"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)
Ну, и что дальше?
Буслаев потерянно восседал посреди разворошенного архива. Обычная газетная бурда. И совсем не факт, что его написал именно этот Данилов из дома на Металлозаводской. Фамилия распространенная, а имя – еще популярней. Фотография же в газете такого качества, что ни черта не разберешь. Правда… тот Данилов – из Южнороссийска… И рассказ напечатан в «Южнороссийском рабочем»… Но… тогда, шесть лет назад, ему было – Буслаев напрягся, вспоминая ориентировку, – да, всего семнадцать. Парень на газетной фотке – тоже очень молодой. Но даже если автор – тот самый Данилов – что теперь изменилось? Что за открытие сделал Буслаев – кроме того, что Алексей Данилов, проживающий без регистрации в доме номер шесть по Металлозаводской улице, с юных лет публикуется в газетах?
Буслаев свалил Людин архив обратно в шкатулку. Только рассказ на всякий случай изъял, отнес в «дипломат». Спать не хотелось. Будить Людмилу и развлекать ее супружескими обязанностями – тоже. Часы показывали два тридцать утра. Буслаев быстро позавтракал, принял душ и оделся. Что-то продолжало его беспокоить… Что-то еще – не только рассказ таинственного Данилова. Кажется, он натолкнулся на ЭТО в одно из предыдущих дежурств. Хорошо, что Петренко позволил ему подъехать. Нужно наконец, проверить свою версию. Удостовериться, что это полный бред. И включиться в настоящую работу.
3 часа 40 минут.…Петренко продолжал принимать донесения.
Оказалось, что Татьяне Садовниковой звонил заказчик, директор фирмы по производству российского кошачьего корма. Образцом товара оказалась банка с этикеткой «Кошачья радость».
Варвара Кононова доложила, что начиная с двух часов ночи из дома никто не выходил и никто, не считая алкоголика Подкопаева, не входил.
– Даже животные не появляются! – с обидой сказала она.
– Чего-чего?
– Ну, никто ни кота во двор не выпустил, ни собаку.
Петренко зверей дома не держал, потому поинтересовался:
– А что, их по ночам выпускать надо?
– Мой кот по весне раз по пять за ночь туда-сюда ходит. Через форточку.
Петренко только вздохнул. Тоже – ценнейшая информация.
…Василий не отрывался от экрана компьютера, то бишь вычислительного ящика. Ну и что, спрашивается, он хочет найти?
К счастью, поисковая система оснащена опцией для поиска файлов, которые открывал конкретный сотрудник в определенное время. Василий ввел свой пароль «Berkut» и обнаружил, что в апреле он дежурил шесть раз. За время дежурств открывал 1913 файлов.
Желаете получить список?
По алфавиту или по датам открытия?
Он выбрал просмотр по датам. И теперь мучился угрызениями совести из-за собственной профнепригодности – более половины файлов, что он открывал, не имели ровным счетом никакого отношения к его работе. Сетевая игра «червы»… Победители очередного этапа «Формулы-1»… Конкурс на лучшее название для новой марки чая (Василий предложил назвать его «богатырским» и до сих пор ждал ответа от компании, посулившей победителю солидную премию).
Петренко мимоходом спросил:
– Безнадежно?
Буслаев только вздохнул.
…Новые способы лечения бесплодия (это он распечатывал для Людочки)… «Мисс Плейбой» в апреле… Ага, вот что-то по делу – отчет от коллег с Петровки. Список из ста сорока семи нераскрытых преступлений. Просмотрено седьмого апреля сего года. Зачем ему тогда этот файл-то понадобился? Сейчас он уже не помнил. Но принялся бегло просматривать имена, даты, обстоятельства.
Ограбление Центробанка по компьютерной сети. Кража драгоценностей из особняка новорусского миллионера. Убийство известного депутата. Убийство с ограблением… Ого, десять лимонов взяли! И до сих пор на свободе. Повезло ребятам. Стойте-стойте. Десять миллионов. Знакомая цифра. Он впился взглядом в экран.
23 марта 1994 года на шестьдесят четвертом километре Минского шоссе был обнаружен автомобиль марки «Рэйнджровер», госномер Д 45 60 МЕ. В салоне машины обнаружен труп водителя Рината Дамаева, 1965 г р. В непосредственной близости находились трупы Михаила Викторовского, 1964 г р., Алексея Потапова, 1966 г р., и Олега Грекова, 1949 г р. Все погибшие застрелены из автоматов Калашникова, серийные номера… Оружие оставлено на месте преступления. Отпечатков пальцев на оружии не имеется. Свидетели происшествия не установлены.
