"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

— Мне показалось, ты сказал, что это самый сильный яд, который только можно купить за… его нельзя растворять? — доносились до нас отдельные части разговора, но по ним, однако же, можно было восстановить общую картину. Взгляд Бёрнса снова метнулся к двери, и я поспешил отвернуться, чтобы он меня не заметил.
— Ты хочешь, чтобы это было правдоподобно, не так ли? — начинал злиться его собеседник. — Если этот Ашер упадет замертво в ту же секунду, что твой клинок прикоснется к его коже, будет совершенно очевидно, что ты ведешь нечестную игру. Ты же не хочешь, чтобы люди сомневались в твоем статусе, который ты получишь от лорда…?
  
Лорда? Неужели он имеет в виду повелителя? Что за бред? Я думал, яд для меня.
— Конечно, нет, — фыркнул Адлер. — Но и оставлять этот вопрос на волю случая я тоже не хочу.
— … риск, на который тебе придется пойти, если хочешь убить… — настаивал человек в маске.
— Хорошо, — с характерным звоном золотых монет Бёрнс бросил мешочек на стол. — Все, что угодно, лишь бы разрушить башню, на которую забрался Рамзи.
Да ну нахрен! Последнюю реплику я услышал более чем отчетливо. Сомнений не осталось, этот самоуверенный ублюдок хочет занять место Байрона Рамзи.
Не глядя, Рита вцепилась в мое запястье. Я немного повернул голову, как будто к ней, но краем глаза увидел, как предатель с характерным звуком вытащил клинок из ножен и положил его на стол.
Достав из рукава крошечный хрустальный флакон, его подельник снял крышку и капнул на лезвие неоново-зеленую жидкость. Капля с шипением упала на оружие, металл замерцал, но лишь на мгновение. Через пару секунд оружие снова потускнело.
Я огляделся, чтобы проверить, не наблюдает ли еще кто-то за ними. Но никто не обращал внимания на происходящее, все были заняты своими делами, тоже не вполне законными, насколько можно было судить.
За соседним столиком двое играли в карты на пузырьки с какой-то розовой пыльцой, а в темном углу один из посетителей зажал и жестко трахал официантку. Такие сделки здесь были в порядке вещей и никого особо не волновали.
— Яду нужен один день, чтобы впитаться и достичь максимального эффекта, — объяснял Бёрнсу человек в маске, пряча флакон в карман. — Не доставай клинок без надобности, на воздухе яд ослабевает. И не затягивай, он полностью выветрится через семь дней.
— И ты уверен, что я могу убить им несколько человек? — уточнил Адлер.
— Этим клинком можно вырезать целую деревню, пока действие яда не закончится, — заверил его мужчина.
— Если все получится так, как ты говоришь, вторую половину я отдам тебе, когда стану лордом острова Сканно, — пообещал он ему.
— Не забывай. Нужно нанести такой удар, который позволит яду попасть в кровь. Чем больше рана, тем быстрее подействует яд. Сделай это так, чтобы не вызывать подозрений. И помни: семь дней.
— О, не волнуйся, — самодовольно рассмеялся Бёрнс и убрал клинок в ножны. — Мне понадобится всего пять, чтобы избавиться от обеих проблем.
Ногти Риты на секунду впились в мое запястье, привлекая внимание. Она легким наклоном головы указала на дверь.
Я кивнул в знак согласия, уже давно пора было уходить. Мы встали и, стараясь не нарваться ни на какой конфликт, пока толкались в толпе посетителей, вышли через дверь на прохладный ночной воздух.
— Гребаный ублюдок… — начал я, но Рита заставила меня замолчать, приложив палец к губам. Мы быстро пошли по переулку. И чем дальше отходили от таверны, тем больше ускорялись. Хотелось поскорее оказаться на шумном рынке, где никто не сможет подслушать наш разговор.
Добравшись до сердца суетящейся толпы, мы перешли на шаг и скинули капюшоны.
Остановились, тяжело дыша, и глядя друг на друга, разразились смехом. Наверное, от облегчения, которое пришло после длительного напряжения. В общем психика — очень странная штука.
То, что мы подслушали, не могло не взволновать. Особенно с учетом того, что это напрямую касалось меня, если я правильно прочитал между строк. Еще никогда я не чувствовал такого прилива адреналина, как во время нашего забега по улицам Бронзовой Гавани.
