"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

— Не знаю, что такое «световой меч», сударь, но наш старый друг Кристофер и тут оставил нам подсказку, — сказал он, и в уголках его глаз, окруженных сеточкой морщин, блеснули теплые слезы. — Во время Восстания свод официальных законов был сожжен — они не устраивали бунтующих. А в новом своде об этом нет ни слова. Так что это, скорее, негласное правило, традиция, а не запрет, преследуемый по закону.
  
— Обожаю такие лазейки! — Я широко ухмыльнулся и с хлопком закрыл увесистую книгу. Оттолкнувшись от стола, я сунул бесценный справочник, составленный управляющим, себе за пояс. — Бруно, это просто фантастика! Не терпится показать все это Сету. Что ты хочешь за эту работу? Проси что угодно.
  
Глава 30
 
— О, не беспокойтесь, рад быть вам полезным, — ответил он, но уши у него так забавно подрагивали — я видел, старик явно был польщен такой похвалой и благодарностью.
— Не скромничай, Бруно, — подбодрил я его.
— Просто купите мне хорошего бренди, — сказал тот и принялся полировать рукавом свой монокль.
— Без проблем. Скажу Шелли, чтобы занялась этим, — я оглянулся, проверить, не ждут ли меня у дверей мои красавицы. — Кстати, ты не видел их с Ритой?
— Сюда они не заходили, думаю, вы найдете их на втором этаже, — ответил Бруно, усаживаясь за стол с чернилами и бумагой, и понимающе мне улыбнулся. — Там есть прекрасный балкон для солнечных ванн, им полюбилось там читать и рисовать.
— Тогда оттуда и начну, — кивнул я старику и поднялся на верхний этаж библиотеки по винтовой лестнице, что шла за спиной управляющего. Там я едва не сшиб Грэга, который уткнулся носом в какую-то толстенную книгу. — Эй, приятель, смотри, куда прешь.
— Прости, пап, — он улыбнулся, немного стесняясь. — Шелли нашла мне эту книгу об отважном герое, что отправился в путешествие, полное приключений, и она правда очень интересная, просто оторваться невозможно.
— Вижу, — беззлобно ухмыльнулся я. — Ты только на лестнице поосторожнее, ладно?
— Конечно, — пообещал Грэг и тут же, кажется, забыл о нашей встрече. Снова уткнулся в свою книгу и потопал дальше.
Как он умудрился спуститься, не свернув себе шею, — одному богу известно. Я покачал головой — типичная отцовская реакция, когда переживаешь за своего ребенка. Немного понаблюдав за ним, я отправился на поиски своих девчонок — они должны были быть где-то поблизости.
Этот их «солярий» нашёлся быстро — он и впрямь был буквально залит солнечным светом. На просторном открытом балконе небольшими группами была расставлена удобная мебель для отдыха, тут и там виднелись растения в огромных керамических горшках, были разбросаны мягкие подушки и расставлены чаши для благовоний. Отсюда открывался шикарный вид на цветущий сад.
Рита и Шелли устроились по обе стороны широкого диванчика — Рита, кажется, поджала ноги под себя, а Шелли удобно вытянула их, — и каждая занималась своим делом.
Моя Кошка была вся в рисовании. Подложила под лист бумаги книгу в твердом переплете и пристроила эту конструкцию у себя на согнутом колене. Шелли, по всему видать, собиралась почитать, но снова вырубилась. Бедняга откинулась на подушки, а раскрытая книга так и осталась лежать у нее на животе.
Когда я подошел ближе, Рита на пару секунд оторвалась от своего занятия, подняла на меня взгляд, тепло улыбнулась, а потом снова склонилась над рисунком. Она так увлеченно выводила линии, что даже высунула кончик розового язычка. Видать, так ей легче было сосредоточиться.
— Как давно она спит? — спросил я тихо, пододвигая к дивану, где расположились мои жены, мягкое кресло. Меня, честно говоря, уже начинало напрягать, что Шелли большую часть времени проводит в отключке.
— Не очень, — прошептала Рита в ответ. — Она выбрала книгу для Грэга, потом — для себя, немного почитала и уснула.
— Бедняжка, — улыбнулся я, глядя на нашу фениксу. — Готов поспорить, когда она не спит, все силы тратит на то, чтобы казаться такой же активной и полезной, как раньше. Слушай, котенок, тут твоя помощь нужна.
