Неодолимое желание

— Нет, не могу. — С сияющими глазами он стоял с ней нос к носу. — Поскольку выигрыш — единственный способ получить шанс ухаживать за тобой, у меня не было другого выбора.
Толпа напряженно замерла, прислушиваясь и ловя каждое слово, Вирджиния лишь с изумлением смотрела на него. Неужели он так сильно хочет ухаживать за ней? И это правда?
— Ухаживать за тобой? — переспросил Поппи.
— Ухаживать! — словно эхо повторил за ним Пирс.
Боже милостивый, она о них совершенно забыла. Теперь истинная ставка за это соревнование больше не является тайной, которую она тщательно скрывала от своей семьи. И для половины сплетников в Лондоне это тоже теперь не секрет.
К этой минуте вокруг них столпилось все семейство Шарпов, как на боксерском поединке, окружив их плотным кольцом.
— Они заключили пари, — пояснила Поппи миссис Пламтри. — Если выиграет она, Гейб должен соревноваться с ней на дорожке в Тернем-Грин. Если победа за ним, она должна позволить ему ухаживать за ней.
— И вы скрыли от меня эту информацию? — обращаясь к миссис Пламтри, выкрикнул Поппи.
— Я сама узнала об этом только после вашего отъезда, — возразила женщина.
— Меня не волнует, о чем они договорились, — отрезал Поппи. — Ваш внук не должен ухаживать за моей внучкой!
— Ты отказываешься от пари? — сердито глянул на Вирджинию Гейб.
— Конечно, нет, — расправила плечи Вирджиния, не обращая внимания на гневные возгласы Поппи. — Но ухаживание принесет мало пользы, если ты намерен и дальше так себя вести. Я никогда не выйду замуж за такого безответственного человека.
— Никогда не говори «никогда», дорогая, — мрачно улыбнулся Гейб.
Поппи нахмурился, услышав, что его внучку называют «дорогая».
— Меня не волнует, какое пари заключила с вами моя внучка, сэр, — втиснулся он между ними. — Я не разрешаю вам ухаживать за ней.
— Оставьте их, генерал Уэверли, — твердо сказала миссис Пламтри. — Вы должны дать им самим во всем разобраться.
— Вы это уже говорили раньше, — с гневной миной на лице повернулся к ней генерал. — Вы убедили меня разрешить им эту гонку, сказав, что на этом между ними все закончится. Но вы знали, что этого не случится. Вы — хитрая лисица, которая манипулирует…
— Осторожнее, сэр, — перебил его Гейб. — Та, на кого вы клевещете, моя бабушка.
— А это — моя внучка, и вы пытаетесь ее соблазнить.
— Поппи! — воскликнула Вирджиния, густо покраснев.
— Довольно! — вмешался в ссору маркиз Стоунвилл. — Сейчас все слишком раздражены, и это понятно. Поэтому, прежде чем бросать публичные обвинения, было бы лучше, если бы все стороны привели факты. — Он окинул взглядом собравшуюся толпу любопытных. — И такие разговоры лучше вести без свидетелей.
— Генерал, — маркиз Стоунвилл вежливо улыбнулся дедушке Вирджинии, — прошу вас, сопроводите мисс Уэверли в Холстед-Холл, где моя бабушка для вас и вашей семьи приготовила отличную трапезу. По дороге туда вы сами можете расспросить молодую леди, о чем она договорилась с моим братом.
Потом маркиз повернулся к Гейбриелу, и взгляд его стал холоднее.
— Брат, ты тем временем поедешь со мной и объяснишь, почему ты заключил пари, ничего не сказав об этом ее семье. А бабушка, — он бросил взгляд на миссис Пламтри, — должна объяснить, почему она все держала в секрете от обеих семей.
Миссис Пламтри лишь презрительно фыркнула.
— Я сделаю все, как вы сказали, сэр, — согласился Поппи, — но только потому, что мне не доставляет никакого удовольствия служить развлечением для ваших друзей! Идем, Вирджиния.
Он взял ее за руку и быстро повел к экипажу.
— Ты попала в большую неприятность, девочка, — сказал Поппи, как только они отошли подальше от чужих ушей.
Почему? Потому что в кои-то веки сделала то, что хотела? Но если сказать это Поппи, это только ранит его чувства, но он все равно ничего не поймет.
