Кот и кореец

PaulPark: Кот, пойдём на вечер бокса в «Крыльях Советов» в субботу? У меня у знакомого брат там работает, он билеты даст. Ему несложно.
KK_boxer: О, Лис говорил про этот вечер тогда в кофейне.
PaulPark: Да, с Лисом, конечно. Сейчас ему напишу. Ну что, идём?
KK_boxer: В субботу? О нет, обещала Юле с ней погулять. ☺
PaulPark: И Юлю возьмём. Если ей интересно, конечно.
KK_boxer: Супер, идём!
В этот момент телефон зазвонил. Номер был незнакомым – может, Пак? Кира смахнула «ответить».
– Привет, – послышалось на том конце. – Кира, ты, похоже, везде меня заблокировала. Это Артём. Филатов…
  
Глава 19. Ты вообще ничего не понимаешь?
 
Тот день в Питере Кира запомнила навсегда. Очень хотела забыть, но не получалось – в голове то и дело мелькали яркие вспышки событий.
Вот Лис приезжает самым ранним «Сапсаном» – и Кира встречает его, сонного, на Московском вокзале.
В Саду дружбы уже цветёт сакура. На Севкабеле – самый красивый закат на свете. Кире кажется, что она видит Петербург впервые в жизни.
Артём Филатов пришёл на её соревнования.
Артём Филатов пересылает ей дурацкие мемы. Артём Филатов поставил огонёк на сторис, где Кира делает бой с тенью на Дворцовой площади.
Лис обожает ходить самыми туристическими маршрутами, но ни один человек на Невском Киру не раздражает. И то, что мама вечно переписывается с лысеющим мужиком из Москвы, даже это не раздражает.
Вечером Кира полчаса стоит перед овальным зеркалом, стараясь выпрямить волнистые волосы маминым утюжком. Напяливает узкое чёрное платье, в котором страшно неудобно сидеть. Так и не решается на каблуки и надевает кроссовки. Лис в её комнате смотрит третьего «Крида».
Сейчас фильм закончится, и они с Лисом пойдут на большую вечеринку. Вечеринку, где будет Филатов.
Кира верит – этот вечер изменит всё.
Много раз потом, прокручивая в голове эту сцену, Кира видит себя в этом платье, стоящей перед зеркалом на цыпочках, и представляет, что могло бы пойти не так, но почему-то не пошло.
У Лиса мог заболеть живот после шавермы, платье могло разорваться на бёдрах по пути, мама могла запретить куда-то идти на ночь глядя, автобус мог сломаться по дороге. Но нет, всё было до неприличия идеально. Даже кроссовки смотрелись уместно.
И этот вечер действительно изменил всё. Но только не так, как хотела Кира.
Всё было разрушено.
Как Филатов после всего этого смеет ей звонить?! Как у него только наглости хватает?!
* * *
Belkina60kg: Кира, привет! Я пока в Петербурге. Всё ещё тренируюсь у дяди Лёши. Тут такое дело. Дядя Лёша, оказывается, недавно узнал про то видео и что тебе тогда сказал Филатов… И выгнал его из зала!
KK_boxer: Аня, как выгнал? Вообще?
Belkina60kg: Ну да. Сказал, пока не извинится перед тобой, пусть на тренировки не приходит. Сказал, что он поступил не по-мужски.
KK_boxer: Он только что звонил мне. Теперь понятно почему. Спасибо, Ань. Обняла.
Раньше Кира думала: нет голоса лучше, чем у Артёма Филатова. Филатов немного проглатывал «л», почему-то это казалось ужасно милым, но теперь – отвратительным. А его звонок вызвал желание отбросить телефон подальше, будто тот змея или раскалённый уголь. Именно это Кира и сделала, ткнув «отбой» сразу, как услышала голос.
Хотелось рассказать про звонок Лису, Дашке и Юльке. Но Дашке и Юльке нужно было бы объяснять, что случилось. А Лису… Ему пришлось бы напоминать о том самом дне.
Впрочем, теперь, в Москве, всё и правда по-другому, подумала Кира, рассеянно глядя на список входящих. Есть новый тренер Ренат. И Юлька, которая беззаботно болтает про свой кей-поп и дорамы. И самый лучший друг Лис. И… Пак. И никакой Филатов не посмеет снова влезть в Кирину жизнь и всё испортить.
  
