Я не играю! (СИ)

Теперь скривился уже я.
— Был ещё один кореец, к которому я вторгся где-то три недели назад. Его Эльза узнала. Большой знаменитостью у них там был. Но я до него не добрался. Скорее всего у парнишки сдали нервы, так что пока я думал, как не убивать бедолагу, ему отрубили голову без моего участия. Хотя о вторжении он точно знал. Остальных… удалось удалить из игры не убивая. — протягиваю Марьянову «Камень Изгнания». Тот пытается взять в руки игровой артефакт, но под удивлённый матерок спецназовца его пальцы проходят сквозь предмет.
  
— Как это работает? — хмурится офицер.
— Прикладываешь печатью к коже противника, и она сама прижигает его. Тот орёт, будто скотина, воняет палёным мясом и исчезает. Такая дуэль считается не законченной и не засчитывается.
— Значит, таких вот счастливчиков можно выявить по клеймам?
— Не знаю, наверно.
— И ты об том не рассказал? — удивился спецназовец.
— Я много о чём не рассказал, потому что забыл и потому что не спросили! — праведно возмутился я. — Игра — это сложная и комплексная штука! Проконсультируйтесь у любого геймдизайнера о том, сколько аспектов в простом, блин, платформере, а потом попробуйте ещё раз меня упрекнуть в том, что я вам что-то не рассказал! Сейчас главное в том, что я не уверен, чем закончится то, что вы попрётесь за мной и ещё больше я не уверен в том, что смогу вывести вас оттуда живыми!
— Но сам-то ты подыхать не собираешься! — рыкнул в ответ капитан спецназа.
Перевожу ошарашенный взгляд с него на Марьянова. Тот с укоризной смотрит на своего сослуживца.
— Что⁈ — не выдерживает тот.
— Сём, у Дениса уже все посмертные распоряжения отданы.
Немая сцена. Спецназёр смотрит на меня совершенно другими глазами.
— Я смирился с тем, что меня убьют ещё в первом данже. А завещание написал и того раньше. А вы, капитан? А ваши люди? — пересохшим горлом спрашиваю я капитана. — Если нет, то так-то самое время чиркнуть пару строчек. Если так хочется угробить себя и весь свой отряд — мешать не буду. Открою портал через пятнадцать минут — дальше делайте что хотите.
Никогда не любил таких вот самоуверенных, пусть и не без причины альфачей. Думает, сорвавшийся двадцатилетний беспредельщик худшее, что его ждёт — его право. Не верит добрым советам — так игра рассудит. Ну а про то, что я и так слишком много им разболтал — так тут уже моя вина и мне за неё ответ держать.
— Денис…
— А хера ли «Денис»? — не выдержав я повысил голос. — Не видите? Приказ у него! И он его выполнит! И если он мне не верит — то это его проблемы. Где там ваш грёбаный зонд? Или уже не надо?
Зло смотрю на спецназёра. Хочет убить себя, всех своих людей и меня до кучи — флаг в руки, барабан на шею. Мне-то уже, спасибо Синицыну, деваться уже некуда, так что давайте уже сюда свой «Гамовер», и я пошёл!
— Так, стоп! Стоять! Молчать! Ждать меня здесь! — рявкнул Марьянов, видя, как меня накрыло. — Сёма, мне нужно поговорить с руководством и согласовать вашу вылазку ещё раз.
— Ну пойдём. — не сразу ответил спецназовец и оба ушли за дверь, оставив меня под изучающими взглядами копошащихся над оборудованием техников и остальной группы.
Проводив офицеров хмурым взглядом, ни с кем не здороваясь отошёл к дальней стенке и применил из инвентаря свои доспехи, которые сразу же обменялись ячейками с обычной одеждой, привычно попрыгал, чтобы убедиться в отсутствии лишних шумов. Зачем я это делаю — не знаю, экипировка сразу подгоняется идеально и сидит, как влитая, просто прикольный момент, который я юзаю для ролевого отыгрыша. Ещё бы кто объяснил мне эту роль… Кипящий гнев постепенно утих, и я позволил себе оглядеться. Спецназовцы в своём углу удивлённо таращились на меня, кого-то даже локтем пихнули. Улыбнулся, помахал им ручкой на манер пингвинов из «Мадагаскара» и привалился к стене, ожидая, когда умные большие головы родят очередную гениальную идею.
