"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

В то же самое время. Варя
– Как вы думаете, Варя, – мягко спросил Сергей Александрович, – где конкретно находится эта «биостанция»?
Варвара присела на подлокотник кресла. На журнальном столике они расстелили карту. Когда Варя увидела схематическое изображение Абрикосова и окрестностей, в голове мелькнуло название, читанное когда-то в книгах про войну: «карта-трехверстка». Впрочем, карта, расстеленная на столике Сергеем Александровичем, оказалась более крупномасштабной: в сантиметре не три версты, а, наверное, километра два. Варя различила названия приморских бухточек: Соленая Падь, Медвежье… Была изображена грунтовая дорога, ведущая от восточной оконечности Абрикосова к Соленой Пади. Дальше от моря, в горах, на карте не было ни дороги, ни жилья, ни линии электропередачи, только смешанный лес и точки, указывающие безымянные высоты.
  
– По-моему, «осиное гнездо» здесь. – Варя ткнула указательным пальцем в самую высокую из окрестных вершин («Маникюр у меня с этими приключениями совсем, черт возьми, стал позорным»).
Рядом с вершинкой была помечена высота: 1066.
– Вы уверены, Варя?
Она еще раз внимательно осмотрела карту. Припомнила: из окна кабинета Бурдакова она видела море, расстилавшееся вдали. И ни одна гора этот вид не заслоняла. А вершины, расположенные справа и слева от «биостанции», показались ей тогда ниже.
– Да, уверена. Мы были именно здесь.
– Хорошо.
Сергей Александрович достал из «дипломатика» офицерскую пластмассовую линейку – со звездами, волнами, стрелочками.
Варя хорошо помнила: такая линейка была у ее отца, доктора военных наук. Варя в детстве любила с ее помощью рисовать в альбомчике.
Сергей Александрович линейкой измерил расстояние от вершины горы с пометкой «1066» до бухточки Соленая Падь.
– По прямой – восемь километров пятьсот метров, – сказал он. – Самая ближняя к «биостанции» точка на побережье.
– Понятно, почему, когда Борисов выпустил ос, они полетели именно сюда. Наверно, потому и выпустил он их перед закатом – чтобы они не успели побывать в другом людном месте! – воскликнула Варя.
– Скажите, от Соленой Пади до «биостанции» по дороге далеко? – спросил Сергей Александрович.
– Километров двенадцать-четырнадцать, – сказала Варя. – Но туда не всякий джип проедет. Наверно, только грузовик или вездеход.
– Значит, мы поедем не на джипе, – весело отозвался Сергей Александрович.
С того момента, как ему сообщили, что у Смолякова действительно есть дача под Москвой, в Жостове, его настроение явно улучшилось.
Сергей Александрович измерил расстояние от высоты «1066» до центра Абрикосова.
– Двадцать пять километров, – задумчиво сказал он.
– Это значит, – заметила Варя, – осы рассеялись в окружности как минимум двадцати пяти километров. До Суджука едва не достали. И до автотрассы М4 Москва – Новороссийск.
– Но большая их часть, думаю, орудует в Абрикосове. Очень много здесь съестного, сладкого.
– Представляю, что творится во всяких бухточках!.. Между Абрикосовом и Падью… Там полно «диких» туристов.
– Туда посланы отряды МЧС. Идет эвакуация.
Тут Варя услышала сильный шум за окном. То было не жужжание осы, не гудение грузовика. Что-то гораздо более жесткое и громкое. Звук приближался, все нарастал и нарастал. Он звучал откуда-то с неба.
Варя вскочила, подошла к окну. Отодвинула планки жалюзи. Ничего не было видно: пустынная жаркая улица, ведущая к морю, пустая площадь…
Она оглянулась на Сергея Александровича. Тот поощрительно улыбнулся.
Гром приблизился, стал совсем невыносимым.
И тут Варя увидела, как на площадь медленно опускается вертолет. Военный вертолет: в камуфляжной раскраске, с красной звездой на боку. Вихри завертели по площади смерчики пыли, бумажек, пустых пластиковых бутылок. Осторожно, словно ощупью, вертолет преодолел последние метров десять над поверхностью земли.
