Изморозь в душе (СИ)

Такие выводы сделала, увидев его бой с мастером. Они дрались почти на равных. А в какие-то моменты он превосходил учителя по ловкости и мастерству. Шепнула рядом стоящему Эрику.
- Кто он? Тоже имеет звание мастера?
Вот так правильно. Восхищаемся отстраненно его борцовскими качествами и ни слова о чувствах. Я хоть взрослая женщина в юном восемнадцатилетнем теле, но давно свыклась с тем, что мала для каких бы то ни было отношений. Не готова я к такому. Никто не предупреждал, что так неожиданно-негаданно нагрянут чувства.
  
Эрик ответил не сразу.
- Это сынок ректора, сар Арум Салим, высокомерный тип. Никто не отменяет его мастерство. Он по всем достижениям когда-нибудь будет в командующем составе. Но остерегайся его, потом с сочувствием посмотрел на меня, - что тоже поплыла?
- С чего ты взял? Просто интересно.
- Как же. Я по-дружески предупреждаю. Арум только использует женщин. С его перспективами не до серьезных отношений. А так хорош собой, благодаря генам двух древних.
Вот так и появляются друзья. И узнаешь, что некоторые берегут чистоту крови. Не похож был кон Салим на такого закостенелого маразматика. Ну что имеем, то имеем. Тем временем бой закончился ничьей. Неожиданно. Партнеры поклонились друг другу. Мастер вышел вперед.
- Вот так ученик может превзойти самого учителя. Сар Арум сегодня поберег мои старые кости. Теперь вы понимаете, что оставлю я самых сильнейших из вас. Любой из приемов требует уже имеющееся мастерство и огромную концентрацию, доступную магам определенной ступени. Потому не обижайтесь, кого сегодня не назову. У вас есть к чему стремиться. И возможность попытаться пройти собеседование в следующем году.
Он быстро называл имена. Создавалось впечатление, что он уже заранее всех изучил и знал нас досконально. Когда мое и Эрика имя тоже прозвучало из уст мастера, мы чуть не обнялись. Таких счастливчиков, помимо нас, набралось еще с десяок, из сорока присутствующих. С этого дня начались занятия. Иногда изматывающие и тяжелые. Но, почти сразу, приносящие свои плоды. Я постепенно стала шагать по академии намного уверенней. Ведь у меня увеличилась быстрота реакции. В запаснике было уже, по меньшей мере, двадцать смертоносных приемов.
Удивительным было то, что очень часто на отработку приемов меня ставили с Арумом. Я сначала попыталась отказаться, но вызвала лишь сомнение в моей нормальности. Начать объяснять, что он нарушает мое спокойствие, означает только увеличение нежеланного внимания окружающих. Я легко научилась на расстоянии заталкивать свои мысли о нем глубоко, где им было самое место. Но как я позвольте, должна была всегда держать лицо в его присутствии? Как правильно заметил Эрик, я просто плыла. Но наш мастер словно издевался, объясняя свое решение тем, что у меня большой потенциал. И я достойна сильного противника.
Здесь на тренировках нам было приказано не сдерживать свои возможности. Я опасалась того, что ребята и две девчонки, обучающиеся здесь, сразу разнесут весть о том, чем мы владеем. Но многие из них занимались в группе не один год, как сар Арум. И без объяснения мастера сами донесли до новичков, что происходящее в закрытом тренировочном зале, должно оставаться в этих стенах. Мы зауважали тринадцать одногруппников, достигших определенного мастерства. Я невзначай поинтересовалась у Эрика, как складывается судьба тех, кто отсеивается. На что получила исчерпывающий ответ. Все отсеивающиеся получают какую-то степень мастерства в Хитче. И им нет резона сдавать своих же. Умный подход, не оставляющий за собой недовольных.
Было бы все прекрасно. Я научилась сдерживать своих демонов в его присутствии. Платоническая любовь меня устраивала, как часто про себя я называла свои чувства. Если бы не один случай.
С утра у меня был насыщенный день. Мы сдавали экзамен по праву, где преподаватель устроил настоящее издевательство. Двадцать практических задачек с подвохом, два устных вопроса. И на все про все времени на подготовку четыре часа. Я, конечно, справилась, но неудовлетворенная решением пары задач, сомневалась в получении уже привычного высокого бала. И что это были за задачи.
