Да здравствует король (ЛП)

Я беззлобно смеюсь.
— Ты хороший друг, Рис, — говорю я, обнимая его. — Но то, что я делаю, и то, с кем я решаю это делать, больше не касается ни тебя, ни Роуга.
Жалея, что не поехала в Bella's на чем-нибудь, кроме гольф-кара, потому что я знаю, что буду выглядеть совершенно по-идиотски, убегая, я завожу двигатель и выезжаю с парковки.
36
— Ты что-то нашел?
— Мы получим результаты к концу дня. — По громкой связи раздается голос Мюллера. — На ее теле нашли ДНК, и мы проверяем ее на совпадение с твоей. Если это ДНК твоего отца, то она должна совпасть с отцовской. Мы сможем доказать его вину.
— Хорошо. — Я говорю, кивая, хотя он меня не видит. — Позвони мне, как только узнаешь.
— Будет сделано, босс.
Положив трубку, я убираю телефон в карман и возвращаюсь к музыке, которую слушал, когда открывается дверь.
— Угадай, с кем я только что столкнулся? — спросил Рис, проходя в гостиную наверху и садясь на один из диванов рядом со мной.
— Мне плевать. — Сегодня я не в настроении разбирать шутки Риса.
— Правда? Хм. — Он говорит, удивление окрашивает его слова. — Я думал, ты захочешь узнать, что я видел Беллами. Но неважно. — Он вскакивает на ноги и пружинистым шагом идет к двери.
Он играет со мной, этот ублюдок. Хочет узнать, попрошу ли я его рассказать. Ну и хрен с ним.
Вот только…
— Стой.
Он поворачивается ко мне, на его лице появляется знакомая ухмылка.
— Расскажи мне.
— Она выглядела грустной, как и каждый день в течение последней недели. Молодец, приятель. — Он говорит с сарказмом. — Ты действительно показал ей, каким ты можешь быть большим кретином.
Я отмахиваюсь от него, в остальном игнорируя его насмешки.
— Но она была в порядке?
— Если не считать того, что она выглядела явно расстроенной, то вроде бы все в порядке, да, — говорит он мне.
Вот к чему меня привели новости о Беллами. Выискиваю крохи.
Тайер отказывается что-либо рассказывать Рису — я полагаю, она придумала целый ряд красочных ругательств, когда он спросил, — а женщина, о которой идет речь, не смотрит на меня в коридоре.
Прошла неделя без разговоров с ней, и я не уверен, что выдержу еще одну.
— Конечно, там был Джереми, так что это помогло ее развеселить.
Слова Риса вывели меня из задумчивости. Я перевел взгляд на него.
— Что ты только что сказал?
Он смотрит на меня широко раскрытыми невинными глазами.
— Я видел ее у Bella's с Джереми.
— И что они делали?
— Он купил им обоим молочные коктейли.
Услышав, что он купил ей молочный коктейль, злость пронзает меня, как пушечное ядро.
Наша история началась у Bella's, а теперь она там с другим парнем? Мои мышцы напряглись так сильно, что одно маленькое движение могло бы разбить меня, как фарфор.
— Вообще-то, я сфотографировал их на парковке, если хочешь посмотреть, — предлагает он, небрежно.
Он достает из кармана телефон, и я выхватываю его из его рук.
— Ладно, раздражительный. — Он говорит, поднимая руки вверх.
Зайдя в папку с фотографиями, я нажимаю на последнюю сделанную фотографию и увеличиваю ее.
Джереми и Беллами стоят лицом друг к другу на парковке, в руках у каждого из них по молочному коктейлю.
Он стоит слишком близко.
Их разделяет меньше фута. Он смотрит на нее сверху вниз, а она улыбается ему снизу вверх. Это маленькая улыбка, пронизанная грустью, но она все равно направлена на него.
Он держит руку на ее подбородке.
Я вижу красный цвет. Яркий, яростный красный.
Фотография оставляет меня в недоумении, что произошло дальше. Положил ли он вторую руку ей на бедро и притянул к себе? Опустил ли он голову и приник к ее губам?
Я швыряю телефон об стену, и звук разбившегося телефона приносит мне лишь небольшое удовлетворение.
