"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Обыкновенно поутру с четвертого этажа Игорю открывался мирный вид: море, набережная с лотками, пляж, санаторный цветник, прогуливающиеся курортники.
Сейчас по набережной, по пляжу, по санаторному цветнику в разных направлениях бежали, обезумев, люди. Люди сталкивались, падали. Слышался отчаянный, многоголосый визг детей, выкрики мужчин, надрывные голоса женщин, наперебой окликающих кого-то.
  
Еще не понимая природу паники, Игорь вскинул «Никон» с телевиком и сделал несколько кадров. Получалось, кажется, живописно: недавно вышедшее из-за гор солнце, мирное, ласковое море – и обезумевшие человеческие лица.
Отщелкав кадров десять, он оторвался от объектива и заметил наконец то, что послужило причиной паники: над развороченным людским табором на высоте пары метров над землей носилась огромная, с метр в длину, оса. Игорь навел объектив на нее, выпустил еще одну очередь, кадров из десяти, – и, кажется, пару раз попал: на переднем плане гигантская оса, а рядом – искаженное ужасом лицо бегущего человека.
Пастухов оторвался от видоискателя и заметил еще двух насекомых. Столь же огромных, как первое. И они тоже носились, стремительно меняя направление полета, над разбегавшейся в разные стороны толпой.
Еще одно гигантское насекомое пристроилось на половинке арбуза, разрезанного продавцом в рекламных целях, и жадно пило из него сок. Игорь навел телевик на эту тварь: гора арбузов рядом с нею отчетливо подчеркивала ее размеры. Тело осы было раза в три больше самого большого арбуза.
Игорь сделал еще одну очередь из фотоаппарата. Порой – и это было прекрасно! – рядом с арбузами и осой в кадре появлялось обезумевшее лицо человека.
У Игоря в коллекции не было еще ни одного приза с репортерских выставок – только с художественных. А эта документальная съемка тянула на Гран-при «Уорлд-пресс-фото».
Наконец пленка кончилась. Пастухов вбежал внутрь номера. Достал было из кофра новую пленку, потом передумал и вытащил цифровой фотоаппарат. Конечно, у «цифровика» возможности меньше, зато…
Он не додумал эту мысль и снова выскочил на балкон.
Быстро отснял на «цифровик» все восемнадцать кадров. Среди них тоже были неплохие. Например: огромная оса – видимо, случайно – в своем беспорядочном полете ударяет прямо в лицо молодого парня. Игорь даже перестал снимать и посмотрел на дисплейчике фотоаппарата, что получилось.
Получилось здорово: он поймал момент за секунду до столкновения. На картинке вышло крупное лицо парня – даже скорее не испуганное, а удивленное – а прямо перед ним в воздухе огромное тело летающего чудовища.
Фотограф вернулся в номер. До этого момента он не думал об опасности, которая могла грозить людям – и ему лично. Он работал. Именно так обычно гибли молодые стрингеры, посланные на войну. Они забывали обо всем, кроме работы. Даже о собственной безопасности.
Теперь репортер отрешился от съемочной горячки и плотно закрыл балкон. Затем вытащил из-под кровати сумку с лэп-топом. Слава богу, теперь он работал не в бедной «Смене», а в столично-иностранной газете «Москоу таймс». Там заботились о техническом оснащении своих корров.
Игорь включил ноутбук. Затем достал мини-диск из фотоаппарата. (В «цифровике» пленки нет, съемка идет на микродискету.) Репортер вставил диск в лэп-топ, затем подключил к модемному входу свой сотовый телефон. Стал дозваниваться московскому провайдеру и одновременно лихорадочно набирать на компьютере подтекстовку к фото.
Текст получился из-за спешки крошечным и довольно корявым: «Эксклюзив. Фото Игоря Пастухова. Поселок Абрикосово Суджукского района Краснодарского края. 21 июля, 11 часов 40 минут утра. Полчища гигантских ос атакуют отдыхающих на Черноморском побережье».
Коряво, ну да ладно. Кто будет обращать внимание на подтекстовку, когда есть такие снимки!
Еще через пять минут снимки в виде «присоединенных файлов формата «jpg» ушли по сети в московское отделение агентства Рейтер.
