, понимая, что девушка не знакома с ритуалом рукопожатия.
Она с недоумением посмотрела на мою руку, затем представилась:
— Имоен. Еда, которую поймала чернокожая. Она ушла несколько часов назад, я добавила траву хриси.
Подойдя к столу, я сел и попробовал похлебку. Странное варево напоминало суп из грызунов, который я когда-то ел в подулье. Не хватало соли. Окинув стол взглядом, я вопросительно посмотрел на Имоен:
  
— У вас нет соли?
Девушка выглядела еще более растерянной. Она тщательно подбирала слова на незнакомом мне наречии:
— Богиня сказала, что вы спустились с небес как предки. Я не знаю, как было на небесах, но в нашей деревне соль строго контролируется. Дом в котором мы находимся, принадлежал человеку... которого я убила.