"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

«Правда Мары», значит? Интересное сравнение. И приятно слышать такую веру в меня от Энджи.
— За исключением лазерных лучей из глаз, — я наконец-то вышел из-за угла и неторопливо направился в их сторону, адреналин уже приятно покалывал в кончиках пальцев, — этого у меня, увы, нет. А жаль, представляете? Терминатор бы рядом со мной просто отдыхал.
— Это он! — ахнул один из двух других головорезов, и я едва сдержал фырканье. Похоже, до этого идиота не дошло, что про лазерные глаза я пошутил.
  
— Вижу, кретин, — прорычал главный, тот самый Амбал, и так грубо отшвырнул Энджи, что она, отлетев на шаг, тяжело рухнула на землю с глухим «уф!».
То, как она зашипела от боли и принялась трясти запястьем, словно оно было вывихнуто, мгновенно вскипятило во мне ярость. Я перевёл тяжёлый взгляд на этого дровосека.
— Что же это за уроды такие, вроде вас, ребята, которым нравится причинять боль женщинам? — На моих губах играла ядовитая усмешка, голос сочился желчью. — Для чего вы вообще свои бицепсы качаете? Детей гонять да старушек обижать?
— Хочешь сказать, у меня нет чести, потому что я наёмник без ранга, в отличие от элитного Ашера вроде тебя? — здоровяк нахмурился и сорвал с головы капюшон, открывая грубое, обветренное лицо.
— Нет. — Внутри всё холодело от гнева, но голос оставался невозмутимым. — У тебя проблемы со слухом, приятель? Я только что сказал, что у тебя нет чести, потому что ты докапываешься до тех, кто слабее тебя, как последний трус. Может, сразишься с тем, у кого действительно есть шанс поставить тебя на место?
— Вы его слышали! — этот качок недоделанный, которого я уже окрестил Детиной, дерзко зыркнул на своих приятелей. — Похоже, он меня тут прессует, согласен, Корень?
Тип слева от меня, с мерзким шрамом, кривящим нижнюю губу, шагнул вперёд и тоже скинул капюшон. Ухмылка его была отвратительна.
— Именно так мне и показалось, — прорычал наёмник по имени Корень, и его чёрные глазки-буравчики метнулись к третьему члену их кодлы придурков. — А ты что скажешь, Чекан? Чувствуешь себя угнетённым этим дуэлянтом?
Оставшийся тип уже стоял без капюшона, скрестив руки на груди. Физиономия у него была суше, чем прошлогодний гербарий.
— Если собираешься бросить ему вызов, Детина, то давай уже, пока нам не достались остывшие остатки медовухи, — процедил тот, кого назвали Чеканом. Голос у него был холодный и ровный, будто его раздражало, что приятель отрывает его от фестивальных радостей. И если бы ему сейчас предложили что-то хуже горячей кружки медовухи, головы бы точно полетели.
К чёрту этого Детину. Во взгляде фиалковых глаз Чекана было что-то острое, опасное, отчего у меня волосы на загривке дыбом встали, несмотря на мелкий калибр этого типа. Серьёзно, будь у него какие-то признаки звериной сущности, я бы поставил на то, что он медоед: с виду отстранённый и безобидный, но под этой скучающей маской, я нутром чуял, скрывался дикий зверь, готовый взорваться в любую секунду. Росту в нём было метр с кепкой, не больше, но в ту секунду, когда его глаза-ледорубы встретились с моими, какой-то внутренний радар, заточенный на таких же альфа-хищников, как я, взвыл сиреной.
Губы мужчины дёрнулись в намёке на ухмылку, но мне пришлось отложить анализ этого типа на потом, потому что Детина снова взял слово.
— Попридержи язык, Чекан, или я расскажу вождю, как ты провалил нашу последнюю миссию, когда упустил зверя, — прорычал Детина, как цепной пёс. — И не думай, что я этого не сделаю, только потому, что ты его приёмный сын.
— Да сделай уже хоть что-нибудь, вместо того чтобы языком молоть, Детина, — рявкнул Чекан. — Тогда мы все сможем спокойно вздохнуть на этом вашем Балу Полулуния.
Затем коротышка накинул капюшон на светло-каштановую башку и крутанулся на пятках, будто собрался уходить.
— Ты не можешь вернуться к Алдану, не добыв для него нужную информацию! — рявкнул Детина резким тоном, и Чекан замер. — В конце концов, давай не будем притворяться, что ты здесь ради чего-то другого, мелкий ты говорун.
