Настоящая мама для двойняшек (СИ)

Чуть улыбнулась. В душе затеплилась надежда. Но упрямые противные тараканы, прочно поселившиеся в моей бедовой голове, затопали ножками, безжалостно эту самую надежду уничтожая. Они были категорически не согласны с тем, что она вообще подняла голову. Не может нормальный мужчина, всегда хотевший большую семью, согласиться на отношения с бездетной бабой.
Надо было поговорить с Максимом, пока все не зашло слишком далеко. Хотя, куда уж дальше? Я уже была влюблена в Строганова, еще до того, что произошло сегодня в моей спальне, а уж теперь… после всего…
Да. Поговорю. Решилась. Только не сегодня. Разрывавшийся на тумбочке телефон предпочла не заметить. Чуть позже выключила звук, а пока ушла на кухню. Чтобы не видеть, кто именно звонит. Не смотря на то, что прекрасно знала и имя, и фамилию, и отчество звонящего.
Максим
Нахмурившись, отложил трубку. Когда я уходил, Оксана безмятежно спала, обнимая мою подушку. И либо она все еще спит, либо… Отогнал глупые мысли. Спит, скорее всего.
Довольно улыбнулся. Приятно осознавать, что я так сильно ее вымотал, что девочка до сих пор спит.
— Ты так улыбаешься, словно приз какой выиграл, — усмехнулся Илья, вновь проводивший время в моем доме.
Надо бы ему девушку что ли найти. А то он так и будет меня объедать. С другой стороны, задумчиво почесал подбородок, удобно, когда есть кто-то на подхвате. В голове поселилась мысль, что если так и не смогу дозвониться до Оксаны, вновь к ней съезжу.
Мужская гордость — это, конечно, хорошо, но, вдруг, что-то и правда случилось.
— Может, и выиграл, — загадочно улыбнулся, — главный приз в жизни.
— Вон твой главный приз, — кивнул на играющих у камина детей.
— И они тоже, — согласился, — но есть и еще один приз. Который мне очень хочется завоевать.
— И приз этот зовут, случайно, не Оксана Андреевна? — хитро сощурился Моров.
Услышав имя и отчество любимой воспитательницы, малые тут же подняли головы.
— Что с Оксаной Андреевной? — воскликнула Олеся, подбегая ко мне и теребя юбочку домашнего платья.
— Ничего, малыш, — улыбнулся дочке. — Она, может, приедет сегодня. Или завтра, — поспешил добавить, заметив радость, мелькнувшую во взгляде Леси и то, с какой надеждой на меня смотрел Кирилл, не хотелось обнадеживать детей раньше времени. Вдруг, и правда, не приедет.
Кинул взгляд на часы. Время близилось к девяти. Да, если и приедет, то дети уже точно будут спать.
— Точно завтра приедет? — уточнила Олеся, причем голос был полон такой подозрительности, что даже смешно стало. Но рассмеяться себе я не позволил.
— Я тебя когда-нибудь обманывал, малыш? — улыбнулся дочке, щелкнув по носу.
Та захихикала, порывисто меня обняла и ускакала обратно к брату.
— Посидишь с детьми, когда я их уложу? Я туда и обратно.
— У меня создается впечатление, что с недавних пор, я нанялся к тебе нянькой, — проворчал Илья, впрочем, головой кивнул, соглашаясь. Знал, что он не откажет.
— Извини, друг, — хлопнул его по плечу. — Это ненадолго. Работа временная, обещаю.
— И кто же потом займет мое место? Учти, я должен буду досконально проверить этого человека по всем каналам. Абы кому банду доверить нельзя, — поднял палец, словно сказал что-то очень важное, Моров и громко рассмеялся, когда в его наглую морду прилетела метко запущенная мной подушка.
— Оксана Андреевна и займет, — сказал тихо, стараясь не привлекать внимание детей.
— Опачки-и-и, — протянул Илья, довольно потирая руки. — Неужели, у тебя, наконец, мозги на место встали?
— Можно сказать и так, — пожал плечами, бросая взгляд на детей. Но те были настолько заняты игрой, что не обращали никакого внимания на глупых взрослых. Да и к громкому Морову они уже давно привыкли. Шутка ли, слушать его ор с самого рождения.
— Ну слава яйцам! — воздел руки к небу этот шут гороховый. — Если что я могу и на ночь с ними остаться, — поиграл бровями, намекая на вполне себе взрослое времяпрепровождение для меня и Оксаны. — Да и уложить тоже.
— С этим я справлюсь, — отказался от помощи, поднимаясь с дивана. — Дети, пора зубки чистить и спать.
 
