"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)
– Рекламный трюк, – бросила Варя.
– Возможно! Вполне возможно! – легко согласился лектор. – Но оцените сам подход! Грандиозность замысла! А генетически модифицированный рис, который начинает выращивать американская корпорация «Монсанто»? В нем значительно увеличено содержание витамина «А» – и это значит, что миллионы и миллионы людей – в основном в Юго-Восточной Азии – не будут более страдать от авитаминоза, вызванного потреблением обычного риса!..
– А заодно, – с усмешкой сказала Варя, – американцы станут в этот рис вкладывать элементы, влияющие на деторождение. И миллионы людей в Юго-Восточной Азии окажутся стерильны. И проблема перенаселенности планеты решится сама собой.
– А вы верно мыслите, девушка! – схватился Ярослав Михайлович. – Не исключен и подобный вариант. Во всяком случае – он теоретически возможен! Ведь любая отрасль науки, по сути, двойного назначения. Ракету можно использовать в качестве фейерверка. А можно – с ее помощью запустить спутник связи. А еще можно – доставить ядерный боезаряд в любую точку планеты. Даже пассажирский самолет, как показали нам недавние события, способен не только перевозить людей в считанные часы за тысячи километров. Он может также стать орудием зверского убийства. В наше время любая технология способна оказаться смертельно опасной. Именно потому мы с полковником Бурдаковым работаем здесь, в глуши, а не где-нибудь в центре Москвы.
– Зачем вы нам все это рассказываете? – жестко спросил Саня. Варвара видела по его лицу, что лекция ему успела изрядно надоесть. – Вам что, делать больше нечего? Не перед кем повыёживаться? Чего вы нас грузите? Мозги нам захламляете?
– Молодой человек, – спокойно и с достоинством произнес Ярослав Михайлович, – я получил приказ от полковника Бурдакова: занять вас. И я этот приказ выполняю. Все равно до тех пор, пока не поступит команда от товарища полковника, мы с вами будем находиться в этом помещении. Мы, конечно, можем рассказывать анекдоты, учить устав или просто молчать. Однако мы с полковником, – ученый сделал ударение на два последних слова, – сочли необходимым ввести вас предварительно в курс дела. Чтобы вы лучше понимали то, что происходит здесь, то, чем мы занимаемся. – Лектор оглядел свою немногочисленную аудиторию и спросил, адресуясь главным образом к Варе: – Итак, мы продолжим?
Она кивнула.
Ярослав Михайлович вопросительно глянул на Саню. Тот с неудовольствием покосился на Варю и нехотя сказал:
– Валяйте.
– Благодарю вас. – Ученый саркастически поклонился аудитории. – И продолжаю… Мы с вами остановились на генетически модифицированных растениях. Однако принципиально нет ровным счетом никакой разницы между растениями и животными. И опыты по генетической модификации животных уже идут. Представьте себе, к примеру, молоко, содержащее не просто стандартный набор белков-жиров-витаминов, но и включающее в себя целый комплекс лекарственных препаратов. Тех, что предупреждают диабет, болезни сердца, сосудов. Или – целебную говядину, потребление которой не увеличивает содержание холестерина, а, напротив, способствует тому, чтобы рассасывались холестериновые бляшки. Представьте, что удалось вывести свиней, у которых стенки сердца, почек и печени не содержат полисахаридов – а только в этом случае данные органы можно будет пересаживать человеку. И никакого отторжения, никакой проблемы с донорскими органами и отсутствие мучительных очередей на пересадку! А сколько таких потенциальных возможностей у генной инженерии – все не перечислить. И осуществятся эти планы – скоро, очень скоро, еще при нашей жизни!
– Природа отомстит вам за эти опыты, – с мрачной усмешкой произнесла Варя.
– Да?! – задиристо спросил биолог. – Почему ж тогда она не мстит нам за создание пенициллина? Инсулина? Аспирина? За то, что в девятнадцатом веке средняя продолжительность жизни была сорок лет, а сейчас – семьдесят?