Меж тем из спецуры ко мне так никто и не приблизился. Уважают Марьянова, чей приказ «Молчать!», адресованный мне аж дважды отразился от потолка и ещё пару секунд гулял по просторному помещению эхом.
Вскоре вернулись и капитаны. Оба хмурые.
— В общем так, — начал Артём Филиппович, всем своим видом показывая, что ситуация ему не нравится. — Переубедить местное начальство не получилось. Сам понимаешь — верховный дал приказ и все сразу стремятся его перевыполнить. Но всю группу я с тобой в портал не пущу. Проведёшь капитана Смолина, а он будет слушаться тебя там во всём. Подберёшь ему там дрын какой-нибудь из своих запасов и всюду водишь за ручку. Так пойдёт?
— А будет слушаться? — смотрю на спецназёра снизу вверх и не верю ни единому слову Марьянова, хотя понимаю, что от него теперь тут мало что зависит.
— А ты не борзей и всё будет хорошо. — поморщился «зелёный человечек». — Мы, когда надо, вежливые и понятливые. Если всё действительно так как ты говоришь, то проблем от меня не будет.
— И, чтобы ты знал, Денис, остальная группа не идёт только потому, что я её не пускаю под мою ответственность. Вернитесь оба живыми и там уже будем думать, как жить дальше, — извиняющимся тоном пояснил Марьянов.
— Ну хоть на этом спасибо, Артём Филлипович. — криво усмехнулся я. — А то с вами почти забыл в какой стране живём.
— Давай без диссидентства, а? — принял мою попытку разрядить обстановку спецслужбист.
— Да я без негатива, тащ-капитан, факт есть факт. Зонд-то хоть дадите? Который с датчиками.
— Нет. Его пока не доставили. Так что в следующий раз. — отвёл глаза Марьянов.
— И как тут без диссидентства?
Затем настала очередь инструктажа. Мне выдали запрошенные аптечки, попытались объяснить, где какой препарат и для чего он нужен, но я отмахнулся, мотивируя это тем, что и так съем.
«Аптечка армейская. Специальная. Останавливает кровь, притупляет боль, даёт эффект „Боевой Раж“, кратковременно сильно снижает входящий урон, купирует эффекты паники, замедляет отравления» 2/2'.
Таких мне дали шесть штук, которые мне некуда было убрать, ибо в инвентаре оставалось только два пустых слота, так что к открывшимся в центре помещения туманным вратам я двинулся, держа в руках четыре рыжих коробки.
Возникшая в центре зала плоская, как будто бы двухмерная стена тумана при детальном рассмотрении действительно внушала. Края её были не чётки, но разглядеть сквозь неё хоть что-то было решительно невозможно.
— Как к вам обращаться то? — поинтересовался я у спецназовца, который, наверное, только увидев туманную стену поверил в то, что его не разыгрывают.
— «Смоллетт» — произнёс мужчина, сделав ударение на первый слог. — это мой позывной. А тебя все тут называют «объект Сыч».
— Ну сыч так сыч. — не стал спорить я, догадываясь с чьей подачки мне прилетела такая погремуха. Впрочем, вспоминая один советский мультик не смог не отметить точность попадания позывного капитана. — Идите первым. Портал закроется сразу за мной.
— Понял.
Ага, понял он. Ради кого я только распинался про огнестрел? Мужик надел шлем, опустил прозрачное забрало, передёрнул затвор автомата и изготовившись к стрельбе осторожно начал красться к туманной стене.
Медленно он скрылся за непроглядной стеной, а уже через секунду по залу прокатился его возмущённый крик:
— Ну и какого? — возмущению Смоллета не было предела. Капитан вынырнул из стены тумана, как ни в чём не бывало и уставился на меня так, будто лично я ему квартальную премию не выдал и все боевые зажал. — Сыч! Что за наедалово? Где другой мир, я тебя спрашиваю?
Ко мне тут же подошёл Марьянов и с укоризной спросил:
  
— Не хочешь брать никого с собой?
— Очень не хочу, — честно признался я. — Но если вы думаете, что я специально мешаю пройти — то это так не работает. Возможно, тут как с «Камнем Изгнания» — только для игроков и их амуниции.
— И что теперь? — капитан был действительно расстроен. Наверное, сейчас где-то в глубине его души в муках умирал космонавт.