Вернуть Боярство 12 (СИ)

— Господа, при всех многочисленных недостатках Аристарха Николаевича, в одном его упрекнуть нельзя — он никогда не давал повода усомниться в своей верности Империи, — вмешался третий голос в разгорающийся спор. — Мне сей тип тоже крайне неприятен, однако… Он жених Хельги Павловны Романовой, дочери одного из главных столпов Императорского Рода. Так что о каком бунте может идти речь? Он ведь, по сути, косвенно становится их родичем — бунтовать против Империи и Романовых с его стороны как минимум неразумно.
Говорившего она узнала. Командир пилотируемых тяжелых големов, расквартированных в Березовке — Младший Магистр, имени которого она не помнила… Но фамилию которого слышала каждая собака в стране — Великий Род Смеловых был частью высшей аристократической элиты Российской Империи.
— Вы забываете, что эта девка — дочь не просто Романова, а самого Второго Императора, — заговорил ещё один из монахов, с аурой Старшего Магистра. — А этот, прости господи, представитель славного Императорского Рода спит и видит, как бы учинить мятеж против своего царственного брата! Так что бунт этого наглого безбожника вполне поня…
— Осторожнее в высказываниях, святой отец! — спокойным, но ледяным, словно ветер в холодную сибирскую ночь зимой голосом перебил церковника Смелов. — Вы говорите об особах императорской крови, о тех, кто стоит лишь одной ступенькой ниже Императора! Что бы вы там о себе не думали, но его светлость Павел Александрович стоит даже выше Глав Великих Родов, выше Князей Боярских и Патриарха Русской Православной Церкви! Ещё одно неосторожное слово — и я буду вынужден констатировать, что бунтовщики не за этой стеной, а прямо передо мной. Со всеми вытекающими отсюда последствиями. Надеюсь, мы друг друга поняли, святой отец⁈
Хельга досадливо укусила нижнюю губку — Смелов явно уловил прослушивание со стороны девушки и опознал её. Хоть он лишь Младший Магистр, а она — на голову превосходящая его силой, рангом и мастерством волшебница, но… Великие Рода не зря так зовутся — многими семейными знаниями, умениями, уловками и артефактами владеют они, и чем перспективнее член Рода, тем большему его учат и лучше экипируют. Вот и чародея, имеющего все шансы взять однажды шестой ранг, обучили на совесть. И снабдили на войну всем, что могло бы там понадобиться…
Тем не менее, выдавать её присутствие или тем паче рассказывать остальным о её любопытстве чародей не стал, и потому девушка ещё минут десять слушала споры о том, как следует поступить в данной ситуации. Несколько святых отцов призывали к немедленному штурму, напоминая всем, что Аристарх Николаев-Шуйский, вообще-то, самый кровавый мясник, в сравнении с которым большинство некромантов Цинь и демонологов, что им помогают — невинные овечки.
— Сей человек не раздумывая пустил под нож десятки тысяч пленных японцев! — упорствовал один из монахов. — Включая чародеев! А уж попавшего в руки Архимага сей кровопийца точно не упустит! Доколе мы будем здесь мяться, аки девственник перед блудницей, да простит меня Господь за подобные метафоры?
— Господин Николаев-Шуйский! — пронесся над ними гулкий, уверенный в себе голос. — Я, Романов Валентин Игоревич, призываю вас отпустить пленника, выйти из своего лагеря и объяснить всем присутствующим, что же здесь произошло? Я, как представитель Императорского Рода, и господин Сахаров как командующий недавно образованной Семьдесят Третьей армией Магаданского фронта, готовы выступить третейским судьей в вашем споре с представителями Синода! Ну и госпожа Хельга, как дочь одного из высших Старейшин Императорского Рода, думаю, согласится выступить гарантом вашей безопасности.
Густые, черные тучи, из которых вынырнули тяжелый крейсер, эсминец самой девушки и четыре фрегата, стремительно опустились, заклубились над лагерем Николаевых-Шуйских на высоте чуть более полукилометра. В течении нескольких секунд они стали плотней, налились густой чернотой, как перед могучим ливнем — а затем из них ударили могучие, несущие эманации ярости сотворившего их волшебника раскаты грома. Раскаты, от которых отшатывались солдаты, вместе с гвардейцами и младшими магами хватаясь за уши — могучий гром был сам по себе сравним с масштабными чарами атакующей магии Звука… Довольно слабой атакой — но так ведь это были даже не направленные удары магии, а просто вырвавшаяся наружу и овеществленная магией эмоция их создателя.
 