Ученый продолжил:
– Но хватит схоластических споров и прогнозов на будущее. На очень близкое, прошу заметить, будущее… Вернемся к работам сегодняшнего дня. К нашей работе… Одним из ее направлений являются опыты с насекомыми. – При последних словах Варя с Саней переглянулись. Ученый не заметил этого и продолжал: – Кстати, в двух словах о достижениях наших коллег из-за океана. Посевам хлопчатника в США сильно вредит гусеница хлопковой совки. Благодаря ей штатовские хлопкоробы, – биолог саркастически выделил последний термин, – теряют ежегодно более сорока пяти миллионов долларов. И тамошние генные инженеры пришли им на помощь. Им удалось вывести стерильную хлопковую совку. Вредителя, который не дает потомства. И генетики на опытном поле постепенно вытеснили обычную совку – совкой бесплодной. Кстати, для того, чтобы отличать творение своих рук от обычных насекомых, биологи их пометили. И знаете, чем? Они внедрили в ДНК насекомых ген медузы! Стерильные вредители благодаря этому стали светиться в темноте!
Ученый торжествующе оглядел Сашу с Варварой – однако восхищения аудитории не дождался. Продолжил:
– А ученым под руководством американского профессора Макгинниса удалось выделить так называемый ген Ю-би-экс.
Ученый жирно начертал на доске:
Ген Ubx.
– Это ген роста отдельных частей тела животных – в том числе и насекомых, и «хомо сапиенс». Кстати, благодаря исследованиям генетиков и палеонтологов удалось показать, каким образом произошел классический скачок в истории эволюции. Они доказали, как случилась мутация, благодаря которой четыреста миллионов лет назад ракообразные вышли на сушу. Исследователям удалось, управляя данным геном, – биолог постучал мелом по доске, по названию Ubx, – уменьшить у морской креветки количество ножек и, таким образом, практически превратить ее в жительницу суши – в насекомое! Итак, ученые в своей лаборатории повторили на протяжении пары лет процесс, на который Природа или Бог – называйте как хотите – затратили миллионы лет!.. Однако… – Ярослав Михайлович сделал многозначительную, предвкушающую паузу и плотоядно потер руки, – однако то, чего сумели добиться американцы со своим многомиллионным оборудованием и финансированием, меркнет по сравнению с тем, чего удалось достичь нам. Нам, здесь! В условиях изоляции, секретности и скудости бюджета.
Варвара внимательно смотрела на биолога. Он выглядел теперь лихо – словно Денис Давыдов, который врубается на коне в гущу французов или читает на пирушке свои стихи.
– Нам удалось, – благоговейно произнес Ярослав Михайлович, – научиться на практике управлять ростом всего тела! Не отдельных ножек, как американцы, – презрительно сморщился ученый, – а всего. Вы понимаете?! Управлять ростом! Пока – только у насекомых, но потом, кто знает… – Он еще раз энергично потер руки. – Кто знает… – повторил он, и взгляд его поплыл, затуманенный великими, блаженными перспективами.
– Простите… – вкрадчиво начала Варя (она, кажется, очень многое начала понимать, и ей немедленно требовалось проверить свою догадку), – простите, а с какими конкретно видами насекомых вы, Ярослав Михайлович, экспериментируете?
Ученый открыл рот для того, чтобы ответить, но тут дверь распахнулась, и в помещение быстрым шагом вошел полковник Бурдаков (на этот раз в одиночестве).
Охранники немедленно встали с парт, а биолог, не успевший ничего ответить, по-военному вытянулся у доски. И только Варя с Сашей остались сидеть на своих местах – как прежде, развалясь. То была, возможно, единственная привилегия, которую давало им положение пленников.
– Ярослав Михайлович, – звучным голосом произнес с порога полковник, – благодарю вас. Вы можете быть свободны.
– Слушаюсь, – склонил лысую загорелую голову ученый.
– А вы, – продолжил Бурдаков, указав легким кивком на пленных, – следуйте за мной. Я хочу вам кое-что показать. И рассказать.
Полковник помедлил и оглядел всех: Варю, Александра, двух автоматчиков, биолога.
– Иногда, – хитровато щурясь, произнес он, – во многой мудрости не только многие печали. Но и, как говорил Сенека, – путь к богатству.