* * *
Наступила суббота. Сначала утренняя тренировка, а потом всё – свобода. И вечер бокса в «Крыльях Советов».
Договорились встретиться у метро в шесть.
И чем ближе было это время, тем сильнее Кира понимала: она жутко нервничает, причём не понимает почему. Просто они куда-то идут все вместе – не в школу, не на тренировку и не в ближайшую кофейню.
Ну разве она не ходила раньше с друзьями на бокс? Ходила, конечно. И в Питере, и в Москве. С Лисом – целых четыре раза. Но… всё-таки… как перестать волноваться?
Сначала она слонялась по квартире без дела. Потом перемерила все футболки, выбрав белую. Даже погладила – увидь это мама, точно решила бы, что Кира заболела. Потом помыла голову и долго сушила волосы феном. Кепку – её Пак успел вернуть в школе – не взяла. И вышла почему-то за целых полчаса, хотя идти до метро было от силы минут десять.
У входа в подземку вповалку лежали самокаты, спешили по делам одинокие прохожие. Темнело. Кира подняла ворот куртки и спрятала в него подбородок. Написала Лису. Вот, уже без пятнадцати шесть. Скоро все придут: первой наверняка Юлька, потом Пак, а потом, опоздав, Лис.
– Кира!
Темноволосый паренёк в черной олимпийке с логотипом федерации бокса России вынырнул из метро:
– Фух, успел!
Кира стояла, не в силах ни шелохнуться, ни вздохнуть – то ли из-за забитого носа, то ли от того, что Артём Филатов, призрак прошлого, был перед ней. Каштановые кудрявые волосы растрепал ветер, губы сложились в смущённую улыбку.
И чем он так нравился Кире раньше? И не такой уж он красивый. Похож на пупса-переростка с этими кудряшками. И уши оттопыриваются, даже кудри не помогают это скрыть.
– Что ты тут делаешь? – наконец спросила она глухо.
– Ты не стала со мной говорить по телефону. И я приехал в Москву!
– Приехал, – эхом повторила Кира.
– Ну да… Потому что хочу извиниться перед тобой.
– Ну раз приехал… Тогда извиняйся.
– Кира, прости меня, пожалуйста, – громко, как заученный детский стишок, произнёс Филатов. – Я зря тебе нагрубил. А Игорь зря снял всё это на видео… И зря мы отправили это видео всем знакомым. В общем, я просто хотел пошутить.
– Классная шутка вышла.
– Ты это, зла не держи.
– Не держу, – равнодушно ответила Кира, спрятав руки в карманы. В кармане не видно, как до крови отдираешь заусенец. Чувства смешались, превратившись в кашу: она и злилась, что он приехал, и расстраивалась из-за нахлынувших воспоминаний, и с удивлением отмечала, что он ей ни капельки больше не нравится. Вот совсем. Никак.
– То есть прощаешь? – Филатов сощурился. Глаза у него были огромные, светло-карие, как у куклы, будто бы случайно доставшиеся мальчишке.
– То есть да.
– А можно… Можно… – Он засуетился. – Мы запишем сторис, что ты меня простила, все забыли, мы друзья и всё такое.
– Для тренера? – хмуро уточнила Кира.
– Для всех, – пожал плечами Филатов. – Ну и дяде Лёше, конечно, я покажу потом… Его же нет в соцсетях… Он вот тебе привет передавал! Всё время о тебе говорит: какая ты талантливая, трудолюбивая и вообще…
Кира молчала.
– Ну что… Запишем? – Филатов улыбнулся.
Кира вздохнула. Почему она так была в него влюблена? Почему, восхищаясь тем, как он боксирует, не заметила одной простой вещи: Филатов – слабак.
Вот сейчас: и улыбается вымученно, и просит записать видео, лишь бы его вернули на тренировки. Полгода не извинялся. А тут… Аж в Москву приехал.
– Слушай, Артём, – произнесла Кира, усиленно разглядывая самокаты. – Я знаю, что тебя тренер сюда заставил приехать. И извиниться он же попросил. Поэтому никакого видео. Дяде Лёше я напишу. Скажу, что мы всё решили. Сможешь снова тренироваться.