Греков (Грек) принадлежит к организованной преступной группировке «томилинские», связанной с финансово-промышленной группой И. И. Шеляринского. Мастер спорта по дзюдо и самбо, не судим. Грек… десять миллионов… Шоссе… «Рейнджровер»… Преступление не раскрыто… Все это Буслаев уже встречал! Встречал только что, в рассказе Данилова!
Василий поспешно вынул из «дипломата» рассказ. Есть где-нибудь дата? Когда эта чертова газета вышла?
Слава богу, внизу было приписано рукой жены: 23 марта 1994 года. Но ведь… ведь убийство тоже произошло 23 марта! Значит… сто пудов! – рассказ был написан раньше! Но тогда сразу вопрос: как может преступление быть описано до того, как оно совершалось? Включая марку автомобиля – «Рейнджровер», кличку убитого (Грек) и сумму в холщовом мешке – десять миллионов долларов?
Значит, этот пацан сперва описал, а потом убил и украл?
Или?..
– …Сергей Викторович, позвольте побеспокоить. Я, кажется, кое-что откопал.
Петренко поднял глаза, протянул руку к газетной вырезке… И тут зазвонил телефон оперативной связи.
…Варвара в который уже раз смотрела на приевшуюся панораму пятиэтажки. В зыбкой рассветной дымке дом выглядел спокойно и сонно. Освещено всего три окна. За одним из них находилась кухня семьи Подкопаевых. Странная все-таки жена у этого алкоголика. Мужа домой не пустила – но и сама тоже не спит. Переживает, что ли, каково тому лежится на жесткой лавочке?
Еще не спали на первом этаже во втором подъезде и на четвертом этаже – в третьем.
«Кто, интересно, там живет? – напрягла память Варвара. – Четвертый этаж… Квартира слева от лестницы. Железная дверь… А, вспомнила. Большой босс. Сигаретами торгует. Два ларька на рынке. Противный тип, скользкий. Меня за шпионку из налоговой принял. А вот на первом этаже живет милейшая бабуля. Платье в рюшечках, кудряшки, лет семьдесят пять ей. Но глаз острый и характер скверный. Участковый ее цербершей зовет. Она, кстати, и говорит, что видела, как мальчишки дерево поджигали. Чего ж не спит бабуля в такую-то пору? А, она же мне рассказывала – мемуары ночами пишет. Как они с мужем целину поднимали… Интересно, когда этот, Подкопаев, тут дебоширил, бабулька-то из окна хоть выглядывала? Нет, вроде нет. Занавеска даже не шелохнулась. Но тогда это вдвойне странно! Аксинья Федотовна такого концерта бы ни за что не пропустила! Может, зайти к ней? Еще раз спросить про поджигателей? Так она меня и пустит, в такую-то рань! А если… если сказать, что во дворе вводится усиленное патрулирование и особый режим? Ей это понравится. А спросит, чего так рано пришла, – так, скажу, у вас же окно светится, вот мы и решили вам первой сообщить, как самой бдительной из жильцов. Но это самоуправство. Противоречит задачам засады. Как ей там объясняли: «Засада – суть скрытое расположение на местности…» Но ведь бабулька ее не сдаст?»
…Однако бабка в квартиру ее не пустила.
Варвара вернулась в машину. Принялась утешать саму себя: «Ну и что тут удивительного? Бабулька на такой скандал и то не выглянула, а уж пускать неизвестно кого в гости, да еще в ночное время… Но почему? – недоумевала Варвара. – Она точно не спит, у нее радио работает. Я и стучала, и звонила. Говорю, если не верите – в «глазок» посмотрите, я вам удостоверение покажу. Ноль эмоций. Вот странно… Мне казалось, что бабуся будет на седьмом небе от счастья, если к ней ночью из милиции придут. Ведь такое событие! Могла бы неделю потом языком мести.
Нет, с бабкой явно что-то случилось».
И Варвара решилась уже не просто на самоуправство – а на Большое Самоуправство. Форточка квартиры, в которой пряталась негостеприимная бабуля, была распахнута. А оконный шпингалет отщелкнуть – раз плюнуть!