Вестники дальних дорог (СИ)

Но больше всего Мийку поразило прибытие на Советский небольшого закрытого корабля, на котором прилетел родственник знаменитого бродяги Кериана Атарийского, девушка его как-то раз встречала, потому и узнала прилетевшего. То, что сотворил этот самый родственник, заставило полусуккубу нервно икать — он за каких-то несколько дней выстроил на острове сеть внутренних стационарных порталов, причем проделал это небрежно, словно играя. А ведь подобное считалось совершенно невозможным! Только гномы из банка «Готтаб» имели стационарные порталы, причем намного менее совершенные! Мало того, пространственник сделал несколько больших порталов, связывающих остров с планетой Земля, где в городе Москва находилась штаб-квартира клана Советский Союз. И буквально через несколько дней через них пошел поток людей и грузов.
Родилась Мийка на небольшом островке с претенциозным названием Гордый, им правил красный орк Нурлан Жестокий. И он действительно был жестоким, не зря так прозвали. Население не смело и пикнуть против воли владетеля, однако разумные всеми силами пытались покинуть Гордый, поскольку жили на нем впроголодь. Да еще и последнее отбирали. Жаловаться было некому. Уж как в этой дыре оказалась сосланная в срединные миры суккуба, история умалчивает, но оказалась. И тут же пошла по рукам, что ее, впрочем, полностью устраивало, без постоянного секса она жить попросту не могла. От кого родился ребенок, Аллайа не знала, да и знать не хотела, она дорастила дочь до четырнадцати лет и выставила на улицу, как было принято среди ее народа.
Орочья кровь в жилах Мийки однозначно присутствовала, о чем говорили немного выступающие нижние клыки и красноватый цвет кожи. От матери она унаследовала утонченную красоту, идеальное тело и постоянное, изнуряющее сексуальное желание. Ну и неутомимость в этом деле впридачу. Девушка как-то раз на спор с подругами забралась в казармы и трое суток предавалась разврату, оставаясь при этом свежей и готовой к новым «подвигам». Она бы и месяц из этих казарм не вылезала, но шлюху обнаружил офицер и пинками выставил прочь, немало ее этим огорчив.
Однажды Мийке повезло, она сумела окрутить шкипера небольшого брига, и тот взял ее на борт, когда покидал Гордый. С тех пор где ее только ни носило! Половину Миросплетения, наверное, облетела, пока не осела на планете Кирком, в одном из вольных городов, в которых не было никаких законов, кроме одного — закона силы. Зарабатывала полусуккуба своим телом, причем зарабатывала неплохо — такие, как она, весьма ценились своей способностью удовлетворять самые извращенные и дикие желания. Однако самой Мийке такая жизнь понемногу начала надоедать, хотелось осесть где-то и накопить на свой дом. Может, даже ребенка родить и вырастить. О замужестве девушка никогда не задумывалась, шлюх замуж не берут, а она — убежденная шлюха, и менять свои взгляды не собиралась.
Полгода прожив в городе Сайерхольм, девушка нашла себе постоянных клиентов и начала понемногу откладывать деньги на домик в защищенном, хорошо охраняемом поселении, таких в окрестностях вольного города хватало на любой вкус. Она понемногу осваивала свои врожденные способности и вскоре стала способна крутить любым мужчиной, как ей заблагорассудится. Впрочем, женщиной тоже, но женщины ее не интересовали ни с какой стороны, разве что как подруги, которых она все равно близко не подпускала. Мечтала, конечно, о большом и дружном клане, где будет своей среди своих, равной среди равных, но понимала, что такое в принципе невозможно. Однако когда по Сайерхольму прокатились слухи, что некий клан под названием Советский Союз набирает себе разумных, причем берет всех желающих, рискнула. А вдруг случится чудо, и ее возьмут?
Чудо случилось. Вспомнив разговор с офицером, проводившим с ней собеседование, Мийка светло улыбнулась. Потом она несколько раз переспала с ним, бедный парень, никогда не встречавший настолько красивых и сексуальных женщин, не смог противостоять, и уже вечером они оказались в одной постели, где полусуккуба показала Александру Торопову всю глубину своей благодарности. Бедняга едва с ума не сошел от полноты ощущений, ничего подобного он и представить себе не мог.