На удивление, малышня не сопротивлялась. Видимо, на них так подействовал наш разговор, когда я приехал домой вечером. Мы долго беседовали с детьми о последствиях их поступка. Не был до конца уверен, что они полностью осознали, что так делать было нельзя. А также не мог ручаться, что подобное не повторится, но мы постарались пройтись по всем пунктам их плана.
В принципе, за исключением дурацких листовок, ничего особенного в плане не было. Всего лишь планировалось выносить мне мозг, пытаясь укоренить в нем мысль, что надо срочно найти настоящую маму и помочь ей.
Мне жутко хотелось сказать им, что я-таки нашел уже для нас всех настоящую маму. Именно такую, какая им понравится. Судя по тем качествам, что были перечислены в списке. А также учитывая то, что они сами мне до этого говорили, чего хотят.
Но все-таки меня что-то тормозило. Нет, я не сдал назад, не перестал хотеть привести Оксану в семью. Ничего подобного. Просто я пока не был до конца уверен, что Оксане и правда это все было надо. Мы ведь так и не смогли поговорить. Это мое упущение необходимо было срочно исправить.
Уложив детей спать, на что ушел где-то час, убедился, что те уснули, и рванул к моей волшебнице. Второй раз за день оставив детей на кого-то другого. Только в этот раз был нахально ухмыляющийся Моров, а не моя тактичная мать.
Нахмурился, резко входя в поворот. В последнее время я стал все чаще оставлять детей одних. Можно было бы, конечно, обвинить во всем Оксану, но даже в то время, когда старался держаться от нее подальше, сидел на работе, а мелких оставлял на Володю или Колю. Раньше я гордился тем, каким был отцом — всегда рядом с детьми, ничего не отвлекает от них, даже работа, а, особенно, женщины. Теперь же все было по-другому.
Очередной пунктик, который необходимо вычеркнуть из моего длинного списка под названием «Как построить бизнес, личную жизнь и остаться хорошим отцом?»
Резко затормозив у нужного подъезда, выскочил из машины, не забыв прихватить с заднего сиденья громадный букет роз. Если уж тратить деньги на девушку, то с размахом. Остается надеяться, что она оценит жест.
В очередной раз порадовавшись, что домофон на дверях подъезда Оксаны сломан, резко открыл дверь и взлетел на нужный этаж. Даже не запыхался. Но сердце колотилось, как бешеное. Волновался, как мальчишка. Вдруг, она вообще не откроет. Может, обиделась из-за того, что оставил ее одну. Попользовался, так сказать, и бросил. Я, конечно, постарался как можно подробнее изложить в записке причину моего ухода, но девушка могла все не так истолковать. Черт его знает, что у этих прекрасных дам в голове творится.
Живот от волнения опять скрутило. Глубоко вдохнув, нажал на звонок. Была, не была.
— Открывай, волшебница, — прошептал, не отпуская звонок.
  
Глава 18
 
Максим
За дверью хорошо было слышно трель звонка, но Оксана не спешила открывать. Достал телефон, намереваясь позвонить, но в этот момент ларчик, наконец, открылся. В щелочку показалась очаровательная заспанная мордашка. Оксана недоуменно посмотрела на меня.
— Максим? Что ты здесь делаешь?
— Ты не приехала, поэтому я решил, что должен приехать к тебе сам, — широко улыбнулся, протягивая букет.
Девушка открыла дверь пошире и посторонилась, давая мне пройти внутрь.
— Спасибо, — улыбнулась в ответ, забирая розы. — Они прекрасны, — прошептала, зарывшись носом в цветы.
— Не так прекрасны, как ты, — решил блеснуть, наслаждаясь залившим ее щечки румянцем.
— Балабол, — проворчала волшебница, проходя на кухню, чтобы поставить букет в воду.
— А как же поцеловать? — жалобно протянул, плетясь за ней, как побитая собака.
Оксана повернулась, поставив цветы, улыбнулась, но целовать не спешила. Нахмурился, не совсем понимая, где именно умудрился накосячить. И когда.