Детка в клетке (СИ)

На удивление Архард протянул руку и положил рамку фотографией вниз.
— Не стоило. — Мне стало стыдно за свои мысли, словно он откуда-то знал, что я думаю.
— Дай руку, — сменил тему Гор. — У меня есть предположение, почему ты не можешь открывать двери, как все нормальные ньеры. — краешком губ улыбнулся он и все.
Стоило моим пальцам оказаться в его ладони, как я ощутила приятное тепло, исходящее от нее. Легкие поглаживания заставили меня смутиться, щеки покрылись краской, как и все рыжеволосые люди, я моментально краснела, выдавая эмоции.
  
— Так я и думал, — загадочно произнес он и пояснил. — Температура твоего тела ниже, чем у взрослой ньеры.
— И что? — не поняла я.
— Видишь ли, до определенного возраста дети имеют такую же температуру, как ты, поэтому на всех дверях, приборах, кранах стоит контроль. — пожал он плечами.
До меня начало доходить. Для их технологий я приравниваюсь к ребенку? Для того чтобы дети не могли причинить себе вред, или попасть туда, куда не следует, существует ограничение по температуре тела. По каким-то причинам мои ноги теплее рук? Потому я так экстравагантно открываю двери и включаю воду?
Пока я соображала, Архард не выпускал моей руки, продолжая нежно гладить. А я что? Я ничего. Сидела тихо, чтобы не спугнуть его ласку, наслаждаясь моментом. Пока не услышала следующую фразу.
— Нам надо пожениться.
— Чего? — я даже подпрыгнула на месте — Зачем это? А-а-а, — в голове сразу возникли две версии. Либо тут нравы такие — «было — женись». Либо ему как холостому по должности положено. Не по большой же любви? Оба варианта мне не нравились. Да и замуж я не собиралась.
— Вижу, что ты уже что-то придумала? — в глазах Архарда читалось веселье.
Весело ему, да? А мне вот не очень.
— У меня есть два предположения, — в конце — концов надо аргументировано ему отказать. — Первое, ты слишком порядочный, но…
— Непохож? — перебил меня Гор, откровенно улыбаясь.
— Я не об этом, в общем, если это из-за того, что между нами было, то не стоит. Мы взрослые люди, нам было хорошо, но это не повод для…
— А второй вариант? — поинтересовался Архард, разглядывая меня в упор.
Он сидел слишком близко, мне казалось, что в начале беседы между нами расстояние было больше. Или нет?
— А второй вариант, советник должен быть женат. — Удивила я его знаниями местных законов.
— Откуда ты знаешь? — изумился мой «жених».
— Ларс сказал, — ляпнула и сразу же прикусила язык. Я обещала хранить молчание.
— Так, напомни мне позже вернуться к этому.
Я покивала, но в глубине души надеялась, что он про это забудет.
— А ты не допускаешь третий вариант? — его вкрадчивый шепот раздался у моего лица. А горячее дыхание опалило губы, — что я влюбился?
— А… — раскрыла я рот ответить, но тут же позабыла все слова, потому что когда тебя целуют так нежно и сладко, то говорить как-то невежливо.
  