Да их и смог бы решить только грамотный юрист. Вот что бы вы ответили на такую ситуацию? Два одаренных были пойманы на нарушении закона двести восемнадцать, означавшем, что они проникли на охраняемый объект. Первым действием понятно, было пригласить адвоката. И настаивать на  каком-нибудь шуточном споре. Но там была подсказка. Нарушители были признаны виновными по статье двести восемнадцать д, означающую доказательную базу в проникновении на частную собственность с последствиями. И ни словом, что это за объект, что за последствия. Так и пришлось отвечать расплывчато, строя предположения.
Результаты будут известны только завтра. И я должна находиться в подвешенном состоянии весь день.
Потом мне пришлось выслушивать бред от двух блондинок о том, какая я нехорошая и почему я соблазняю сар Арума - святого мужика, не умеющего противостоять такой мне плохой. Ну, вот зачем строить предположения, что у нас интимные отношения? Подумаешь, увидели пару раз его, сопровождающего меня в столовую. Так мы задержались на тренировке, и нам было по пути. И никто из них даже не вспомнил, что у меня, как бы, имеется парень. Объяснения затянулись, раздражая меня все больше, поэтому я рванула от них, игнорируя и расталкивая. Мастер не любит опоздавших.
И какого было мое удивление, что мастера нет, а занятие будет проводить этот самый индивид. У меня только, что пар из ушей от негодования не повалил. И на закуску, он оставил мой бой на конец занятия. В результате, вываливая на него в спарринге негатив, не заметила, что мы остались одни. Пришла в себя, оказавшись на матах, достаточно мягких из современного покрытия рико, обеспечивающего безопасность, за счет пружинящегося материала. А он нависнул надо мной, удерживая в захвате.
- Что, выпустила пар? И кто так довел мою ледышку?
Увернулась от его дыхания, уже ощутимо близкого к моему лицу. Еще поцелует. А оно мне надо?
- Извини, - правильно, разъяренного мужика только спокойными доводами и успокоишь. А про мою ледышку выясним в более в подходящий момент, - экзамен чертов, непонятно сдала или нет. Да еще твои фанатки по дороге встретились.
- Кто?
- Да ничего серьезного. В другой бы день посмеялась над ними. А тут разогрели меня. Не вникай. Мне все равно на них с большой колокольни. Выпустишь?
Заискивающе и очень осторожно спросила. Он же уже отошел?
- Полежи пока так.
Заявочка так себе. Чувствовать себя уязвленной не хотелось. Но послушно замерла. Пусть парень успокоиться окончательно. А то неизвестно чем мне это грозит. Время показало, что я допустила тактическую ошибку. Надо было изловчиться и треснуть его магией. Обиделся бы, и что?
- Нет, все же ты свела меня с ума.
И вот с такими неромантическими словами, противореча себе, подмял под себя. Заключил в крепкие объятия. Прошелся рывком своим телом по моему, давая прочувствовать всю степень своего возбуждения. Приблизил свое лицо к моему так близко, что можно было разглядеть маленький шрамик над правой бровью, огромные глаза, светло-голубую радужку и черный пульсирующий зрачок. Он выдохнул в губы, говоря, как клеймя.
- Сама виновата.
Уже целуя, буквально снес ураганом страсти. Вот его жесткие  руки проводят по плечам, вдоль талии и бедер. Возвращаются к ягодицам. Подтягивают выше, словно пушинку. Он отстранился на мгновение, давая передышку. Нет, только для того, чтобы освободить меня и его от мешавших кусочков ткани. Я в нетерпении заерзала. Острые ощущения вынесли на грань мое вображение, да так, что от его напора, не получалось мыслить связанно. Только пульсирующая одна неоспоримая мысль «Мой! Хочу!»
  
Он продолжил, словно почувствовал мою капитуляцию, войдя резко, не давая скидку на мою невинность. И замер. Прошло несколько секунд прежде, чем я рассмеялась.
- Продолжай на чем остановился или я возьму все в свои руки.