"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)
Тело быстро обсохло. Варя натянула шорты и майку. Присела на плоский камень – отдохнуть перед обратной дорогой в Абрикосово. Чернота моря с серебристой от месяца дорожкой расстилалась перед ней. Ни души, ни звука, только лихорадочно стрекочут цикады.
И вдруг…
Чья-то тень мелькнула на берегу.
Что-то двигалось навстречу ей вдоль моря.
Варя заметила движение уголком глаза. Сердце бешено заколотилось. Она вскочила, повернулась к движущемуся объекту.
Что-то темное, лохматое наступало прямо на нее. Варя непроизвольно сжала кулаки. В кровь хлынула ударная доза адреналина.
Тень приближалась. Тихо, беззвучно. Что-то низкое, мохнатое быстро бежало по берегу. Расстояние от него до нее стремительно сокращалось.
Варвара нагнулась и подняла с земли большой камень. Приготовилась к обороне. Кто бы он ни был, она не сдастся без боя!..
Объект увидел ее жест. Остановился как вкопанный. Он находился шагах в двадцати. В отблеске месяца хищно блеснули глаза. Серебристый свет озарил косматую холку, вытянутую вперед морду, настороженно навостренные уши.
Фу-ты!.. Варвара с шумом выдохнула воздух. Это собака. Просто собака.
Варя присмотрелась к животному – оно по-прежнему стояло неподвижно, готовое в любую секунду убежать.
Действительно – собака. Но не дворняга, каких полным-полно в курортных поселках, а, кажется, породистая.
Умная чуткая морда. Лохматые уши. Рыжая масть. На шее – похоже, ошейник. Варя не была сильна в кинологии, но, кажется, эту породу называют ретривер.
Пес по-прежнему был насторожен, недвижим – готов в любую секунду пуститься наутек. Варя осторожно выпустила камень. Он упал на скалы. От стука камня собака дернулась, отбежала на пару шагов. Однако остановилась, тоскливо оглянулась на Варю.
Варвара призывно просвистела: «Фью-фью-фью» – и подивилась: от пережитого испуга совсем пересохло во рту.
Собака не двигалась. Хвост ее был боязливо зажат между задними лапами.
– Не бойся, – ровным ласковым голосом сказала Варя, – иди ко мне.
Пес не решался ни на какое движение. Так и застыл на месте. Казалось, он напуган сильнее, чем Варя – пару минут назад, когда пес появился и бежал прямо на нее.
– Ко мне, иди ко мне, – радушно проговорила Варя и ласково похлопала ладонью по ноге. – Джим, Тоби, Джек!.. Как там тебя? Ко мне!
Пес сделал пару нерешительных шагов в ее сторону.
– Терри, Фердинанд, Фрутти!.. – продолжала ласково перечислять известные ей собачьи клички Варвара.
Ей показалось, что на «Фрутти» пес откликнулся – во всяком случае, навострил уши и сделал еще пару шагов в ее сторону.
– Фрутти, Фрутти!.. Ко мне, ко мне!..
Наконец пес решился. Направился к ней.
Готовый в любой момент передумать и умчаться прочь, он сторожко пошел к Варваре. Девушка присела на корточки. Протянула к нему раскрытые руки. Пес подошел и обнюхал ее ладони.
Варя ласково погладила его по лбу, потрепала по холке. Пес стоял весь настороженный, не шевелясь. «Домашний, все правильно. Мне не показалось!» Шею пса пересекал кожаный ошейник. Собака производила впечатление ухоженного животного. Шерсть блестела даже в неверном свете луны, бока лоснились от добротного корма.
Варя ласково запустила руку в шерстку. Погладила ее, одновременно исследуя. Ни колтунов, ни клещей, ни репьев.
– Да ты домашний. Потерялся, дурачок, – нежно проговорила Варя. – А ну, посмотрим, кто ты таков. И кто твой хозяин.
Она отогнула кожаный ошейник – с обратной стороны хозяева часто пишут кличку пса и свои координаты.
Но – нет. Тыльная сторона ошейника оказалась девственно чистой.
– Эх, Фрутти, Фрутти! – вздохнула Варя. – Что же мы теперь с тобой будем делать? Где искать твоих хозяев? А?..
Она заглянула псу в глаза.
Их выражение поразило ее. Казалось, в черных зрачках собаки навечно застыли испуг и вселенская печаль.
