"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Как ясно он представлял эту свою жизнь «после»! И ведь это «после» может наступить совсем скоро. Буквально через месяц. Или даже через две недели… Его вывезут отсюда, и у него будет много денег… А значит, будет покой и воля… Он это заслужил… И ради этого он может потерпеть… Все перетерпеть… В конце концов, недолго осталось… Можно вынести и гадкое сознание того, что он, как ни крути, – предатель… И удушливый страх… И высокомерие его куратора Стива… И – необходимость убивать…
  
Оператор еще раз прокрутил в уме полученную из Лэнгли шифровку. Задание казалось неожиданным, странным и сложным. Пока он не представлял себе, как его можно выполнить. Но выполнить его было необходимо. Ведь они обещали, что оно станет последним. А значит, мечта его жизни – маленький беленький домик на юге – станет реальностью. Только руку протяни!..
То же самое время. Москва. Капитан Петренко
Какая-то чепуха творилась с этим Кольцовым. Настоящая неразбериха. Второй раз он удирал из-под самого петренковского носа.
Капитан откинулся в кресле в своем кабинете-клетушке в подвале КОМКОНа. Посмотрел в потолок и попытался связать события в логическую цепочку.
Связываться они не хотели. Все было странным. Для начала: как и почему Кольцов встретился с хозяином той самой квартиры в Орехове-Борисове, журналистом Полуяновым? Неужели Полуянов не врет и это была действительно случайная встреча? Кольцов выбежал из казино, «голоснул» – а тут как тут журналист проезжает на своей «шестерке»? Ох, не любил Петренко случайных совпадений, не верил он в них… А почему Полуянов с Кольцовым в таком разе отправились к журналисту домой? Ну, скажите: какой нормальный «бомбила» повезет случайного седока к себе на дом (если тот, конечно, не хорошенькая девчонка, напрашивающаяся на любовь)? Может, журналюга – «голубой»? Эту версию, конечно, надо проверить, но на гомика Полуянов явно не походил…
Еще вопрос: Полуянов с Кольцовым полночи сидели у того на кухне, выпивали, закусывали… Стало быть, как это водится у нас, говорили; точнее даже – задушевно говорили… Что Кольцов успел растрепать о себе Полуянову? Сам Полуянов по этому поводу молчал как партизан, и как раз это-то и настораживало. Похоже было – по глазкам его хитреньким, – что журналист что-то скрывает… Допросить бы его как следует – нет, безо всякой «третьей степени устрашения» и физического воздействия, однако взять в оборот психологическими методами… Однако, во-первых, стремно – все ж таки корреспондент, и не какого-нибудь «Краснококшайского рабочего», а всероссийски известных «Молодежных вестей». Он и так, появившись в собственной квартире, начал с наездов: кто они, мол, такие и что они в его жилище делают. Пришлось демонстрировать ему красную книжицу с аббревиатурой «ФСБ» и внятно, но внушительно приводить в чувство: вы, дескать, гражданин Полуянов, укрываете преступника, совершившего, между прочим, убийство, а еще имеете наглость качать права перед представителями органов… Но заниматься с Полуяновым вплотную. Петренко просто не было времени – тем более что тот, судя по всему, знать не знал, ведать не ведал, куда Кольцов исчез… Единственное, что сделал Петренко, – это внедрил в сознание журналиста легенду: Кольцов-де – мошенник высокого полета, гипнотизер и «катала», в данный момент прибыл в столицу на гастроли, но разыскивается он органами не только за свои махинации, но и по поводу жестокого убийства… «И вам еще повезло, гражданин Полуянов, что вы остались после общения с ним целы и невредимы…» К тому же было очевидно: никакой, даже самый жесткий разговор с Полуяновым не помог бы дать Петренко ответ на вопрос: куда исчез бывший летчик?
А в самом деле – куда?