Рейтеровцы, Игорь знал, платят стрингерам хорошо. Очень хорошо. И никогда стрингеров не кидают.
А за такую оперативную и эксклюзивную съемку они просто обязаны будут заплатить полной горстью.
***
Еще через десять минут подтекстовка и восемнадцать цифровых кадров, сделанных Пастуховым в никому не известном Абрикосове, увидел в Москве на экране своего монитора бильд-редактор московского офиса всемирного информационного агентства Рейтер.
***
Бильд-редактор агентства Рейтер знал Игоря Пастухова и доверял ему. Да и при чем тут личное доверие, когда фото говорят сами за себя!
Еще через десять минут, в 12.10 по московскому времени, новость вместе со снимками разошлась по всему свету, распространенная по каналам одного из самых уважаемых международных информационных агентств.
***
Новость как раз поспевала к концу двенадцатичасовых московских радио – и телевизионных новостей. На Первом канале ее с опаской попридержали – равно как придержали на «Радио России» и на радио «Маяк».
Зато по НТВ и ТВС сенсацию дали: распечатанный на лазерном принтере снимок Игоря Пастухова (тот самый, где нос к носу – удивленный молодой человек и гигантская оса). Плюс: сказали пару слов о нашествии на Черноморское побережье полчищ гигантских ос – со ссылкой на агентство Рейтер.
В то же самое время горячая информация появилась на новостных сайтах Интернета. Ее увидели те из восьми миллионов пользователей российского Интернета, кто в данный момент находился в сети. Увидели короткий текст: «Паника на Черноморском побережье!» – и фотографии Игоря Пастухова, распространенные Рейтер».
А среди ста тысяч компьютеров в России, подключенных в тот момент к новостным сайтам Интернета, были сотни тех, за которыми сидели дежурные редакторы российских радиостанций, телеканалов, крупных газет и информационных агентств.
***
В 12.30 о случившемся передали все московские FM-радиостанции.
И в то же самое время собственные корреспонденты газет и телеграфных агентств, аккредитованные в Краснодаре, получили срочное задание. Они рассаживались в свои «Форды», «Волги» и «Хонды Сивики» и брали курс на Черноморское побережье.
Съемочная группа РЕН-ТВ, случайно застрявшая в Новороссийске, получила приказ от главного редактора: немедленно отправляться в Абрикосово.
Другие телевизионщики, которым повезло значительно меньше – они торчали в столице, – уже мчались в московские аэропорты, чтобы успеть на ближайший рейс до Краснодара, Суджука или хотя бы Анапы с Адлером.
Журналисты, изголодавшиеся за спокойное лето по сенсациям, предвкушали информационный пир на весь мир. И каждый спешил занять свое место на этом пиру.
С того момента, как Игорь Пастухов – всклокоченный, в одних трусах – сделал с балкона абрикосовского санатория свой первый случайный кадр, прошло чуть более часа.
В то же самое время. Варя
Она открыла жалюзи и неотрывно смотрела на то, что происходило на улице.
За полчаса курортный пейзаж разительно переменился. Нигде ни единого человека. Валяется забытый кем-то в спешке надувной круг-утенок. Брошены лотки, где продавались семечки, орехи, персики, сливы. Ни души у прилавка с пивом-водами. Не толпится народ у книжного лотка – лишь ветер шевелит никому не нужными страницами…
Создавалось ощущение, что на городок сбросили нейтронную бомбу. Все вещи целы, но ни одного человека вокруг. И пустота и тишина – там, где еще час назад отдыхающий народ смеялся, пил, кадрился – предавался немудреным курортным развлечениям.
  
Вдруг Варя увидела: на высоте метров трех над землей проплыла гигантская оса. Она летела вдоль улицы – не спеша, вальяжно. Словно оккупант патрулирует улицы захваченного гетто. Оса исчезла в перспективе улицы.
Затем по дороге, в сторону от моря, промчалась, бешено газуя, старая «копейка». Все окна в ней были закрыты.
Следом пронеслась еще пара машин – все с местными номерами. Затем поток автомобилей, поднимающихся от моря, стал гуще. За плотно закрытыми окнами угадывались перепуганные лица.