Еще не дожидаясь, пока он окончательно сядет, из «вертушки» выпрыгнули три человека. В наглухо застегнутых камуфляжных комбинезонах, в масках на все лицо, с короткими автоматами в руках.
Один остался стоять на площади. Держа автомат на изготовку, принялся внимательно осматривать небо.
Двое других военных быстро пошли к гостинице.
– Это по нашу душу, – улыбнулся Сергей Александрович.
В то же самое время. Город Суджук
Смоляков щелкнул сигнализацией, закрыл свою серебристую «Ауди». Сделал пару шагов по суджукской набережной.
Здесь, в Суджуке, ничто не напоминало о трагедии, разыгрывающейся в данный момент в полусотне километров отсюда, в Абрикосове.
Песчаные пляжи были полны людьми. Народ ловил лучи предзакатного солнца.
Толпы по-курортному расслабленных людей расхаживали по набережной – среди уличных фотографов, продавцов пива и чебуреков, силомеров и книжных лотков.
В толпе, конечно, циркулировали различные слухи – подогреваемые в основном сообщениями радио и телевидения из Москвы. «В Абрикосове нашествие ос… Людей жрут, как баранов… Осы огромные, что твои собаки…» Слухам никто до конца не верил. Многие считали, что они – следствие заговора столичных туристических фирм. Проклятые фирмачи, дескать, не желают, чтобы русские отдыхали на родимом побережье. Хотят загнать нас в Анталию, на Кипр, в крайнем случае в Крым.
Выступление местного мэра по радио – с призывом не покидать закрытые помещения – мало кто слышал. А даже те, кто слышал, ему не внял.
«Нашли дураков! Мы по сто рублей за койку платим – чтобы в духоте по домам сидеть?! Дудки!»
Поэтому отдыхательный процесс в Суджуке шел полным ходом. Многочисленные кафе на набережной пока зияли пустыми столиками – обеденное время прошло, время вечерней гулянки не наступило, но к вечеру ожидался настоящий бум. Тем более что русский человек особо любит повеселиться, когда где-то рядом происходит трагедия.
Андрей Смоляков следовал по набережной в принадлежащий ему ресторан «Фрегат» – проверить, как там дела: достаточны ли для вечера запасы мяса, мороженого и спиртного. Охрана располагалась, как и положено, в паре метров позади.
Однако не успел Смоляков отойти от своей «Ауди» на три шага, как его стремительно окружили взявшиеся неизвестно откуда трое молодых людей в белых рубашечках. Двое быстро и профессионально завернули ему руки за спину. Третий обыскал бизнесмена. На заломленных назад руках Смолякова защелкнулись наручники. Еще через секунду ему пригнули голову и бросили на заднее сиденье подъехавшей белой «Волги».
Остолбеневшим охранникам мимолетно продемонстрировали красные корочки…
Мужчины в белых рубашечках тут же заняли места в машине, и «Волга» резко взяла с места.
На задержание ушло не более пяти секунд. В толпе на набережной операцию мало кто и заметил.
В то же самое время. Подмосковье
Частная собственность южного бизнесмена Андрея Смолякова располагалась за трехметровым кирпичным забором. Совсем рядом, метрах в двадцати пяти, плескалась вода. Не Черное море, конечно, – рукавчик Пироговского водохранилища.
Автобус с группой захвата остановился в ближайшем лесочке. Через минуту бойцы рассредоточились по периметру забора. В калитку позвонил парнишка в милицейской форме – местный участковый. Трое спецназовцев прильнули рядом к забору.
Через минуту из-за калитки донесся голос: «Кто здесь?»
– Это участковый! – крикнул мальчишка-мент. – Проверка паспортного режима. Откройте!
Калитка, скрипя, отворилась. Выглянул сторож – в спортивных штанах и очочках, с книжечкой в руке (нужная страница заложена пальцем). Спустя секунду он, бедняга, уже лежал лицом в землю.
  
– Лежать смирно! Рыпнешься – пристрелю! – проорал спецназовец в маске. – Есть еще кто в доме?!
– Н-нет… Н-никого… – проблеял сторож.
Через тридцать секунд спецназовцы захватили дом.
Там и в самом деле никого не оказалось.
Стандартный двухэтажный дом из бруса выглядел несоразмеримо маленьким по отношению к громадной площади владения.