"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)
Оставался последний фрагмент. Небольшой кусок пергамента, который, казалось, не имел никакого отношения к остальным свиткам. На нем не было сложных, многомерных рун. Там была лишь карта звездного неба. Простая, изящная россыпь точек и линий, изображающая несколько созвездий.
«Бессмыслица, — Бруно раздраженно постучал по ней пальцем. — Я знаю эту группу созвездий. Это „Корона Странника“. Ничего примечательного. К чему она здесь?»
«Может, это просто украшение?» — предположил Сет, но сам в это не верил. Создатели не делали ничего «просто так».
Иди взяла пергамент в руки. Она долго смотрела на него, потом закрыла глаза.
«Нет… — прошептала она. — Это не просто звезды. Они… холодные. Это зимнее небо. Они видны так только в самую длинную ночь года. В день зимнего солнцестояния».
Бруно хлопнул себя по лбу. «Конечно! Астрономический замок! Положение звезд указывает на определенную дату! Но это не дает нам координат. Это просто точка во времени, а не в пространстве».
Но Сет уже снова был в своей стихии. Время, пространство, энергия… для него это были лишь разные стороны одного и того же. Он схватил звездную карту, а затем принес еще две — геологическую, с нанесенными на нее лей-линиями, и старую морскую карту, показывающую океанические течения. Он аккуратно положил их друг на друга на световом столе, который использовал для изучения алхимических формул.
«Если Создатели использовали географию как часть языка, — бормотал он, выравнивая карты, — то они должны были использовать все. Землю. Небо. И воду».
И когда он наложил третий слой — прозрачную карту течений — на два других, все трое замерли. Линии сошлись. Золотые нити лей-линий, синие изгибы океанских течений и серебряные точки звезд наложились друг на друга, образовав сложный, но безошибочный узор. И в самом центре этого узора, в точке, где пересекались три самых мощных потока — небесный, земной и водный — ярко вспыхнула одна точка. Крошечный, ничем не примечательный островок посреди бескрайнего Священного Океана, на который не наносили на карты, потому что он был скрыт в центре вечного штормового котла.
Иди смотрела на эту светящуюся точку, и в ее памяти всплыло слово из древних, забытых легенд. Слово, которое произносили шепотом, рассказывая страшные сказки непослушным детям.
«Остров Безмолвия», — выдохнула она.
Они нашли его. Место, где находился вход к Сердцу Ковчега. Самое защищенное, самое мифическое и самое недоступное место во всем Ашене. И теперь перед ними встала новая, еще более невыполнимая задача: как, черт возьми, туда добраться.
* * *Корабль качало на волнах, но это не мешало мне лежать без сна, слушая размеренное дыхание Риты рядом. Завтра мы высадимся на Остров Безмолвия, и каждый из нас понимал — это может стать нашим последним рассветом. Мысли крутились в голове, не давая покоя.
— Макс? — тихий голос жены прорезал тишину каюты. — Ты не спишь?
— Не получается, — признался я, поворачиваясь к ней. Лунный свет, пробивавшийся через иллюминатор, мягко освещал ее встревоженное лицо. — А ты?
— Тоже. — Рита придвинулась ближе, и я почувствовал тепло ее тела через тонкую ночную рубашку. — Все думаю о том, что будет завтра. А если мы… если что-то пойдет не так?
Я обнял ее крепче, зарываясь лицом в шелковистые волосы. Аромат жасмина и что-то uniquely ее — землистое, дикое — успокаивал, но не мог полностью заглушить тревогу.
— Этот остров… там столько всего неизвестного, — продолжила она. — А если я потеряю тебя? Или ты потеряешь меня? Я не смогу этого вынести.
— Эй, — я приподнял ее подбородок, заставляя посмотреть в глаза. — Мы справимся. Вместе. Мы всегда справляемся.
— Но на этот раз все по-другому. — В ее голубых глазах плескались слезы. — Я чувствую это. Опасность там какая-то… древняя. Злая.
Не мог спорить с ее интуицией. Сам ощущал что-то зловещее, когда думал об острове. Словно тьма, поджидающая нас в засаде.
— Знаешь что, котенок? — я поцеловал ее в лоб. — Давай не будем тратить эту ночь на страхи. Если это действительно наша последняя ночь вместе, то проведем ее так, как она того заслуживает.