Как только экипаж тронулся в направлении Холстед-Холла, Поппи начал читать свои наставления:
— Неужели ты не понимаешь, что делаешь, заключая пари со скандальными джентльменами и бросая им вызов на участие в гонках? Ты потеряла разум. — Он хмуро посмотрел на Вирджинию. — Ты действительно согласилась позволить этому глупцу ухаживать за тобой, если он выиграет?
 
— Да, — ответила Вирджиния, поправляя прическу. — Но…
— А ты? — Генерал обратил свой гнев на Пирса. — Ты знал об этом?
— Поппи, это не… — начала Вирджиния.
— Конечно, нет, — быстро сказал Пирс. — Наверняка это пари она заключила, пока танцевала с Шарпом на том балу.
— Я отправил ее с тобой, думая, что ты подыщешь ей пару. А тут я узнаю, что она заключила пари, которое точно закончится скандалом и раз и навсегда разрушит ее шансы выйти замуж.
— Поппи! — крикнула Вирджиния.
— Что? — обратил он наконец свое внимание на внучку. — Что ты можешь сказать, чтобы хоть как-то изменить ситуацию к лучшему?
— Я очень сомневаюсь, что лорд Гейбриел искренне хочет на мне жениться. Возможно, он просто хочет поухаживать за девушкой, семье которой он причинил зло, чтобы все стали лучше к нему относиться.
— Все уже и так относятся к нему просто прекрасно, — стиснул зубы Поппи. — Мы с тобой — единственные, кто обвиняет его.
В его словах была правда.
— Значит, у него есть какой-то другой, скрытый мотив, который сразу не приходит на ум. А может, он действительно хочет искупить вину за то, что сделал с Роджером. Это и есть истинная причина. И я начинаю верить, что именно это он имеет в виду, — сказала Вирджиния.
Пирс хмурился, его взгляд напряженно метался от Вирджинии к деду. Странно, что он не вступал в разговор, чтобы, как обычно, озвучить свое мнение.
— Я расскажу тебе, чего он хочет, — сказал Поппи. — Он хочет погубить тебя. Я вижу, он смотрит на тебя, как будто способен видеть сквозь одежду.
— О, я тебя умоляю, ничего подобного. — По крайней мере в тот момент, когда рядом находится кто-то еще. В тот день в конюшне он определенно смотрел на нее с жаркой страстью. И его поцелуи…
Нет, она не должна снова думать об этом. Рядом сидит Поппи и видит, как она краснеет.
Должно быть, она все-таки чем-то выдала себя, потому что генерал бросил на нее мрачный взгляд и заявил:
— Только не говори мне, что ты влюбилась в него.
— Да нет, конечно. — Это была правда. По большей части. — Возможно, кого-то из женщин его бесшабашное поведение завораживает, но только не меня.
Вирджинию привлекало явное беспокойство Гейбриела за нее и за ее семью. Не говоря уж о его дерзкой ухмылке и его поцелуях, которые словно раскаляли воздух, который она вдыхала…
Боже милостивый, она должна прекратить это безумие!
— Я не такая пустышка, — объявила Вирджиния, отчасти предостерегая саму себя. — На меня не действуют ни внешность, ни мускулатура, ни умение управлять упряжкой. — Она замолчала, заметив раздраженное лицо Поппи. — Нет, правда, нет.
— И на тебя не произвело никакого впечатления, что он так рисковал на дорожке только ради того, чтобы ухаживать за тобой? — подстрекал ее Поппи.
— Нет! Ну… не совсем. Полагаю, некоторые женщины… возможно, считают ужасно романтичным, когда мужчина готов рисковать жизнью ради возможности поухаживать за ними, но…
— У него, несомненно, есть скрытый мотив, — вставил наконец свое слово Пирс.
Услышав это, Вирджиния вздрогнула. До этого момента он молчал.
— Что ты имеешь в виду?
— Только то, что сказал, — с мрачным видом ответил Пирс. — У меня есть информация, но только из вторых рук, поэтому я не собирался ничего говорить. Но поскольку ты явно теряешь голову из-за этого наглеца…
— Какой у него скрытый мотив? — потребовала Вирджиния.
— Ему нужны деньги, — напряженным голосом сообщил Пирс.
— Но от меня он ничего не получит, и ты это знаешь, — со смущенным видом посмотрела на него Вирджиния.
— Не от тебя. — Пирс не сводил с нее глаз. — От своей бабушки. Не женившись, он не может получить свое наследство.