 
Но разговор, когда Мийка отстояла длинную очередь, случился примечательный. Она честно сообщила, кто такая, не став скрывать, что занимается проституцией даже не ради денег, а из любви к искусству.
— Понимаете, я наполовину суккуба, — объяснила девушка лейтенанту, смотрящему на нее восторженным взором телка на веревочке. — Я должна спать с множеством мужчин, иначе просто умру от истощения!
— Ну, раз вам это нужно из физиологических соображений, то это ваше дело, — взял себя в руки парень. — Но прошу учесть, что вас многие будут осуждать. Особенно женщины.
— Не привыкать, — криво усмехнулась Мийка. — Но это правда, что я смогу учиться и освоить какую-то нужную в клане профессию? Не хочу больше быть проституткой и ложиться с теми, кто мне не нравится! А секс пусть останется для удовольствия.
— Конечно, сможете, — заверил лейтенант. — У нас все работают, все имеют профессии. Но, прошу учесть, что клятва верности на жезле Древних, пожизненная и очень жесткая. При попытке предать страну вы попросту умрете, причем смерть будет мучительной.
— Страну?
— Клан. Мы называем его страной. Позже поймете разницу между этими понятиями.
— Ясно, — кивнула девушка. — Меня клятва ничуть не смущает. Ради возможности попасть в большой и дружный клан на многое можно пойти. И предавать его будет только последний идиот.
На прощание она спросила, что делает так понравившийся ей парень вечером, на что тот покраснел и едва слышно пролепетал, что освободится после заката и будет ждать ее вон там, возле дома, где остановились в Сайерхольме посланцы клана. Мийка быстро чмокнула его в щеку, умиляясь такой стеснительности, и, весело улыбаясь, двинулась приносить клятву. Девушка принесла ее с легким сердцем и чистой душой, радуясь, что ей хоть однажды повезло по-настоящему. А вечером подошла к клановому дому и увидела около входа топчущегося на месте, крайне смущенного Александра. Снова восхитившись его милой стеснительностью, Мийка утащила что-то бормочущего молодого офицера в одно из своих тайных убежищ, где и предалась пороку со всем удовольствием.
Они с Александром встретились еще несколько раз, а затем его перевели на другую планету. Мийку же в числе множества других новичков отправили на остров Советский, где принялись распределять всю эту толпу по еще не построенным городам и селениям. Тогда девушка и попросилась в приморское поселение. Ей пошли навстречу. В первые месяцы, правда, пришлось жить в палатках, но это никого не смущало, молодые разумные пребывали в предвкушении новой жизни и готовы были переносить любые тяготы. Все прекрасно понимали, что сразу устроить такое число разумных очень непросто, и никто не устраивал сцен, наоборот, работали там, где скажут, и делали все, что требовалось. Не прекословя, терпеливо и старательно. А если кто-то вдруг кто-то начинал бузить, то такого глупца быстро вразумляли при помощи подзатыльников старшие отрядов.
Вчера вечером Мийка не выдержала иссушающего желания и пошла в лагерь молодых воинов, так называемых курсантов, где с удовольствием отдалась им, только слегка подправив поведение ребят при помощи воздействия своей демонической ауры, чтобы получить нужное. Она предавалась сексуальным утехам до самого утра, уже уходила к себе, когда получила через имплант, которые внедрили всем новичкам, приказ срочно прибыть к коменданту острова. Видимо, полковнику не понравилось случившееся прошедшей ночью, и Мийка, тяжело вздыхая, ожидала неприятностей. Хоть бы только из клана не выгнал!
— Добрый день, товарищ! — поздоровалась она принятым в Советском Союзе образом с секретаршей Терещенко, молоденькой светлой эльфийкой Оланиэль, изгнанницей из клана Весенних Цветов. Та выглядела счастливой, словно кошка, слопавшая целую крынку сметаны, видно, этой ночью побывала в постели шефа и была крайне этим довольна. — Миййа Эстаййо, меня вызывали к товарищу полковнику.