– Где твои хозяева? – повторила Варя.
Пес повернул голову в сторону сосновой рощи на скале – в сторону Соленой Пади – и печально, жалко завыл.
***– Как они?
– Все находятся на месте. Температура в норме. Влажность в норме. Ничего нового. Ничего подозрительного. Все идет по плану.
– Хорошо. Продолжайте.
***Бар «Остров сокровищ», что на набережной в Абрикосове, форменным образом задыхался.
Два часа ночи, а народ все идет и идет. И люди-то денежные, закрывать – просто глупо. Это не то что днем, когда подростки по бокалу пива закажут и смакуют без закуси.
Уже из кухни притащили все, какие ни есть, стулья и табуретки. Уже отправили гонца к автовокзалу за «левой» водкой. Уже оркестрик меньше чем за сотню песен не исполнял. А люди все шли и шли, и старший бармен сорвал голос, покрикивая на бестолковых молодых помощничков.
– Справляешься, Витек? – ласково поинтересовался у него довольный наплывом людей хозяин.
– Хрена! Завтра отгул беру! – простонал тот.
– Только попробуй, – сверкнул фиксой шеф и пошел к своему «Мерседесу».
А Витя любовно погладил разбухший от чаевых карман и тревожным взглядом окинул владения. За столиками отключились уже человек десять. Двое – уронили пьяные головы на стойку. Пора звать охранников, пробуждать и выводить…
И тут он снова увидел ее – давешнюю деваху в сексуальном псевдокамуфляже. Девка стояла на пороге и скептически осматривала пьяный беспредел.
– Вэлкам! – заорал Витя. На его взгляд, одинокая красотка, безусловно, заслуживала самого пристального внимания.
Она услышала, улыбнулась. Ловко обходя пьяных, подошла к стойке.
И тут – у ее ног материализовалась собака и потрусила рядом с хозяйкой.
– Эй, барышня! С собаками не положено! – прокричал Витькин помощник.
– Этой можно! – осадил его Виктор. – Не видишь – породистая! – И улыбнулся гостье: так, чтоб непонятно было, к кому эпитет «породистая» относится – к собачке или к хозяйке.
Девушка и золотистой масти пес – кажется, ретривер – подошли к стойке.
– Вам пива, – утвердительно ухмыльнулся Витя. – Обоим.
Девушка покачала головой:
– Мне – минералки. – И объяснила: – Я за рулем.
– Быстро стул мне нашел! – прошипел Витя помощнику. И – снова ей: – Так вы – за рулем? Вы что же, не местная?
– Разве не видно? – тонко улыбнулась девица.
– Видно, – легко согласился бармен.
– А зачем тогда спрашиваешь? – Она легко перешла на «ты» и обволокла его томным взглядом.
Витек, на что уж привычный к похотливым курортницам, даже слегка смутился. Или это усталость за бесконечный день накопилась?
– А собачке твоей чего? – бросил Витя.
– А ее – на заднем дворе остатками шашлыка накормить. Да нежирными. Она у нас видишь какая – породистая.
– Ты с собачкой отдыхать приехала? – спросил оправившийся от смущения Витя. – Как Антон Палыч Чехов писал? – Витя был парнем начитанным и любил свою образованность демонстрировать.
– Нет. Собачка чужая. Потерялась. Можно ее у тебя пока оставить?
– Оставить – пока, – с сомнением проговорил Витек. – Пока что?
– Пока хозяева не найдутся.
– А что я с этого буду иметь?
– А что ты хочешь?
– Нежный поцелуй. – Витя облизал губы. – Для начала.
Девица оценивающе оглядела Витю и низким, сексуальным голосом сказала:
– Я тебя поцелую. Потом, – рассмеялась и добавила: – Если ты захочешь. А вот тебе аванс… – Девушка что-то прикинула в уме и выложила на стойку две сторублевые купюры. – Это на кормление пса. На четыре дня.
Банкноты мгновенно исчезли у Витька в кармане.
– Только ты учти, барышня, – сказал он, – у нас тут собаки к «Педигрипалам» да «Вискасам» не привыкшие. На кухне остатки будет жрать.
– Только – нежирные остатки, – еще раз строго предупредила девица. – Сало ей нельзя, понимаешь?
– Сделаем. Хочешь, я ее, как и тебя, «Нарзаном» поить буду?
– Вот это лишнее, – усмехнулась деваха над запотевшим стаканом минералки.