— Вот как только Хельга Павловна сама, лично подтвердит все вами сказанное, я с удовольствием дам все необходимые объяснения… — раздался полный с трудом сдерживаемой ярости голос из громадного облака, заставляя неодаренных вновь содрогаться и пытаться хоть как-то защитить свои органы слуха. — Моя невеста уже некоторое время не выходит на связь и я не могу её обнаружить. И уверяю вас, судари и сударыни, что собрались здесь — если я её не обнаружу в течении часа, я, как вы и просили, выйду наружу… И да помогут Боги Семи Небес и Демоны Девяти Преисподен, Ангелы Эдема и Порождения Инферно тем, кого я заподозрю в её исчезновении!
А одна не в меру заигравшаяся в шпионку молодая чародейка, мигом позабыв о том, что она вообще-то в прошлом грозная Верховенствующая, а ныне член Императорского Рода, гений, подобных которому мир не видел тысячи лет и прочая, прочая, прочая тихо ойкнула и стремительно побежала вперед, сбрасывая маскировочные чары. вспомнив, что для своей маскировки настолько изменила ауру, что связаться с ней телепатически не представлялось возможным никому, кроме её отца…
— Ой-ой-ой… — шептала девушка, осознавшая, какую кашу едва не заварила.
  
Глава 10
 
— Я очень, очень сильно волновался. Не делай так больше, пожалуйста, ладно?
Виновато понурившая голову девушка смущенно угукнула, не решаясь поднять взгляд. Грозная чародейка, талантливый Старший Магистр, гений поколения и прочая, прочая, прочая, дочь Павла Александровича Романова, второго человека в самом могущественном государстве на планете, стояла как нашкодившая школьница, не решаясь заговорить. Судя по румянцу на щеках девушки, она действительно раскаивалась в своем поведении…
Когда я перестал ощущать её ауру и вдобавок узнал, что на Красотке её сегодня даже не было, я, признаться, слегка запаниковал. Я ведь проверял, несколько раз проверял и даже сообщение девушке отправлял, и она его получила, значит, точно была в лагере!
Результатом этого «слегка» стала ощетинившаяся в полной боевой готовности гвардия, громадный ритуальный круг, вычерченный мной в страшной спешке, на котором я собирался принести в жертву обоих пленных Архимагов не взирая ни на какие последствия и уже продумывал, как в грядущем бою поэффективнее использовать силы своего Договора с Маргатоном дабы смести, если понадобиться, всю собравшуюся здесь рать.
К счастью, до того, как я успел наделать глупостей, девушка объявилась. Ауру она, мать её итить, поменяла! Да так хорошо, что я тоже перестал её различать… Нет, будь она неподалеку от меня, я бы сразу определил подделку — но не среди тысяч солдат с измененной алхимическими препаратами энергетикой, не среди сотен одаренных, активно использующих магию, не через то неисчислимое количество заклятий, сплетаемых и гасимых, активирующихся и погасающих среди немалого войска, готовящегося к схватке…
Мы находились среди моего шатра. Когда девушка направилась в направлении моего лагеря, её попытались остановить и образумить собравшиеся аристократы и особенно церковники — но Хельга отнюдь не из тех женщин, которых можно удержать, если они чего-то надумали сделать. И моя осознавшая свой промах красавица, рванувшая ко мне, на ходу умудрилась отмахнуться от всех попыток её задержать — пары-тройки брошенных особо ретивыми дураками заклятий. Не атакующих, само собой, а блокирующих — но пытались сразу четверо Старших Магистров и даже Архимаг-Романов, явно слегка обалдевший от стремительно несущейся к ощетинившемуся боевой магией, артиллерией и прочими средствами уничтожения ближнего своего лагерю Николаевых-Шуйских. Моему, сиречь, лагерю…