Рита кивнула, и в ее взгляде появилась решимость.
— Ты прав. — Она протянула руку и нежно коснулась моей щеки. — Я люблю тебя, Макс. Больше жизни. И хочу, чтобы ты это знал.
— И я тебя люблю. — Слова вырвались из самого сердца. — Обещай мне, что будешь осторожна завтра. Что сделаешь все, чтобы вернуться ко мне.
— Обещаю, если ты тоже пообещаешь.
— Обещаю.
Мы смотрели друг на друга в полумраке каюты, и между нами повисло особое напряжение. Не просто сексуальное — что-то более глубокое. Потребность в близости перед лицом неизвестности.
Рита первой сократила расстояние между нами, прижимаясь губами к моим. Поцелуй был мягким, но полным отчаяния и любви одновременно. Словно она пыталась вложить в него все свои чувства.
— Хочу запомнить каждое твое прикосновение, — прошептала она, когда мы оторвались друг от друга. — Каждый поцелуй. Каждый вздох.
— Тогда запоминай, — пробормотал я, снова находя ее губы.
Руки сами потянулись к ее лицу, поглаживая мягкую кожу щек, спускаясь к шее. Каждое движение было наполнено нежностью и желанием удержать этот момент навсегда.
Рита мягко постанывала в поцелуй, когда мои пальцы нашли чувствительную точку за ухом. Ее собственные руки скользили по моей груди, оставляя за собой дорожки огня.
— Ммм… Макс… — выдохнула она, откидывая голову назад, когда я принялся целовать ее шею. Кожа была горячей и соленой на вкус. — Мне нужно почувствовать тебя. Всего тебя.
Медленно, наслаждаясь каждой секундой, я стянул с нее тонкую ночную рубашку. Лунный свет играл на ее коже, делая ее похожей на богиню. Идеальная грудь с розовыми сосками, уже затвердевшими от возбуждения, тонкая талия, изящные изгибы бедер — все это было моим, и я не собирался упускать ни детали.
— Ты невероятно красивая, — прошептал я, целуя ложбинку между грудей. — Просто потрясающая.
— Ааа… — Рита выгнулась подо мной, когда мой язык нашел затвердевший сосок. Она вцепилась пальцами в мои волосы, направляя мои движения. — Да… вот так… ещё…
Я тщательно ласкал одну грудь, потом переключился на вторую, уделяя ей не меньше внимания. Каждое прикосновение языка заставляло Риту вздрагивать и тихо постанывать.
— Охх… Макс… — она извивалась подо мной, а ее руки уже возились со шнуровкой моих штанов, освобождая мой затвердевший член. Когда ее пальцы обхватили его, я не смог сдержать стона.
— Черт, котенок… — прохрипел я. — Ты сводишь меня с ума.
— Твоя очередь запоминать, — промурлыкала она, толкая меня на спину.
Следующие мгновения слились в горячий вихрь ощущений. Рита покрывала поцелуями мою грудь, спускаясь все ниже, оставляя влажные дорожки на коже. Когда ее горячее дыхание коснулось самого чувствительного места, я выгнулся от предвкушения.
— Рита… — прохрипел я, когда ее язык медленно прошелся по головке члена. — Блядь…
— Хочу доставить тебе удовольствие, — прошептала она, глядя на меня снизу вверх своими голубыми глазами. — Хочу, чтобы ты запомнил это навсегда.
Когда ее пухлые губы сомкнулись вокруг меня, весь мир сузился до этого единственного ощущения. Теплая влажность рта, умелые движения языка, легкое покусывание — она знала в точности, как свести меня с ума.
— Ох, да… — простонал я, запуская пальцы в ее волосы. — Так хорошо… так чертовски хорошо…
Рита мурлыкала вокруг моего члена, посылая вибрации прямо в основание. Ее рука ласкала то, что не помещалось в рот, а другая нежно массировала мошонку.
— Аааа… — не мог сдержать стонов, когда она особенно глубоко взяла в рот. — Котенок, если продолжишь так… я не выдержу…
Но я не собирался оставаться пассивным. Осторожно развернув нас, я принялся осыпать поцелуями ее живот, спускаясь к самому сокровенному месту. Когда мой язык коснулся ее влажных лепестков, Рита вскрикнула и выгнулась дугой.