"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

— Иногда… — поделилась она секретом. — В моем сердце звучат песни. Порой, чтобы объяснить свои чувства мне проще спеть, чем подобрать слова. Не помню, где впервые услышала эту песню, но суть ее примерно такова: раньше мои дни были заполнены только бесконечной тьмой и печалью, но пришло солнце и рассеяло все тревоги. Максим, ты мое солнце, и все, чего я хочу — это просто быть рядом с тобой, достойна твоей любви и внимания и никогда тебя не разочаровывать.
  
— Даже не думай об этом, как ты можешь меня разочаровать, что за глупости? Почему ты сомневаешься в себе?
— Ты не понимаешь, — она шмыгнула носом и высвободилась из моих объятий, чтобы крепко обхватить себя руками. Как будто я хоть раз давал ей повод даже подумать, что от меня нужно защищаться. Кажется близится буря…
— Тогда объясни мне, что это всё значит? Почему ты в себе сомневаешься, я если честно не понимаю. — Мне хотел обнять ее и утешить, но делать сейчас этого точно не стоит. Давить нельзя, поэтому, выдохнул и просто стоял и ждал, когда она решится сама продолжить этот непростой разговор.
— Максим, я очень хочу, но боюсь, — прошептала она и начала нервно расхаживать по помещению, а каждый её шаг звонко отражался от стеклянных стен.
— Чего ты боишься? — Я вообще перестал что-либо понимать.
— Боюсь. — Она остановилась, опустила взгляд в землю и обхватила себя руками. — Боюсь, что как только ты узнаешь всю правду обо мне. Я перестану тебе нравиться и эта сказка, так и не начавшись, закончится. И вновь останусь одна…
  