 
— Дружище, какого хрена? — стонет Рис рядом со мной. — Ты купишь мне новый.
Я встаю и выпрямляюсь во весь рост.
— Что произошло после того, как ты сделал этот снимок? Он ее поцеловал? — требую я.
— Знаешь, я не уверен. — Он говорит, небрежно пожимая плечами. — Я не стал задерживаться, чтобы увидеть остальное.
— Пошел ты, — говорю я ему, прежде чем выбежать.
Его смех преследует меня на выходе из дома.
37
Я сижу в недавно открывшейся библиотеке Макли и занимаюсь. Я колебалась, стоит ли мне сюда возвращаться, не зная, смогу ли я ступить на это место, когда оно так полно недавних воспоминаний о Роуге.
В конце концов, я решила, что он и так уже многого лишил меня, и я не собираюсь позволять ему отнимать у меня книги в придачу ко всему остальному.
К тому же, мне осталось учиться в АКК еще полгода. Если я буду избегать всех мест, где хранятся воспоминания о нашей с ним совместной жизни, то фактически стану затворницей.
Сегодня суббота, поэтому в библиотеке никого нет, кроме меня. Я изо всех сил стараюсь сосредоточиться на уроке всемирной истории и не позволить своим мыслям блуждать, вспоминая все те грязные вещи, которыми мы занимались между стеллажами, а зачастую и на них.
Я встаю на цыпочки, чтобы взять с верхней полки книгу об Уинстоне Черчилле, как вдруг воздух в комнате меняется. По позвоночнику пробегает холодок, и я медленно, не оборачиваясь, опускаюсь обратно. Тело прижимается к моей спине, рука перебирается через плечо и легко достает книгу. Он протягивает ее мне и делает шаг назад.
— Уходи.
— Рис видел тебя вчера с Джереми у Bella's. Что ты с ним делала?
Спасибо, Рис.
Сжимая книгу в руке, я поворачиваюсь. Подготовка к встрече с ним ничуть не уменьшает удар от того, что я оказываюсь с ним лицом к лицу.
Он стоит передо мной, темный король с опасной, грозовой энергией, бурлящей вокруг него. Он одет в черные брюки и белую рубашку на пуговицах, небрежно распахнутую, чтобы открыть гладкую грудь. Несколько каштановых локонов бессистемно упали на лоб, в целом волосы выглядят очень растрепанными.
Как будто он неоднократно перебирал их руками. Это только добавляет ему дикости и необузданности.
— Это шутка?
Его челюсть работает, зубы крепко стиснуты, когда он окидывает меня взглядом.
— Разве я похож на человека, который смеется?
Я швыряю в него книгой, а поскольку Черчилль был, мягко говоря, проблемным, то книга получилась толстой. Он хватает ее из воздуха с пугающей легкостью и хватает прежде, чем она успевает ударить его.
— Отвали, Роуг. Я не собираюсь поддерживать с тобой этот разговор.
Повернувшись к полкам, я делаю вид, что ищу другую книгу, надеясь, что он поймет, что я не хочу иметь с ним ничего общего, и уйдет.
— Ты быстро двигаешься вперед.
Я так быстро обернулась, что чуть не свернула себе шею.
— Что ты только что сказал? — спрашиваю я его, потому что это наверняка была слуховая галлюцинация.
— Я сказал…, — начинает он, и я понимаю, что он собирается повторить. — Ты быстро двигаешься дальше. Особенно для того, кто утверждал, что любит меня только на прошлой неделе.
Я смотрю на него, ошеломленная и застывшая на месте. Бросить мне в лицо обвинение в любви к нему — это низко, даже для него.
Я подхожу к нему так, чтобы мы стояли нога к ноге, и встаю так близко к его лицу, как только могу.
— Не так быстро, как ты, — шиплю я.
Я собираюсь пройти мимо него, но он хватает меня за руку и прижимает к себе. Я чувствую, как гнев вибрирует в его груди. Почему он ведет себя как пострадавшая сторона?
Это он вырвал мое сердце из груди голыми руками, а не наоборот.
— Убери от меня свои руки.