Руководство по фальшивым отношениям с твоим врагом (ЛП)

— Вот твой американо, Сэмюэль, — сказала она, окинув нас обоих оценивающим взглядом. — Не думала, что когда-нибудь увижу вас двоих вместе в своём кафе.
Сэмюэль ослепительно улыбнулся.
— Я наконец сломил Натали, и она согласилась выпить со мной кофе.
Лорен скептически приподняла бровь, поправив свою стильную короткую стрижку цвета спелой пшеницы — ту самую, которая выглядела бы на мне ужасно, но на ней казалась элегантной.
— Правда?
Я нервно засмеялась, и звук получился каким-то неестественным и натянутым.
— Да… Он действительно умеет быть… убедительным.
Внутри я мысленно застонала от собственной неубедительности. Если я собиралась разыграть перед семьями и друзьями убедительный спектакль, мне нужно было срочно улучшить актёрские навыки.
— Ну ладно. Наслаждайтесь напитками, — сказала Лорен, бросив на меня многозначительный взгляд, и ушла, её шаги эхом разнеслись по шумному кафе-книжному магазину.
— Это было… показательно, — пробормотала я, нервно сжимая подлокотники кресла.
Сэмюэль наклонился вперёд, опираясь локтями на колени.
— Видишь? Вот почему мы должны сказать, что встречаемся уже несколько месяцев. Если мы заявим, что это что-то новое, все подумают, что мы сошли с ума, и наши семьи будут сосредоточены на том, чтобы убедить нас в этом, вместо того, чтобы помириться.
Я взяла бумажный стакан с матча-латте, и тепло напитка успокаивающе пробежало по ладоням. Сделав глоток, я почувствовала, как мягкий вкус зелёного чая и молока развеял часть напряжения.
Он был прав.
Скептицизм Лорен был вполне оправдан — она знала меня слишком хорошо. С семьёй всё было бы ещё хуже, а если мы действительно хотели расчистить путь для Оуэна и Дженны, нам нужно было убедить Мэннов, что у них нет другого выбора, кроме как признать союз с Уорнерами.
Роман, длящийся уже несколько месяцев, выглядел бы гораздо более убедительно.
Я вдохнула аромат чая, собираясь с духом.
— Ты прав, — признала я.
Я приготовилась к самодовольной реплике.
Но, к моему удивлению, Сэмюэль, сделав глоток американо, тут же перешёл к делу с пугающим энтузиазмом.
— Отлично. Тогда, раз мы «встречаемся» уже несколько месяцев, нам нужно будет перенять привычки пар, которые давно вместе. Например, использовать ласковые прозвища. И, естественно, проявлять физическую привязанность.
— В плане прозвищ — давай просто будем звать друг друга Нат и Сэм, ведь именно так нас называют семьи, — сказала я.
Сэмюэль лениво постукивал пальцем по экрану телефона.
— Знаешь, что в семье меня все называют Сэм?
— Конечно, знаю, — ответила я, слегка раздражённо. — Мы с тобой не ладим, но я вижу тебя практически каждую неделю всю свою жизнь.
— Верно, — он взглянул на меня чуть внимательнее, отчего мне вдруг стало неуютно в моём мягком кресле. — Просто… я не ожидал, что ты вообще обращаешь внимание на такие детали обо мне.
— Эм… — только и смогла ответить я.
Видимо, учитывая, что мы обычно не делали ничего, кроме перепалок, у него действительно не было причин думать, что я вижу в нём кого-то большего, чем мишень для метания словесных дротиков.
— Ладно, с прозвищами мы определились, — продолжил он, снова сосредоточившись на телефоне. — Теперь обсудим физическую сторону наших… отношений.
— Да… насчёт этого, — я сделала ещё глоток матча-латте, а затем поставила стакан обратно на стол. — Думаю, стоит ограничиться объятиями и редкими прикосновениями за руку.
— Что? — Сэмюэль подался вперёд, явно удивлённый. — Какая серьёзная пара только обнимается и держится за руки? Мы хотя бы должны быть готовы к коротким поцелуям.
— Поцелуям? — я буквально расхохоталась. — Думаешь, я смогу правдоподобно тебя поцеловать, не выглядя при этом так, будто хочу стереть с твоего лица эту самодовольную ухмылку?
Сэмюэль игриво склонил голову набок.
— Приятно слышать, что ты считаешь меня привлекательным, Нат. Не волнуйся, обещаю, это не ударит мне в голову.
— Сосредоточься, Сэмюэль, — сказала я, закатив глаза.
Он снова расслабился, откинувшись на спинку дивана.
  
— Конечно, только деловой подход. Ладно, начнём с объятий и… редкого держания за руки.
— Очень редкого, — уточнила я, нахмурившись.
— Если вдруг один из нас посчитает, что наша игра выглядит недостаточно убедительно, мы пересмотрим вопрос физической близости, — сказал он, записывая что-то в заметках на телефоне. — Это тебя устроит?
— Да, — нехотя согласилась я. — Всё равно, наверное, придётся корректировать детали по ходу дела. Можешь скинуть мне свои заметки на почту?
— Я сделаю даже лучше — отправлю тебе их в сообщении, — ухмыльнулся он. — Какой у тебя номер?
Я внутренне взвесила все «за» и «против». Зная Сэмюэля, он вполне способен начать писать мне среди ночи с вопросами о том, как правильно подать заявку на строительство, просто чтобы позлить меня.
— Нат, дорогая, любимая, — протянул он медовым голосом. — Что за парень я был бы, если бы не знал номера своей девушки?
О да, он точно собирался меня достать.
Я нехотя продиктовала номер и достала телефон из своего холщового рюкзака. (Когда я только окончила колледж и начала работать, то настояла на покупке элегантной сумки, чтобы выглядеть профессионально. Но теперь, за год до тридцатилетия и с регулярными визитами к хиропрактику, ставшему моим лучшим другом после долгих часов за рабочим столом, я отказалась от этой идеи в пользу более удобного рюкзака.)
Телефон издал короткий сигнал о входящем сообщении. Я сохранила контакт под именем «Сэмюэль Уорнер —