Пробраться в захудалую таверну, прикинуться парой бродяг, подслушать разговор и сбежать в ночь — ухмыльнулся, ведь это так сильно было похоже на невыполнимую миссию из какого-нибудь фильма про агентов.
— Ты хоть понимаешь, что мы только что сделали? Мы провели успешную разведку! — Хвост Риты, метался из стороны в сторону, демонстрируя её напряжение.
Мы отошли к ближайшему зданию, чтобы не приходилось кричать, перекрикивая шум толпы.
— Да, похоже на то, — я навалился спиной к каменную стену. — Кажется, мы только что стали свидетелями заговора с целью убийства лорда Рамзи?
— Для нас это больше, чем заговор против Рамзи. — с тревогой сказала Рита. Она стояла вполоборота ко мне, прислонившись бедром к стене. — Я думаю, Бернс использует свой клинок для того,чтобы убить и тебя тоже. И планирует он это сделать в один день.
— Что там, ты говорила, будет через пять дней? — уточнил у супруги. Не то чтобы я ее не слушал, просто когда мне говорят о местных событиях, сути которых я не понимаю, бывает сложно запомнить их названия.
— Королевские скачки, они ежегодно проводятся во дворце правителя, — ответила Рита, рассматривая гигантское водяное колесо. — Если Адлер в этом году планирует участвовать в гонке, впрочем как и всегда, возможно, он подстроит все так, чтобы точно победить.
— Как победа поможет ему убить повелителя? — я вообще не улавливал связи между двумя этими событиями.
— Победитель забега получает аудиенцию у Лорда Байрона Рамзи, а также призовой кошель с десятиной и золотом, — объяснила она. — Если Адлер собирается вызвать лорда Рамзи на дуэль, то лучшей возможности у него не будет.
— Скачки — это еще один праздник типа Дня Солнца и Голубой Ночи? — я повернулся к Рите лицом.
— Это день чествования легендарного дуэлянта Александра, который начал восстание против неограниченной власти Ашеров, — она взяла меня за руку. — В истории говорится, что он облетел все восемь островов Ашена на спине летучей мыши и зажег первые маяки. После нескольких месяцев тайной организации и планирования повстанцам нужен был этот сигнал, чтобы начать войну против тирании Ашеров.
— Эта история похожа на то, что сделал Спартак, — заметил я, вспоминая подробности его восстания, которое он организовал.
— Кто такой этот Спартак? — спросила Рита, навострив уши. Ее хвост изогнулся в форме вопросительного знака.
— Когда-то давно, задолго до того, как я родился, в моем мире было распространено рабовладение. Люди делились на богатых господ, которые жили в свое удовольствие, и рабов, которые их обслуживали. Хозяева могли делать со своими слугами все, что угодно. Они секли их за провинности, убивали и заставляли сражаться друг с другом. Это кровавое зрелище их развлекало и доставляло удовольствие. И Спартак, могучий воин, который участвовал в таких бойнях, организовал и возглавил восстание, которое должно было уравнять всех людей в их правах.
— Да, истории наших миров действительно похожи. Без Александра жители никогда не смогли бы объедениться вместе и добиться внимания Богини Солнца.
— Тебе нравятся эти истории, верно? — Я заправил длинную прядь черных волос ей за ухо.
— Не все. Мне нравятся истории, в которых храбрые сражаются, а герои вершат правосудие, — со сталью в голосе сказала Рита. — На Наби не было книг, которые я могла бы прочесть, да меня и не учили… Поэтому я всегда внимательно слушаю, если кто-то рассказывает хорошую историю.
— Точно! Ты напомнила мне, что у меня есть для тебя кое-что, — я присел на корточки, чтобы расстегнуть рюкзак и достать из него платок. — Я купил это, пока ты любовалась цветами.
  
Шелковистая ткань, когда я развернул ее, переливалась и мягко развевалась на прохладном ветерке.
Рита поймала его в руки и потянула на себя, чтобы по лучше рассмотреть рисунок. Я наблюдала за её лицом, пока сияющий взгляд супруги блуждал по богатой вышивке. Когда Рита поняла, что это такое, на ее лице засиял такой восторг, какого я еще никогда не видел, хотя поводов было достаточно.