Глава 13
 
— Это невозможно! — её слова застали меня врасплох. — Я не могу даже представить, что ты должна была такого страшного сделать, чтобы я стал хуже к тебе относиться или, тем более, отказался от наших отношений. Всё это звучит как бред.
— Это ты сейчас так говоришь, но ты не понимаешь, Макс! — она отчаянно всплеснула руками и, разволновавшись еще больше, снова начала метаться по комнате, из угла в угол.
— Это ты уже говорила, — спокойно ответил Шелли, протянув вперед руки, словно пытался успокоить пугливую лань, которая в любой момент могла броситься наутек. — И все же мои слова остаются в силе. Я правда хочу понять, почему ты так думаешь. Шелли, ты мне небезразлична.
— Максим, я не идеальна, несмотря на то, что ты видишь, — она продолжала стоять на своем, добавляя в речь обрывки бесвязных фраз. Шелли вцепилась одной рукой в волосы и ещё быстрее заметалась по комнате. — Испорчена, повреждена безвозвратно, я… ой!
Сделав очередной быстрый шаг, она оступилась, подвернула ногу и уже летела навстречу полу, когда я её подхватил под руку и не дал упасть.
— Шелли, милая, аккуратней. Ты так убьёшься на ровном месте.
— Ай, — прошипела она, попробовав наступить на поврежденную ногу, и крепче ухватилась за мою руку, перенося вес на целую, неповреждённую ногу. — Ну как же глупо вышло!
— Сильно повредила? — спросил, взглянув на её ножку.
— Думаю, это… ой! — она снова попыталась поставить ногу на землю, но из этого ничего не вышло. Ну тут не нужно было быть семь пядей во лбу чтобы сделать правильные выводы. В ближайшее время Шелли своим ходом нику уже не пойдет, нужно как минимум зафиксировать повреждение и дать ноге отдых.
— Шелли, я принимаю тебя целиком, как есть, со всеми твоими недостатками и достатками, — пошутил и поднял супругу на руки.
— Спасибо, — горько улыбнулась она, положив свою голову на моё плечо.
— Шелли, что бы это ни было, поговори со мной. Обещаю, какую бы страшную тайну ты мне не открыла, я никому об этом не расскажу. Мы семья и я никому не дам тебя в обиду, что бы ни случилось. Своих не бросаем.
— Мы можем вернуться? — глаза Шелли блестели от слез. — Я… расскажу тебе все, но не здесь. В этом пустынном зверинце, я чувствую себя еще хуже.
— Конечно, — без лишних церемоний понес ее к выходу из под стеклянного купола. Спустившись по ступенькам, направился к нашим пегасам, греющим крылья в лучах золотого солнца. — Как думаешь, ты сможешь лететь с поврежденной лодыжкой?
— Вряд ли, — вздохнула Шелли.
— Так и думал, — усадил ее на бортик фонтана и присел на колени, чтобы осторожно стянуть с неё высокие сапоги для верховой езды. Она шипела от боли и это меня не радовало. — Знаю, что это неприятно, но других вариантов нет. Поверь, будет намного лучше, если мы снимем с тебя обувь до того, как нога опухнет. Да и твою лодыжку неплохо было бы зафиксировать. Она так пройдет гораздо быстрее.
— Где ты этому научился? — Шелли с интересом наблюдала, как я, оторвал нижний край своей рубахи и обмотал им её лодыжку.
— Я был проблемным подростком. Постоянно шарахался по заброшенным зданиям, прыгал по крышам. Однажды неудачно приземлился и подвернул ногу. Сразу разуться, не догадался. Перелома не было, только растяжение, но нога опухла так, что к тому моменту, как с трудом добрался домой, стянуть ботинок уже не получилось, пришлось его разрезать, чтобы освободить ногу. Хорошая новость в том, что обувь в какой-то степени фиксировала ногу, плохая — за испорченную обувь получил хороший нагоняй, —заговаривал ее, отвлекая от боли. — А представляешь, если бы так и не получилось его снять? Мне бы пришлось тах ходить несколько дней подряд, пока бы отёк не спал. А ведь я никогда не был популярным парнем с реди девушек, а вонь от ботинка распугала и так немногочисленных подружек. Представляешь?
Моя бессмысленная болтовня возымела желаемый эффект. Шелли героически перенесла перевязку и немного повеселела.
— Я поверю тебе на слово, мой доблестный Ашер, — она запустила тонкие пальцы в мои волосы.
— Вы готовы, госпожа? — спросил, выпрямляясь во весь рост и протягивая ей руку.
— Готова, — супруга приняла мою помощь и тоже встала. Тихонько присвистнув, Шелли подозвала к себе Победу. Но вслед за её кобылой, примчался и Метеор.
— Победа, лети домой! — Воскликнула Шелли. Ее белая красавица, капризно фыркнула и топнула передним копытом, словно ребенок, который отказывается уходить с игровой площадки в самый разгар веселья.
Шелли взяла Победу за уздечку и наклонила ее голову так, чтобы заглянуть в глаза. Между ними установилась безмолвная связь. Через время лошадь с сожалением склонила голову, ткнулась мордой в плечо хозяйки и, взмахнув серебристыми крыльями, взмыла в воздух.
— Что это с ней было? — я думал, только мне «повезло» с тяжелым на характер Метеором.
— Она не хотела лететь домой, потому что думала, что мы будем развлекаться и летать с Метеором. Но я объяснила, что просто не могу лететь, потому что повредила ногу. Теперь Победа чувствует себя немного виноватой за этот маленький бунт, — тепло отзывалась о своей любимице Шелли. — Она энергична и амбициозна, это абсолютно нормально в ее возрасте, но вместе с тем она еще и сурова к себе, не любит меня расстраивать, а контролировать свои порывы у неё пока не очень получается, она еще слишком молода. Нужно будет попросить старшего конюха причесать ее и угостить любимыми яблоками сегодня вечером, пусть поймет, что не сержусь на нее.
Метеор присвистнул, образ Победы в стойле, смешанный с чувством нетерпения, вспыхнул в моей голове.
— Подожди немного, дружище, — взял его за уздечку, как несколько минут назад сделала Шелли со своим пегасом. Оказывается, это отлично работает, у меня получилось привлечь внимание упрямого зверя. Нужно взять на заметку. — А теперь послушай. Нам нужно долететь до дома, чтобы позаботиться о поврежденной ноге Шелли. Отвезешь нас и сможешь присоединиться к своей подружке. Если будешь хорошим парнем, прикажу дать тебе любимых морковок, целую связку.
  
Метеор свистнул и согласно кивнул головой, закрепляя наше с ним деловое соглашение. Он повернулся боком, предлагая забраться на его спину.
Я поднял Шелли, обхватив за тонкую талию и боком усадил в седло. Сам сел сзади, крепко обнимая ее одной рукой, чтобы она не упала.
— Метеор, давай по аккуратнее, — легко ткнул его в бока пятками. — Едем домой.