Петренко постарался восстановить последовательность событий – со слов немногочисленных свидетелей. Итак, около тринадцати ноль-ноль в квартире Полуянова наедине с Кольцовым каким-то образом оказалась женщина. Кто она была?.. Знакомая Кольцова?.. Или – Полуянова?.. Или – «девочка по вызову»?.. Полуянов по этому поводу заявлял категорически: никто из его знакомых в его отсутствие приезжать был не должен; Кольцов ни с кем встречаться не собирался и ни с кем о встрече не уславливался… Значит, это случайный человек? Или Кольцов кого-то вызвал?.. Загадки, загадки…
Далее: примерно в час тридцать Кольцов вместе с женщиной спешно покинули жилище журналиста, причем покинули, прямо скажем, нетрадиционным способом: через балкон, соседскую квартиру и соседний подъезд. Далее объект вместе с дамочкой впрыгнули в поджидавшую их машину – и были таковы. Создавалось ощущение, что за Кольцовым с подругой кто-то гнался. Ощущение подкрепляли вещественные доказательства, как-то: высаженная входная дверь в квартире журналиста и разбитое стекло на соседском балконе. А также пять стреляных гильз от пистолета «ТТ», найденных возле подъезда, из которого выскочили беглецы.
Вот эта погоня и была интересней всего. Кто же, черт возьми, гнался за Кольцовым? Кто – и, главное, как – сумел установить местонахождение подозреваемого? Да еще опередив самого Петренко с его, прямо скажем, немалыми возможностями? Или это очередная случайность, вроде (если верить Полуянову) их нечаянной встречи на обочине проспекта Мира? Случайно – к объекту в чужую квартиру пришла женщина, случайно – кто-то взялся преследовать ее и Кольцова… Да-а-а… Петренко, конечно, верил в случайности – но в единичные, а не в переплетение цепи случайностей. Подобное может иметь место только в романах Марининой, но никак не в реальной жизни…
Так что же произошло в квартире Полуянова днем? Пожалуй, это был один из главных вопросов. Как и следующий: кто, почему и зачем штурмовал квартиру журналиста? За кем (или за чем) эти неведомые «кто-то» охотились? А если вдруг допустить, что они преследовали Кольцова? Тогда этот вопрос «кто и зачем?» становился еще более острым. И еще: откуда они, эти люди, узнали, что беглец находился именно там?
Петренко о местонахождении Кольцова сообщил полковник Марголин. И конечно, логичней всего было бы спросить, откуда он узнал об этом, у него самого. Но местный телефон Марголина не отвечал. А может быть, слава богу. Петренко положил трубку, в которой раздавались безнадежно длинные гудки, не без облегчения. Он представил себе, какой поток – нет, шквал ледяного высокомерия прольется на него, когда он жалобно спросит у Козла Винторогого: как вы, мол, установили, где находится объект? И каким тоном Марголин спросит в ответ: «А почему вы интересуетесь? Что, Петренко, опять его упустили?»
Легче всего было бы разузнать обо всем у Савицкого. Милый дядя Володя, конечно, не только рассказал бы все, что знал, но и дал бы совет, как действовать дальше. Однако рабочий телефон полковника тоже молчал. На службе его не было – можно понять: воскресенье. Петренко набрал его сотовый. Может, он на даче? «Абонент не отвечает или временно недоступен. Попробуйте перезвонить позднее». Петренко уже передал Савицкому на пейджер просьбу срочно с ним связаться, однако прошло сорок минут, а от полковника все еще ни слуху ни духу. Капитан снова набрал номер пейджингового оператора и повторил свою просьбу. Подождал семь минут – звонка опять не последовало. Тогда Петренко вздохнул и набрал домашний телефон Савицкого. Как друг семьи полковника и его протеже он имел на это полное право. Трубку взяла жена.
– Здравствуйте, Инга Петровна.
– А-а, Сереженька, – радушно поприветствовала его она. – Какими судьбами? Что не заходишь?
– Да вот, работы много, – промямлил Петренко.
  
– Работа не волк, в лес не убежит, – парировала тетя Инга. – Давай закругляйся и приезжай к нам. У меня сегодня расстегаи с визигой.
– Звучит заманчиво.
– Вот и приезжай! Чем ты там в своей общаге питаешься? Супчиком пакетным?
Про пакетный суп, между прочим, была чистая правда.
– Да мне бы с Владимиром Евгеньевичем потолковать надо, – ушел от ответа капитан.
– Нет его. И не знаю, когда будет. Звонил пару часов назад – сказал, чтоб к ужину не ждали. Дела службы, говорит. Ну, как вы все обычно в таких случаях оправдываетесь. – Инга Петровна засмеялась.