Я не играю! (СИ)

Нога онемела и ощущалась как один пульсирующий клубок нервов. С трудом разжав мёртвые челюсти и отбросив тварь от себя я рухнул на задницу и привалился спиной к какой-то деревянной бочке.
Давай! Что там надо делать-то⁈
Засучил штанину и ужаснулся страшной ране из которой бодрой струйкой, марая носки кроссовки и землю подо мной, вытекала кровь. Открыл инвентарь и попытался взять оттуда аптечку, но вместо этого наблюдал следующую картину: коробочка с красным крестом мигнула в инвентаре и осталась лежать в той же ячейке, а у меня на месте укуса появился неплохой такой бандаж. Из под краёв бинта проступала коричневая полоска кожи, обработанная йодом, а сама рана уже и не болела, а только раздражающе пощипывала.
  
— О как. — изумился я и вновь глянул на аптечку, над которой отныне висел индикатор 6/7.
Взгляд упал на крысиную тушку, а в уши, избавленные от болезненного звона, ворвались звуки остального мира. Я посильнее вжался спиной в ту самую бочку и принялся затравленно шарить взглядом по округе. Вроде ничего. Гадство! Если от одного укуса так больно, то что же будет, когда по мне прилетит чем потяжелее⁈
А ничего не будет. Одна единственная долбанная крыса в один укус отожрала у меня целую треть здоровья! Это вообще как⁈
С другой стороны, я уже не чувствую боли. Высунулся из-за бочки, как из бруствера и, убедившись, что на мои вопли никто не прибежал, выпрямился в полный рост. Хм. Топнул раненой ногой — не болит. Рана ощущается и доставляет дискомфорт, но нога функционирует полностью. Открываю лист со статусом и не вижу никаких новых дебаффов и достижений. Зато наличествует новый счётчик на котором написано тридцать шесть. Чего тридцать шесть — непонятно. Ладно, поехали дальше.
К мосту я решил пока не ходить, вместо этого выбрал место поположе и пересек ров у расколотой стены. К этому времени мне удалось завалить ещё с пяток крыс и одну зомби-собаку удалось разменять на порванный рукав куртки и два незначительных пореза на предплечье (здоровье в этом случае потратилось совсем уж незначительно).
Но главное не это. После собаки что-то изменилось. Я бил эту тварь с облезшей с рёбер кожей, давно уже лишённой шерсти сознательно, изо всех сил и с расчетом на то, что она больше никогда не встанет. Я хотел ссадить шкалу её здоровья в ноль. Так что когда передо мной вдруг выросла фигура такого же облезлого и страшного бывшего человека, я без задней мысли подкрался к нему и со всего размаха ударил его лопаткой в шею, а хрусту ломающихся позвонков обрадовался, как музыке любимой рок-группы. А ещё я краем сознания отметил, что на новообретённом счётчике уже отображается трёхзначная цифра. Четыреста тридцать пять, если точнее. Не уверен, но похоже — это и есть моя «экспа».
А ещё этого зомби можно было облутать. По крайней мере бедолага был не голый. Его дубинкой я побрезговал, а вот прохудившейся от времени поясной сумкой заинтересовался. Там в дыре одиноко застрял маленький светящийся камушек, похожий на янтарь. Я повертел его между пальцев и сжал в ладони, где он с приятным хрустом разломился на мелкие осколки, превратившиеся в пыль и унесённые внезапным порывом ветра. Тепло из ладони медленно растеклось по всему телу, и я неожиданно заметил, что моё самочувствие улучшается. Ну точно, красная полоса ХП медленно, но верно поползла к своему максимуму.
— А-га. — обескураженно кивнул я и принялся обшаривать карманы своей жертвы с новой силой. Но увы. Следующим моим противником оказался такой же бронированный солдат, которого я поостерёгся беспокоить на мосту. И вот что я скажу — чуйка меня не подвела. Как только эта гадина меня заметила, то достала меч и щемонулась на меня с такой скоростью, что не всякий бегун со старта возьмёт. А ведь броня на нём не лёгенькая! Вон как пластины гремят! И знаете где я видал попытки драться вот с такими вот шустриками? Я развернулся к нему спиной и рванул обратной дорогой. О, боги, как же быстро тратится моя стамина! С этим решительно надо что-то делать! А эти приятнейшие ощущения в боку, когда зелёная полоска упирается в «ноль»? Ладно хоть бег трусцой её не расходует, только когда я ускоряюсь. А вот бронированному всё было нипочём. Оживший труп уверенно сокращая дистанцию гнал меня до самого рва и только там, у провала в стене, поскользнулся на каком-то камне и, не справившись с импульсом, улетел вниз расшибившись к чертям собачьим. Именно в этот самый момент, отдуваясь и восстанавливая дыхание я понял, что ближний бой сейчас с такими вот монстрами — это не мой путь ниндзя.