Глава 30
 
Голова шла кругом от поцелуев, воздух в легких заканчивался, но мне не хотелось отвлекаться на такие мелочи, как вдох, лишь бы не отрываться от его губ. Дыхание сбилось, сердце колотилось в груди как сумасшедшее. И я ощущала, что мне катастрофически мало, хочу еще. Осмелев, я перекинула ногу через Архарда, оседлав его, и прижалась всем телом. Да! То, что нужно, так гораздо удобнее. Мои глаза открыты, и я вижу, как в глазах моего мужчины горит огонь желания. Моего? Конечно, да, пора перестать себя обманывать, признаться, что я влюбилась. Удивленная открытием, я отстранилась, прервав поцелуй. И тут же его пальцы обхватили мой подбородок, заставляя посмотреть в его глаза.
— Лили… — хриплый голос, полный желания. С трудом фокусирую взгляд на мужчине.
— Я не знаю, о чем ты сейчас подумала, — он касается вскользь своими губами моих, а затем проводит по ним указательным пальцем, замирая посередине, — хочу, чтобы ты знала, я люблю тебя, все, что сейчас с нами, это… — не даю ему договорить, я не готова к таким разговорам, не сейчас. Прижимаюсь к его губам, возобновляя наши ласки, его ладони, смещаются на плечи, очерчивая их контур. Ощущаю приятное тепло, разливающееся по всему телу, оно исходит с запястья, слейвер опять за старое. Я не успеваю додумать эту мысль, тянусь руками к его рубашке. В прошлый раз с пуговицами мы справились быстро, просто рванув полы одежды в разные стороны. А сейчас я медленно расстегиваю каждую, теряя терпение. Справившись, стягиваю с него ненужный предмет гардероба и швыряю за спину. Вызывая смешок у Архарда, улыбаюсь ему и касаюсь подушечками пальцев обнаженного горячего торса, провожу руками по груди, наслаждаясь его реакцией на свои прикосновения. Тихий стон удовольствия — лучшая награда. Спускаюсь ниже, очерчивая кубики пресса на животе. Ощущаю под собой всю полноту его желания, что сейчас упирается в меня через его брюки. Брюки…Какого черта они еще на нем? Тянусь к ремню, расстегивая и понимаю, что, сидя на нем стянуть их будет непросто. Руки Архарда не стесняясь, изучают меня, скользят по ткани платья, лаская плечи, шею, спину, сжимая грудь. Он не мешает мне изучать его красивое тело, оно в идеальной форме, сплошные мышцы, ни грамма лишнего. В голову приходит идея. Я никогда такого не делала, но с ним, хочу узнать каково это? И тут же сползаю с его колен на пол, пока не передумала. Ремень на брюках уже расстегнут, пуговица и молния — то, что мешает мне сейчас. Архард понимает мою задумку, и ему это явно нравится. Его дыхание учащается, он запускает пальцы в мои волосы, слегка надавливая, смещая меня еще ниже. Получив одобрение, смелею, с усилием провожу ногтями по животу, оставляя красные полосы, Архард, закрыв глаза, откидывает голову на спинку дивана. Обхватываю губами его член, ощущая солоноватый вкус на языке, и принимаюсь двигаться, сначала медленно, неуверенно. Архард помогает руками, направляя мои движения, он не стонет — он рычит от удовольствия. И я окончательно смелею ускоряясь.
— Лили…— мое имя из его уст еще никогда не звучало так сексуально. Обхватываю член у основания, принимаясь ласкать его не только губами. Но мне мало, я хочу, чтобы он был во мне. Ощущать его каждой клеточкой своего тела, хочу сейчас… и Архард, словно читает мои желания.
— Лили, иди ко мне,— тянет наверх. Я поднимаюсь, но ноги слушаются плохо, если бы не его руки, удерживающие меня, то я бы упала обратно. — Подожди, — шепчет он и одним движением стягивает мои трусики, — это будет мешать. Платье, — тянет за подол вверх и через мгновенье оно отлетает за диван, присоединяясь его рубашке. А я устраиваюсь верхом, отдавая инициативу в мужские руки. Его вкус все еще на моих губах, и я облизываю их, пробуждая внутри такое желание, какого не испытывала ни разу в жизни. Несколько секунд Архард ничего не делает, просто рассматривает мое лицо, а потом. Потом начинается безумие. Его руки, ухватив меня за бедра, одним рывком насаживают на член, что уже давно готов к бою. Пальцы впиваются так сильно, что, скорее всего, будет синяк, но мне плевать, меня это не волнует. Поцелуи, ласки, все осталось позади, сейчас подо мной не нежный и ласковый мужчина, а голодный зверь. Он двигается резко, кусая шею за нежную кожу, словно старается оставить на ней отметины, чтобы все видели, кому я принадлежу. Пальцы сжимают грудь, заставляя выгибаться ему навстречу. Это не похоже на любовь, это больше похоже на одержимость, безумие. И я готова сгореть в этой страсти с ним без остатка.
— Ар…— хочу кричать его имя, но из груди вырывается рык, и меня накрывает волной удовольствия, такого яркого, что в глазах темнеет. Я падаю ему на грудь, чувствуя, как он кончает следом за мной, изливаясь внутрь.
  
— Лили, — столько нежности в голосе! Я улыбаюсь, прижимаясь к нему еще сильнее, и чувствую, как он стискивает меня в объятия, — моя Лили.
В этот момент я отчетливо понимаю, он тысячу раз прав, я его. И никто другой мне не нужен.
Это тот идеальный момент для ответного признания, но сказав «Люблю» потом уже не скажешь — «отпусти меня на Землю». А я очень хочу домой.