Чекан выпрямился, а затем обернулся всё с тем же скучающим выражением на лице.
— Продолжайте, — сказал он, картинно махнув рукой, и прислонился плечом к стене переулка, якобы просто наблюдая.
— Ну что, девочки, договорились, или как? — Я лениво покрутил меч в руке, в основном для того, чтобы отвлечь этих отморозков. Я заметил Риту — точнее, её знакомую кепку художника — за ящиками с другого конца переулка, она уже была на позиции. — А то я могу и обратно пойти, у меня дела.
— Заткнись, Брайтвуд! — прошипел шестёрка по имени Корень и, чтоб его, гада, снова пихнул Энджи, которая как раз пыталась подняться на колени.
— За тобой я приду чуть позже, гнида, — злость клокотала во мне, но я снова сфокусировал внимание на Детине. — Ну, так что, здоровяк? Я так понимаю, ты хочешь со мной потягаться? Так ты будешь ссать или с горшка слезать?
— Слишком самонадеянно с твоей стороны полагать, что меня волнуешь ты или твой статус дуэлянта, — усмехнулся Детина и вытащил из ножен на поясе что-то похожее на кривое мачете. — По правде говоря, ты сейчас выложишь мне всё, что знаешь о том типе, с которым ты терся на аукционах, когда опустился до покупки этого хлама.
Чтобы подчеркнуть своё последнее заявление, он с силой пнул ногой гравий в сторону Энджи. Та вскрикнула и инстинктивно вскинула руку, защищая лицо.
Я сжал губы и медленно, глубоко вздохнул через нос, пытаясь унять подступающую ярость. Ну всё, урод, ты доигрался. Я тебя теперь с особым цинизмом кончать буду.
— Хочешь знать о другом парне, который пытался перебить мою цену? — я постарался, чтобы голос звучал спокойно. — Зачем?
— Он действовал без приказа нашего вождя и не имел права вступать в разборки с Барыгами из-за неё, — криво усмехнулся Детина, кивнув на Энджи.
Что-то тут не сходилось. Если верить этим наёмникам, тот анонимный покупатель даже не был Дуэлянтом. Но чтобы делать ставки на аукционе, нужно быть Ашером. Это означало, что кто-то либо воспользовался чужим Камнем Ашера, чтобы пройти, либо эта их Братва наёмников нашла способ выдавать себя за высокопоставленных Ашеров. Просто ещё одно полено в костёр ашенской коррупции, который, похоже, никогда не погаснет.
Я развёл руками.
— Не понимаю, почему косяки вашего парня — это моя проблема. Вообще-то, если вы похитили моего человека и причинили вред одному из моих самых ценных… сотрудников из-за вашей бандитской политики, которая сама по себе явно незаконна, у меня есть полное право вас всех тут прикончить.
— Ты не можешь объявить Дуэль без хотя бы одного свидетеля, который не является твоим имуществом или подчинённым. Иначе для кого-то с твоим выдающимся статусом было бы незаконно обрушивать свой гнев на скромного человека без ранга, — заявил Детина с самодовольной ухмылкой. — Я тут не вижу никого, кто подходил бы под это описание, а вы, ребята?
— Определённо нет, — Корень позволил жуткой ухмылке расползтись по его шраму, как паук. — А ты что скажешь, Чекан?
— Может, уже продолжим? — этот мизантроп Чекан лениво отлепился от каменной стены, у которой всё это время небрежно простоял.
— Численное превосходство на нашей стороне, Ашер, — сказал Детина и покрутил своё кривое мачете между пальцами. Затем, с неожиданной для такого крупного парня быстротой, он наклонился, грубо дёрнул Энджи за повреждённую руку и приставил острое лезвие к её горлу.
Моё внимание привлекло движение в дальнем конце переулка. Я увидел, как за ящиками, где, я знал, притаилась моя Рита, мелькнула её знакомая кепка художника. Она была на месте.
  
— Ты так думаешь? — На моих губах мелькнула усмешка, и я медленно, демонстративно убрал клинок в ножны за спиной. Затем вытянул обе руки вперёд, ладонями вверх. — Видите эти руки?
Мой весьма не риторический вопрос был встречен молчанием. Наёмники лишь растерянно переглянулись.
— И что с ними? — рявкнул Детина и ещё сильнее вдавил лезвие в шею Энджи. Струйка крови побежала по её коже, скатываясь к ключице.