— Что нужно сделать? — спросила Рита и чуть выпрямилась, опустив ногу, чтобы лучше меня видеть.
— Ты можешь присмотреть, чтобы она не слишком перенапрягалась, когда меня нет рядом? — попросил я ее. — Она же никогда не пожалуется на усталость и будет из кожи вон лезть, чтобы окружить нас заботой и любовью, ее так воспитали. Но ты и сама видишь, она еще слишком слаба. Так что напоминай ей почаще, что мир без нее не рухнет. Вернется к своим делам, когда окончательно придет в себя.
— Конечно, я присмотрю за нашей женой, — пообещала Рита, которая, по правде говоря, никогда особой домовитостью не отличалась, но для нас очень старалась, и это было чертовски мило.
— Спасибо, милая, — сказал я, благодарно ей улыбнувшись. — Что рисуешь-то?
— Набросала несколько вариантов печати для Медвежьего Угла, — ответила она, чуть отворачивая от меня свои рисунки. — Еще не закончила.
— И никаких подглядываний, пока не закончишь, да? — спросил я, шутливо надув губы, и легонько ткнул ее пальцем в бедро.
— Правильно, мой любопытный муж, — хихикнула Рита, покрепче прижимая бумагу к груди. — Придется тебе немного потерпеть, пока все не будет готово.
— Но это же целая вечность! — попытался я ее разжалобить, но, ясное дело, ничего не вышло. Я бы с ними тут хоть целый день провалялся, но ашерские дела сами себя не сделают. — Оставлю тебя здесь, а нашу спящую красавицу, думаю, лучше отнести наверх, в нашу спальню.
— Мы увидимся за ужином? — спросила Рита с такой явной надеждой в голосе. Да уж, был за мной такой грешок. Последние несколько дней я частенько пропускал общий ужин, просто перехватывал что-нибудь на скорую руку перед сном и падал мордой в подушку, совершенно без сил.
Первым делом я хотел выпалить: «Конечно!», тем более сам этого ждал. Но не успел я и рта раскрыть, чтобы пообещать это Рите, как внутри что-то ёкнуло — знакомое ощущение. Я глянул вдаль и понял — накатывает. То самое, знакомое желание. Да и Байрон строго-настрого запретил делать большие перерывы.
— Постараюсь успеть. Мне нужно помедитировать, — до меня только сейчас дошло, что все время с тех пор, как Алек Сван отправился к праотцам в той самой вонючей луже, которую сам же и наделал, я еще ни разу этим не занимался.
— Тоже думаю, что тебе это не помешает, — Рита наклонилась и поцеловала меня в щеку, словно возвращая в реальность. — У тебя в последнее время такое выражение лица, будто тебе срочно нужно мысли в порядок привести. Ты же сам говорил про Шелли: мир не рухнет? Так вот, мир точно не рухнет, если ты на один вечер отложишь все дела и посвятишь время своему душевному состоянию.
— Понятия не имею, о чем ты, — лукаво улыбнулся я ей и подмигнул точь-в-точь как Сет, когда не хотел что-то обсуждать.
А мне и правда не хотелось. Мы и так все нахлебались потрясений по самое не хочу, куда уж еще грузить девчонок своими мутными загонами?
— Ну конечно, — Рита картинно закатила глаза, а потом притянула меня к себе и поцеловала уже по-настоящему, в губы. — Иди и ни о чем не волнуйся. Я позабочусь, чтобы Грэг хорошо поужинал, и, когда ты вернешься, на столике в нашей спальне тебя будет ждать легкий ужин.
— Ты просто потрясающая, знаешь? — со стоном впился я в ее мягкие губы. — Ты так здорово заботишься о нашей семье.
— Ты правда так думаешь? — Рита застенчиво отвела взгляд, и щеки ее тронул легкий румянец.
— Правда думаю, что когда придет время, ты станешь просто фантастической мамой для наших котят, — пробормотал я ей в шею и улыбнулся, когда щекой почувствовал, как венка на ее нежной коже забилась чуть быстрее.
  
— Я люблю тебя, — выдохнула Рита, а потом в последний раз коротко поцеловала и с явной неохотой оттолкнула. — А теперь тебе лучше идти, иначе мы оба так и не доделаем свои дела.
— Кто сказал, что это плохо? — шутливо прикусил я ее за мочку уха.
— Отец… — внезапно всхлипнула во сне Шелли. Мы с Ритой замерли. — Нет!