И не сражаться с ними у меня не выйдет. Нужна тактика.
С этого момента дела проще, естественно, не пошли, но я хотя бы понял, что надо делать. Моим оружием стало окружение. Где-то удавалось сбросить на стоящего в неведении мертвеца камень потяжелее, где-то удачно столкнуть с лестницы часового. Однажды мне подфартило забрести в комнату с бочкой чёрного вонючего масла и глиняными кувшинами, и к моему арсеналу добавился ещё и огонь. В особо редкие моменты удавалось убить кого-то ударом в спину. И только за ошибки мне приходилось платить здоровьем. Но чтобы не кривить душой скажу, что и в минусе я не оставался.
Когда я подходил к донжону, в моём арсенале было целых три исцеляющих камушка, факел, четыре горшочка с горючим маслом, копьё и круглый деревянный щит, пользу которых я уже ощутил и оценил по достоинству. По крайней мере лучше пусть отсыхает рука, а не отлетает добрая половина алой полоски. Как-то на очередной крысе мелькнула мысль, что неплохо было бы разжиться бронькой, но увы, то, что было на трупах из кожи либо прогнило насквозь, либо просто вросло в своих владельцев (Фу-у-у мерзость!).
И ещё одна неожиданность настигла меня в самый неподходящий момент. Когда вес моей ноши перевалил за двадцать кило мне стало тяжело. Не, это конечно нормально в принципе, но я почему-то думал, что это немного не так работает. Однако, я физически ощутил, как моё тело стало каким-то… неотзывчивым. Даже не сразу сообразил в чём дело, подумал, что травонули, но нет, всё стало ясно, когда я выложил часть глиняных горшков.
Удалось потом подобрать и меч. Длинный, прямой, одноручный, даже с довольно удобной несильно повреждённой временем рукояткой. Вот только… Чтобы им пользоваться, нужно уметь им пользоваться, а я разве что раз махнуть смогу и на этом кончусь. Тем более противники мои гораздо сильнее меня физически, так что единственный мой шанс в бою — это как раз копьё, которым удаётся «затыкать» тварей на расстоянии.
В самой же крепости было достаточно и «рыцарей», и простой «пехоты», которых основной своей массой я умудрился обойти тенями и окольными коридорами, кое-где рискуя банально сорваться в пропасть и обходя по карнизам. Лишь в редкие моменты удавалось проколоть копьём кому-то неосторожному, оставшемуся наедине, основание черепа, добавляя к своему счётчику сотню-другую очков. В остальных же случаях я прятался, выжидал и крался. Долго и нудно, коридор за коридором, лестница за лестницей. До тех пор, пока не оказался в огромных покоях почти на самой вершине крепости.
Комплекс помещений занимал чуть ли не весь этаж и когда-то давно был просто роскошным. Стены укрывали старинные, будто не подверженные влиянию изъедшего здесь всё до последнего гвоздя времени, гобелены, на столах под толстенным слоем пыли стояли чаши и кувшины из почерневшего серебра. Рядом со столами стояли резные стулья из красного дерева, у каждого прохода на железной подставке висел штандарт с гербом. На полу были брошены стоптанные и чёрные от скопившейся грязи ковры. Вдоль стен на манекенах ровным строем были выставлены ржавые рыцарские доспехи.
  
Моя же цель, судя по всему, блестела мне алым светом из шкатулки, стоящей у стены рядом с широченным ложем. Я аккуратно, тихой сапой, ме-е-е-е-е-ленькими шажочками прокрался в покои, чтобы услышать, как с диким лязгом сзади меня на дверной проём, единственный, я так понимаю, падает решетка. Внизу моего обзора сразу появляется длинная полоска здоровья босса, а сверху её загорается надпись: